товар. Естественно, без груза чашечки должны были стоять ровно.
— Что под другую чашку засунул?! Гвоздь?! — Продолжил Петя давить на мальчика с самым грозным видом. После чего резко сменил тон: — Ну и дурак. Монету надо класть. И чашка ровнее стоит, и от покупателя, если заметит, отбрехаться проще. Вот Васька Жмых, что со мной в соседней лавке в Песте работал, он алтын клал, а Мишка Жаба — целый пятак. Но по мне, это чересчур. Берега парень потерял. А у тебя что?
— Нету у меня ничего! — Как-то придушено пискнул мальчишка, но при этом потянулся к весам.
— Опричник-то сейчас занят, — протянул Петя как бы в раздумьях: — А давай бабу, что ты ветчину продал, спросим? Она, небось, по соседним лавкам еще долго бродить будет. Мол, что она думает о продавцах, которые гвозди под чашку весов подкладывают?
Все, парня он запугал, дальше некуда. Еще сбежит. Вместе с весами. Пора успокаивать:
— Да не дрейфь, паря! Нешто я не понимаю. Сам еще вчера таким был. В лавке стоял, только в Песте. — Петя явно приукрасил реальность. Ровней сыну лавочника вчера он никак не был. Но, конечно, для обоих положение мага было недостижимой высотой: — А сейчас? Знак на груди видишь? Кадет магической Академии! Вот как жизнь повернулась.
Парень все еще пребывал в растерянности, но явно заинтересовался. Что-то он слабоват характером за прилавком стоять. Сразу видно, мало его за вихры таскали, а окороком по морде, поди, и вовсе не били. Ну да самозваному ревизору проще.
— Вот сейчас опричник в вашей школе сидит. Там аттестаты выпускникам дают, а местный маг их всех на магические способности артефактом проверяет. Вот ты когда школу заканчиваешь?
— На будущий год.
— Видишь, у тебя еще есть шанс магом оказаться. Я вот никак не ожидал, что у меня способности окажутся, ни у кого в семье не было, ан нашлись!
Петя гордо выгнулся, приближая знак Академии поближе к носу юного лавочника. Тот смотрел на значок, как зачарованный.
В лавке они уже были не одни. В дверях стояли еще двое приказчиков. Видимо, услышали разговор на повышенных тонах и решили полюбопытствовать, в чем дело. Сейчас и другие подтянутся.
— Хотите подробности? — Петя обратился уже и к ним. После чего начал рассказ.
Красок не жалел. Про светящийся артефакт, отсвет которого он на своем аттестате увидел, рассказывал со смехом. А вот про клятву, когда сам весь светиться начал, таким свистящим шепотом выдал, что местного лавочника и пару приказчиков помоложе чуть не в транс вогнал.
Закончил уже спокойным деловым тоном:
— Вот пока опричник в школе заседает, он меня, чтобы без дела не сидел, отправил к вам вместо себя ревизию провести. Чтобы потом оштрафовать всех как следует. Знает, что найду, к чему придраться. Сам в лавке столько лет стоял.
Небольшая пауза и многозначительный взгляд:
— Но я так думаю, кому эти штрафы нужны? Они же в казну пойдут. А нам с опричником до Путивля еще дня три ехать. Он еще Луги и Стернь посетить собирался. Думаю, тормозок в дорогу не лишним собрать будет. Чтобы сильно не ругался.
— Так это надо хозяина позвать, — подал кто-то голос.
— Ага, и чем он опричнику поклониться пойдет? — Иронично рассмеялся Петя: — Тремя рублями, чтобы оскорбить понадежнее? Или соточкой расщедрится? А для меня и двугривенный деньги.
В общем, через полчаса Петя возвращался к зданию школы не только с раздувшимся сидором, но и реквизированной корзиной со всякой снедью. А в кармане приятно позванивала мелочь общей суммой рубля на полтора-два. Удачно сходил.
В мясной лавке, с которой начал, полфунта ветчины взял (больно пахла вкусно) да фунтовый круг полукопченой колбасы. Недорогой, наглеть не стал, но в дороге пожевать — совсем неплохо. Мясная лавка-то не одна была, так что у него еще целая копченая курица в бумагу была завернута. И головка сыра из молочной лавки. В булочной парой калачей разжился, в керосиновой лавке — двухфунтовым караваем ржаного хлеба (да, ржаной хлеб здесь продавали именно в керосиновых лавках). Также его добычей стали дюжина яиц, полфунта чая, фунт сахара, фунт соли и фунт мыла — про запас. И «золотой запас» — три шкалика водки. Вещь недорогая, пятачок бутылочка, но для русского человека часто дороже любых денег.
Из вещей разжился новой рубахой, сменой белья и куском полотна на портянки. Впрочем, можно пока вместо полотенца использовать, а там видно будет. Новые сапоги просить не решился, побоялся, что жирно будет. Но вот простой нож, деревянную ложку и миску с кружкой, гребень, зубную щетку, небольшие ножницы, три катушки ниток и даже крохотное зеркало в сидор спрятал. А также пару иголок изнутри к уголку воротника приколол.
В общем, не дал ему опричник домой зайти, так местные приказчики его в Академию собрали. И не только потому, что он с ревизией пришел. Они этим, скорее, от хозяев отговариваться будут, если спросят. А так он им сбывшуюся мечту показал. Свой брат, простой приказчик из самых низов, с пятью классами образования в вечерней школе, и едет в магическую Академию. Петя этот настрой сразу почувствовал, на него и напирал. Так что его чуть ли не уговаривали еще что-нибудь принять, но он предпочел оставить о себе впечатление скромного и порядочного человека. А как же иначе? Обобрал лавки рублей на десять-двенадцать. Но казенным листом больше не махал, от ненужных подарков отказывался. Типичный скромняга.
Настроение у Пети было отличным, но живот оставался все таким же пустым. Набрасываться на еду прямо в торговых рядах он, понятно, не стал. Даже не пробовал ничего из того, что ему в корзину клали. Не солидно. Теперь надо было от посторонних глаз спрятаться и, наконец, поесть. Хорошо бы еще кружечкой кипятка разжиться.
Однако возка на прежнем месте не оказалось. Петя чуть было не занервничал, но сообразил, что стоять тут кучеру, и вправду, резону не было. О лошадях тоже надо позаботиться. Скорее всего, на станцию поехал.
А Пете что делать? Пойти в школу к бабе-ключнице? Что-то не хотелось. Чаем она его точно поить не будет, а вот с ненужными вопросами пристанет запросто. Спокойно поесть точно не получится.
Спросив дорогу у проходившей мимо девицы (чья-то служанка, судя по внешнему виду), Петя отправился на станцию.
Городок небольшой, дошел быстро. Знакомый возок стоит у угла одноэтажного здания о три окна. Не слишком презентабельного, видно, что крашено не в этом году, и штукатурка местами облупилась. Сбоку — деревянный сарай конюшни,
