И это тоже все объясняло. Вот только мягко стелет, да жестко спать. Пока не разберусь сама, не поверю.
Будто чувствуя мой воинственный настрой, мужчина взял мою ладонь и переплел наши пальцы.
Что?!
Вот тут моя маска отчужденности треснула. Увеличивающиеся в два раза глаза явно не подходят под определение невозмутимости. Уж слишком неожиданными были действия мужчины.
— Ты решила эту проблему, — связной улыбался, нагло приватизировав мою руку. — Находишь артефакт, отдаешь драконам и исчезаешь из жизни двух стран навсегда.
Он сделал паузу, хитро сверкая ониксом глаз. Не нравилось мне, к чему все это шло.
— Со мной, — закончил мужчина, крепче сжимая мою руку.
Я была права. Мне совсем не понравились собственнические поползновения мужчины в мою сторону. Это отталкивало и заставляло нервничать.
— Что ж ты так неучтиво общался со мной до этого? — да, я подозрительный скептик и еще какой. В моей работе по-другому было нельзя.
— Это когда дракоша Дин рядом околачивался? — насмешливо спросил Лер. — Разумеется, нам не нужно скрывать, что у нас отношения. Драконы ведь идиоты и не поймут, что их связной спутался с шантажируемым аналитиком, и чем им это грозит.
Милостивый Ватир, сколько сарказма и неприкрытой издевки. Да мы, никак, обиделись, что его величество не помнят.
— То есть, ты не ящер? — я специально выбрала такую формулировку.
Интересно, он выйдет из себя снова?
— И даже не пресмыкающееся, — очень хитрая, до боли знакомая улыбка озарила лицо красивого мужчины.
Его шоколадные, слегка кучерявые волосы лезли в узкие глаза и закрывали всю шею. Раньше я не обращала на это внимания. Раньше он вел себя по-другому, и взгляд был иным. Теперь же я будто помнила его поведение, движения и теплые прикосновения. Разум забыл, а тело и чувства помнили. Нет, это не любовь, но я вполне могла его любить. Могла, и это пугало.
— План в силе? — только один вопрос и только один ответ на него.
— Да, — протяжно выдохнул Лер, и, ткнув носом меня в лоб, потребовал поднять лицо.
Так нежно и удивительно трепетно, что я подчинилась. Снова хитрый и все понимающий прищур.
Да, он знает больше меня. У него неоспоримое преимущество. Он сейчас ведущий, а я ведомая, но только сейчас. Через мгновение я снова стану самой собой с даром, ставящим под сомнение даже истины мироздания. Но это потом, а сейчас нежное прикосновение чужих губ к моим, и связного сорвало.
Все до той секунды указывало на то, что Лер нежный и трепетный любовник. Полностью ошибочное заключение.
Крепкие руки подхватили меня под бедра и опрокинули с остатков дерева, именуемых пеньком, прямо на снежный наст. Такой страсти я не ожидала.
Неужели все, что связной говорил до этого, было правдой?
Дальше размышлять на тему истины мне не дали. Сильные пальцы, чувствительные покусывания и наглый язык вытеснили все из моей головы. Шея горела от поцелуев, щеки от страсти и легкого стыда, а дар от невменяемости хозяйки. Когда же руки связного коснулись груди под верхней одеждой, разум резко вернулся.
— Ты же меня хорошо знаешь? — убийственно-спокойный вопрос в моем исполнении.
Мужчину не проняло, он продолжал целовать меня. Ладно, шея могла пережить еще десяток алых следов страсти, пока я не закончу разговор.
— Да, — хрип между звуками поцелуев.
— Что я делаю со своими обидчиками?
Все действия со стороны мужчины мигом прекратились. Он приподнялся, чтобы была возможность заглянуть в глаза, и внимательно стал рассматривать мое лицо, что-то там выискивая.
— Мстишь. Жестоко.
Хриплый голос будоражил кровь, но я взяла себя в руки. Ответ меня удовлетворил и я продолжила:
— Еще одно движение ниже ворота, и я расценю это, как оскорбление, — я невинно улыбнулась в ответ на промелькнувшую за спокойствием досаду в глазах связного.
— Всегда твой характер найдет выход в неподходящее время, — вор поднялся, отряхнулся и подал мне руку.
Отказываться не стала. И вот я уже была на ногах, а Лер как-то слишком усердно очищал от снега мою спину. Мелкая месть, но я ему это спустила.
— Идем спать, завтра снова в путь, — и меня потянули по направлению к постоялому двору.
Да, в тот день у каравана был праздник, спали не на снегу.
— Что, наши ноженьки устали-и-и? - пропела, явно издеваясь над пешими подвигами обоих мужчин.
Откуда только взялось это дружеское подтрунивание? Неужели одного поцелуя было достаточно, чтобы записать Лера в друзья? Или того хуже, в возлюбленные?
— На нежный и трепетный пинок они еще способны.
Шепот на ухо пустил стадо мурашек. А дальше мы вошли в здание и связной стал таким же гадом, каким был до разговора на поляне.
Конспирация, по стенке ее размажь!
Глава 3 Часть 4
И вот долгожданная граница между Зиреей и Ризом. Последние полторы недели я просто жаждала дойти сюда, а сейчас даже не знаю. Мне и хочется переступить порог в свое прошлое, и боязно до ледяных пальцев. Естественно, что никто не стоит сразу за границей с магическими оковами и не караулит одну всем известную предательницу, но патрули точно оповещены о моей внешности и деяниях, недостойных истинной зирейки.
Милостивый Ватир, кого я хочу обмануть? Единственная встреча, которой я боялась, не состоится здесь и сейчас, но страх эта эфемерная возможность порождала просто вселенских масштабов. Реакцию Линара на мое появление в королевстве сложно было предугадать, даже при том, что я вспомнила нашу последнюю встречу.
***
— Что произошло? — кронпринц ошарашено смотрел на стекающую по запястью к пальцам и дальше по гарде к лезвию моего Рэддаля кровь. Она срывалась с кончика меча и противно хлюпала, когда падала в уже натекшую лужу.
Он еще спрашивает. Я держу родовое оружие, что все в алой крови, а у моих ног валяется труп главы тайной канцелярии.
Воин застал меня за воровством бумаг, что содержат государственные тайны, и попытался остановить. Это решило его судьбу. Моя свобода была дороже его жизни. Каким бы плохим мечником я не была, родовое оружие компенсирует многие недостатки своей силой. Мой верный Рэддаль решил исход поединка.
— Он предатель, — выдала первую пришедшую в голову ложь и отвела глаза. Просто не смогла сказать это, глядя на ошарашенное лицо принца.
Неприкрытая, отчаянная ложь, в которую хотел верить Линар. Так хотел, что продолжил наш разговор, так и не вызвав стражу.
— Но как? Почему? Диаль ведь всегда был верен отцу. Что могло сподвигнуть его на предательство?
Я посмотрела на принца. Он изо всех сил пытался избежать главного вопроса, чтобы не получить нежеланный ответ. Но я ответила, руша всю его глупую игру.
— Жизнь заставила. Он продался драконам, — и я впервые за этот недолгий разговор посмотрела в глаза своему другу детства.
Отчаяние, оно болезненной гримасой осело на красивом лице мужчины. Он так дорожил мной, что готов был поверить в любой бред, который я соизволю ему поведать. Я не хотела видеть, как этот сильный человек обманывал сам себя. Мне было невыносимо больно врать и притворяться, что все в порядке, все как прежде.
— Мне нужно доложить о произошедшем, — спокойно пояснила свои действия, когда одним движением вытерла платком кровь с меча и направилась на выход.
— Да, лучше иди ты. Я присмотрю, чтобы никто ничего здесь не трогал. — И он пропустил меня.
Ни единой попытки остановить или задержать. Лишь спокойное принятие того, что его подруга предательница, и он отпускает ее добровольно. Даже после убийства одного из воинов первой руки.
Я не смогла произнести слова, что оборвали бы нашу связь навсегда. Линар тоже ничего не сказал. Мы так боялись окончательного "прощай", что разошлись, будто через минуту пойдем пить чай и обсуждать всякие рутинные мелочи. Отправимся на утреннюю тренировку, проведем спарринг. Я получу мечом по мягкому месту в качестве наказания за проигрыш, и мы разойдемся, чтобы принять душ. Дальше завтрак, дела королевства, обед, работа с ведомостями и прошениями, поздний ужин в кабинете и долгожданные посиделки в покоях принца. Алкоголь, конфеты, задушевные разговоры. Возможно, к нам присоединиться Шиину, жена Линара. Она на пятом месяце и предпочитает спать в такое позднее время, но и у нее случается бессонница. Вот так мы должны провести этот день. Так правильно. Но этого уже никогда не будет.
