Но при одном взгляде в сторону Джерри – своего старинного приятеля и совладельца «Павлиньих перьев», здоровенного детины, расположившегося в соседнем кресле, – Ларри понимал, что с пивом лучше повременить. Слишком уж неприятный разговор о его образе жизни имели они сегодня утром – точнее, ближе к полудню, когда Ларри наконец смог разлепить глаза и спуститься в офис из своей комнаты при кабаре.
– Ларри, ты не прав! – живо откликнулся Джерри, оглаживая бороду и с интересом разглядывая то Габи, терпеливо стоящую посреди офиса, то ее фотографии – особенно те, где она была в бикини. – Ты посмотри, какое поразительное сходство! Ну просто один в один!
– По-моему, грудь маловата… Может, пусть сделает пластику, а потом зайдет? – поморщился Ларри, которому сейчас и Папа Римский показался бы не слишком святым, и мулатка – не слишком загорелой.
– Да ладно – маловата… Вполне как у Сандры. Вот разве ноги не настолько длинные, но на каблуках незаметно будет, – заступился за девушку Джерри.
– Я-то хотел, чтобы была профессиональная танцовщица. И певица. А эту замучаешься учить, – продолжал придираться Ларри.
– Зато внешние данные – родная мать Сандры не отличит! Особо сложных элементов от нее и не требуется, она же не в кордебалет нанимается. Выйдет, покрутится, песенку споет – и вся любовь. А если повозиться, и койота можно выучить танцевать.
– Я умею, – подала голос Габи.
– Что? – Ларри и Джерри синхронно обернулись на голос. На их лицах было написано удивление, словно они и забыли, что перед ними – одушевленное существо, и теперь пребывают в шоке, как если бы с ними заговорила пепельница.
– Я умею танцевать. И петь, – покраснев, объяснила Габи. – Я с начальной школы занимаюсь в театральных студиях и хореографических классах. Там все написано. – Она кивнула на резюме, которым до этого небрежно помахивал Ларри.
Она уже не первый раз замечала, что люди, от которых зависит карьера актрисы, порой обсуждают девушек более бесцеремонно, чем собак на выставке, но так и не смогла к этому привыкнуть.
– Ну и что ты молчала? Давай танцуй и пой, первым опомнился Джерри.
Габи на несколько секунд задумалась. За всеми треволнениями последних дней она как-то упустила из виду, что в кабаре лучше прийти с готовым номером, уверенная, что все сразу же восхитятся ее сходством с Сандрой Галлахер и будут на коленях умолять, чтобы она согласилась поработать в «Павлиньих перьях».
А ее обсуждали, как лошадь на ярмарке, и размышляли, «брать – не брать». Выходит, стоило подготовиться к просмотру, как все… Итак, что же им показать?
По утрам в ванной она очень любила напевать низким грудным голосом «Ай вонна би лавд бай ю», подражая великолепной Мэрилин. Но здесь стоило позаботиться об имидже, и песня блондинки ей не шла. Тогда Габриэль изящно выставила ножку вперед и запела песенку из старого подзабытого мюзикла. В ней говорилось о прекрасных манекенщицах, которыми все любуются, но никто не задумывается о том, как нелегок их труд.
Габи пела, плавно покачивая бедрами, прохаживаясь и пританцовывая, постепенно подключая к танцу новые, все более сложные элементы. Она уже примеривалась на последней высокой ноте растянуться на шпагат, но ее прервали.
Ларри хлопнул в ладоши:
– Все-все-все, спасибо. – Высокие ноты болезненно отдавались в его тяжелой голове.
Не выдержав, он все-таки рванул к холодильнику за пивом.
– Ну достань и мне тогда, – смилостивился Джерри.
Вот так всегда – только приготовишься продемонстрировать свои лучшие козыри – а тебе уже: все, спасибо. Габи проклинала себя за то, что не вложила в первые же секунды своего «показательного выступления» все, что умела.
Ларри поставил на столик перед креслами две бутылки ледяного пива и придвинул злосчастный вентилятор поближе к себе. После нескольких глотков янтарной жидкости ему показалось, что жизнь налаживается.
– А вообще я согласен, Джерри, она ничего, – благодушно заметил он. – Хотя танец никуда не годится, надо ставить.
– Девочка ничего и песенка тоже ничего, – согласился Джерри. – При хорошей аранжировке… Учти, красотка, костюмы у нас – за свой счет. Выступления двойников – раз в неделю, по пятницам. Но тебе придется походить на репетиции. Эту пятницу пропустишь, пока будешь номер отрабатывать, но к следующей уже надо быть готовой! А предложить мы тебе можем за вечер…
Джерри взял черный маркер, начертал на листке бумаги число и продемонстрировал Габи.
Не слишком много. Но и не слишком мало. Она согласно кивнула.
– Значит, сейчас подпишем все бумаги, и завтра приходи на репетицию.
Когда Габриэль покинула офис с подписанным контрактом в руках, она все еще не верила, что в эти минуты совершила то, чего так давно боялась и избегала. Ведь она собственной рукой расписалась в пресловутом сходстве!
Глава 5
В это утро Габриэль проснулась со счастливой улыбкой.
А я сегодня увижусь с Айденом, подумала она, смакуя маленькую приятную тайну, в которую кроме них двоих не была посвящена ни одна живая душа. Вот только забегу на репетицию в кабаре, а потом поеду кормить Матильду. И увижу его.
От этой мысли на душе стало удивительно тепло и спокойно. Хотелось петь и танцевать. Впрочем, именно этим она сегодня и займется в кабаре «Павлиньи перья».
В назначенный час Габи появилась в офисе Джерри, и шеф повел ее знакомиться с новыми коллегами.
– А ты миленькая! Очень рада, что мы будем работать вместе! – Темнокожая красавица-великанша по имени Лора приветливо улыбнулась Габи ярко накрашенными губами. – Ни о чем не волнуйся, я возьму над тобой шефство.
– Спасибо, – благодарно кивнула Габриэль. Лора, как оказалось, изображала двойника джазовой звезды шестидесятых. Она добродушно глянула с высоты своего исполинского роста и отечески потрепала Габи по плечу. Немного покровительства той и правда сейчас не помешает. Габи так растерялась, попав в непривычный, необычный, яркий и шумный мир кабаре! Казалось бы, опыт предыдущей работы должен был научить ее ничему не удивляться. Но все, что она увидела здесь, так отличалось от кино!
Там все, что происходило, делалось «понарошку». Азакулисье «Павлиньих перьев» выглядело так убедительно в своей ослепительно вульгарной красе, словно это и была настоящая жизнь. Девушки и мужчины, приходившие сюда в скромной будничной одежде, перед выходом на сцену надевали кричащие костюмы из перьев и разноцветной фольги, и начинало казаться, что они не переоблачились, а разоблачились, не примерив маску лицедеев, а, напротив, демонстрируя свое истинное лицо.
– Ну я надеюсь, вы найдете общий язык, – удовлетворенно сообщил Джерри после того, как представил Габи и Лору друг другу. – Лора, покажи ей наш «выход» и еще пару движений, а потом Ларри поработает с ней. И подбери ей пока что-нибудь из имеющегося, а на следующую репетицию она придет уже в своем костюме.
