Читаем без скачивания Пайола - Дей Кин

Они появились вместе со своими людьми: адвокатами и телохранителями. Удалось прошмыгнуть и некоторым репортерам. Все вместе они образовали солидную группу. Смотреть на их суету было даже смешно. В передней они обменивались лишь мрачными взглядами, а тут попытались выступить единым фронтом против закона и внезапно стали приветливыми и добродушными.

Тод и Марти, улыбаясь, обменивались дружественными репликами и мягко похлопывали друг друга по спине. Даже их адвокаты пожали друг другу руки.

– Я буду краток и сразу перейду к делу, – прервал их "братание" Хэнсон. – Кто из ваших негодяев застрелил Мейбл Коннорс? Или речь при этом шла о мистере Алоха? Может быть, женщина была убита случайно?

Я подумал, что оба, по совету своих адвокатов, откажутся отвечать на такой лобовой вопрос. Но я ошибся.

– Боюсь, что не понимаю вас, капитан, – невозмутимо сказал Амато. – И уверен, что мистер Хаммер тоже вас не понимает. Возможно, что у нас обоих в прошлом были темные пятна. Но уже несколько лет мы являемся честными бизнесменами.

Тод Хаммер и все четыре адвоката усердно закивали головами, Хэнсон сосредоточил свои усилия на Амато:

– У вас ведь был подписан контракт с Мейбл Коннорс и ее супругом?

– Совершенно верно, – охотно отвечал Амато. – И я забочусь о своих людях. Я уже сказал мистеру Коннорсу, что все расходы на похороны беру на себя.

– Очень великодушно с вашей стороны, – заметил Хэнсон.

– Очень, – подобострастно подтвердил один из адвокатов.

Хэнсон внимательно посмотрел на Амато:

– Но вы признаете, что несколько месяцев тому назад дали распоряжение избить брачную пару за то, что она выступала в заведении Тода Хаммера? И это уже не так великодушно, не правда ли?

Один из адвокатов кашлянул.

– К сожалению, мистер Амато вынужден отказаться от ответа на этот вопрос, так как...

– Нет, – перебил его Амато. – Вспомните, что я вам говорил в приемной, господин адвокат. Мы пришли сюда не для того, чтобы вставлять палки в колеса закона. Мы собираемся помочь закону. Конечно! – Он с серьезным видом кивнул. – Да, я посылал своих людей в "Голден Четон". Они должны были в вежливой форме напомнить супругам Коннорс, что я предпочитаю, чтобы мои люди не выступали в заведениях, которые принадлежат конкурирующим фирмам. Хотя бы в те сроки, когда у них контракт со мной. Но я твердо убежден, что Тод ничего не знал о характере контракта, когда ангажировал их.

– Разумеется, не знал, – солгал Хаммер. – А как только узнал об этом, я их уволил.

– Как на его месте поступил бы каждый порядочный человек, – закрепил эту ложь один из адвокатов Хаммера.

Хэнсон попытался подойти к нему с другой стороны.

– В таком случае, я хотел бы узнать еще кое-что, Марти.

– Пожалуйста. – Амати был сама вежливость.

– Как часто вы требовали от миссис Коннорс отдаваться хозяину студии или певцу за то, чтобы тот способствовал выходу ваших пластинок в эфир?

Амато торжественно поднял руку – и солгал:

– Ни разу! Мне бы и во сне не пришло в голову требовать от такой порядочной женщины, чтобы она пошла на такое.

Это уже было кое-что. Особенно если припомнить, что Марти уже дважды обвинялся в сводничестве.

– Понятно, – сказал Хэнсон. – А что вы скажете по этому поводу, Тод?

– Что вы, собственно, имеете в виду?

– Вы бы смогли предъявить девушке, которая заключила с вами контракт, какие-то аморальные требования?

Хаммер ненадолго задумался, а потом сказал:

– Только в том случае, если бы во мне взыграла кровь.

Все рассмеялись, кроме Хэнсона, сержанта и меня.

– Ах, вот как! – воскликнул Хэнсон и, не давая Хаммеру опомниться, взорвал свою бомбу: – Скажите мне, Тод: это вы распорядились убить Мейбл Коннорс или нет? Потому что хорошо знали, что ее показания под присягой наверняка нанесут конкуренту значительный ущерб! Вот вы и постарались, чтобы все подозрения пали на Амато.

Господа из "Блюзберда" немного отодвинулись и были уже не так любезны.

Лицо Хаммера залила краска, и сетка морщин внезапно проступила на его лице, когда он запротестовал:

– Нет! Разумеется, я этого не делал! Да зачем мне это?

– Но ведь вы, – неумолимо наступал Хэнсон, – наняли мистера Алоха на очень выгодных условиях, чтобы он помог Томми избежать газовой камеры. – Он с довольно хорошо разыгранным равнодушием посмотрел на меня. – Мистер Алоха отказывается сообщить нам, каким путем он собирается это осуществить. Но я почти уверен, что вы пытаетесь доказать, что Мэй Арчер убил не Мулден, а Марти, но вся вина легла на Томми-Тигра.

Сторона Амато стала еще более хмурой. Теперь уже никто из них не улыбался. А Хэнсон продолжал травить их.

– Правда, покушение на мистера Алоха перед зданием полиции заставляет в какой-то степени поверить мистеру Хаммеру.

– Все это ложь! – вскричал Амато. – Ни я, ни кто-либо из моих людей не имеют никакого отношения к убийству! И к попытке убить Алоха! И если Тод Хаммер утверждает это, то он лжец!

Для Хаммера этого было достаточно. Он потряс кулаком перед лицом Амато.

– Только попробуй еще раз назвать меня лжецом, выродок! Длиннохвостых обезьян я еще никогда не боялся!

Один из адвокатов Амато попытался было его остановить, но опоздал.

– Никто из Чикаго не называл меня длиннохвостой обезьяной!

В тот же миг зубные протезы Хаммера превратились в труху. За первым ударом последовал второй – в живот.

Хаммер призвал на помощь Вирджила и Сэма. Адвокаты обеих сторон призывали своих хозяев пользоваться головой, а не кулаками. Фоторепортеры защелкали камерами. Драка превратилась в настоящую битву.

Хэнсон дал им побушевать немного, а потом подошел к двери в приемную и вызвал оттуда полицейских. В следующую минуту все участники драки были арестованы. За рукоприкладство в государственном учреждении, за нарушение общественного порядка, за возбуждение общественности, за все, что пришло в голову Хэнсону. Он приказал их отвести в камеры. Адвокаты обеих сторон быстро ретировались, чтобы срочно писать жалобы за незаконное задержание подопечных.

Когда порядок был восстановлен, я спросил:

– Чего ты собираешься этим добиться?

Хэнсон ухмыльнулся.

– Могу сказать тебе, Джонни. Обычными средствами тут ничего нельзя было добиться. Вот мне и пришло в голову, что поскольку тут сошлись и длиннохвостая обезьяна из Чикаго, и ирландский гаваец, то можно применить старую норвежскую тактику викингов. Я просто бросил все в общий котел и стал смотреть, что из этого сварится. Теперь обе стороны уже не будут любезничать друг с другом. А общественности известно, что Хаммер нанял тебя, чтобы доказать, что Амато, а не Мулден убил Мэй Арчер. Я сам теперь не могу сказать, что из этого выйдет.

– Во всяком случае, это все отразится на моей шкуре. И как долго ты сможешь держать их на запоре?

Ничего утешительного для себя я не услышал.

– Недолго. В лучшем случае три-четыре часа. Но поскольку ты достаточно умен, чтобы заработать за один день столько денег, сколько полицейский зарабатывает за год, то тебе времени хватит.

– Для чего?

– Для того чтобы выяснить, кто из этих двоих отдал распоряжение убить Мейбл. – Он хитро улыбнулся. – Тогда одного из них я смогу задержать и на более длительный срок.

– Большое спасибо за цветы, – буркнул я и вышел в приемную.

Там стояла Бетти с чемоданчиком в руке.

– Что вы здесь делаете? – поинтересовался я.

Она осмотрела меня критическим взглядом.

– Не очень-то дружелюбным тоном вы говорите со мной, мистер Алоха. И это после всех трудов с моей стороны. Как вам не стыдно!

– Простите меня, Бетти! – вздохнул я. – Но что случилось?

Она покачала головой.

– Ничего. Сегодня утром бомба разнесла в клочки всю вашу одежду. А когда я услышала по радио, что в вас трижды стреляли, я уже представила вас всего в крови и просто хотела, чтобы вы нормально выглядели, когда пойдете в больницу. Я закрыла контору – не знаю, сколько договоров вы потеряете на этом – и тотчас же поехала к вам на квартиру. Там я упаковала чемодан. Костюм, ботинки, носки, белье... А теперь вот я вижу...

– Что, у меня что-нибудь не в порядке?

Она застонала.

– И как вы можете спрашивать такое? Вы только взгляните на себя! Волосы причесаны. Ни одного пятна крови. И костюм в полном порядке.

– Какой позор! – согласился я с ней. – А ведь говорят, что в детстве я был очень предупредительным и добрым мальчиком.

Глава 8

В приемной теперь было пусто и тихо. Битники и девушки исчезли. Ушли ударник и рыжеволосая мисс Гордон. Адвокаты уже, видимо, строчили свои жалобы. Я предположил, что репортеры и фотографы увязались за полицейскими, которые увели Амато и Хаммера, в надежде сделать парочку снимков боссов "Стартайма" и "Блюзберда" за решеткой.

Единственным посетителем, оставшимся в приемной, был хорошо одетый человек, который сидел рядом с Джеком Келли.