могла!..
День 4.
Я поспала только первую половину ночи, вторую всецело посвятив ожиданию. Слушая ночные пения диковинных птиц и удивляясь полному отсутствию москитов, я поджидала пробуждение Дикой. Ночлежка издавала гул из сопений и храпов, но из гамака Дикой, подвешенного в трех шагах впереди моего, не доносилось ни звука.
Прошло примерно три часа с момента моего пробуждения, серый рассвет уже согнал с поющего сверчками поля ночной мрак, когда гамак Дикой наконец пошатнулся. Я решила позволить ей выйти из Ночлежки, чтобы не выводить её из себя рискуя пробуждением остальных обитателей Паддока. Выбравшись из гамака, Дикая сразу же закрепила за спиной лук, ночевавший подвешенным на дереве над её головой. Подняв с земли колчан со стрелами, запасы которого накануне ночью восполнил Яр, она подошла к остывшему кострищу и, сняв с подвешенного над ним металлического вертела опаленный чайник, пригубила его. Она пила не торопясь и тихо. Вдруг, отстранив чайник от губ, она бросила на меня пронзительный взгляд. Я резко прикрыла веки, но не была уверена в том, заметила ли она, что я следила за ней. Несколько секунд она постояла бесшумно. Опасаясь быть схваченной с поличным, глаз я больше не открывала и только слушала: вот она возвращает чайник обратно на вертел, вот забрасывает за спину колчан, вот её шаги отдаляются от кострища в сторону поляны. Только после того, как она сделала пять шагов за границу Ночлежки, я позволила себе распахнуть глаза. Моя цель уже почти зашла в высокую траву. Пора.
Резко поднявшись и буквально выпрыгнув из своего гамака, я направилась за Дикой, слегка припустив трусцой. В том, что она слышит мои шаги, я не сомневалась, и тем не менее она не остановилась и даже не убавила скорость своего шага. В итоге я нагнала её, когда трава уже была нам по пояс и неприятно щекотала открытые предплечья холодной росой.
– Подожди, – я едва сдержалась, чтобы не положить руку на её покрытое чёрной материей плечо, но вовремя отказалась от этой идеи. Тактильный контакт с интровертом такого уровня подобен молниеносному подписанию приговора об автоматическом внесении себя в чёрный список.
– Не советую меня доставать, – резко остановившись, Дикая обернулась, и мы встретились взглядами. Так близко я ещё не видела её. Всё же она была на целых полголовы ниже меня и хотя и была откровенно крепкого телосложения, была заметно тоньше меня, изящнее что ли…
– Ты даже не даёшь мне шанса, – вскинула руки я. – Это нечестно.
Последовавшей от неё реакции на мои слова я никак не ожидала: резко сняв со своей спины лук, она ещё более молниеносным движением протянула его мне вместе с одной стрелой.
– Покажи же мне, на что ты способна, раз тебе так неймётся.
Мы зашли за стену фермы, с противоположной стороны которой в загонах всё ещё мирно почивали птицы и коза. Серый рассвет всё ещё занимался медленно, но на восточной части небосвода уже появилась первая оранжевая полоса, предвещающая тёплый день. Мы с Дикой стояли напротив стены, на которой то ли мелом, то ли краской была нарисована классическая чёрно-белая мишень для стрельбы. Она была воодушевляюще крупной, но остановились мы не меньше чем в двадцати метрах от неё. Расстояние определила Дикая, и переизбирать его я не могла, если только не хотела терять баллы своего и без того шаткого рейтинга новоприбывшей.
Из лука я стреляла лишь один раз в жизни. Мне было шестнадцать, отец с матерью находились в стадии развода, мои друзья по школе пригласили меня в тир. В тот вечер я выпустила ровно десять стрел, но до цели долетела лишь одна, восьмая по счёту. Однако сейчас я была старше, сильнее и с опытом пользования огнестрельными, и продвинутыми оружиями…
Прежде чем выпустить одну-единственную отведенную мне стрелу, я долго прицеливалась. Возможно, это меня и подвело. Или то, что тетива оказалась туже, чем я рассчитывала, а стрела не хотела фиксироваться на моём пальце. Или в том, что я толком не помнила, а точнее совсем не знала, как управляться с такого рода оружием.
В итоге стрела вылетела и вроде даже пролетела над высокой травой относительно ровно, но… Не попала ни в один из кругов мишени. Врезалась в левый нижний угол белого пространства, не зацепив даже единицу.
Сжав кулаки, я раздражённо выдохнула через сжатые зубы.
Дикая безапелляционным рывком вырвала из моих рук своё оружие и, в следующую секунду заведя свою правую руку за спину и вытащив из колчана одну стрелу, практически не целясь выпустила её. Стрела вошла ровно в центр мишени, в самую десяточку. Я успела подумать, что на этом представление окончено, но она вдруг выпустила вторую стрелу. Я даже не успела заметить, в какой момент она успела взять её в руку. Вторая стрела влетела ровно в первую и, с треском, который я расслышала даже с такого дальнего расстояния, разрезав древко предыдущей стрелы напополам, вошла в стену, застряв в самом центре мишени и пригвоздив к нему предыдущую стрелу. По другую сторону стены сразу же обеспокоенно заблеяла коза и в истерическом испуге закудахтали куры. Опустив лук, Дикая посмотрела прямо в мои глаза и холодно отчеканила:
– Больше не подходи ко мне с этим вопросом.
Глава 11.
Оставшись стоять у фермы с до боли сжатыми кулаками, я провожала взглядом уверенно удаляющуюся в противоположную от меня сторону Дикую вплоть до момента, пока она не скрылась в первой же сумрачной полосе Тёмного леса. Я упустила свой шанс, но был ли это вообще он? Ведь я не умею стрелять из такого вида оружия – чудо, что я вообще попала в стену…
Разозлившись, я пнула ногой кочку травы.
Так начался мой четвёртый день в Паддоке.
В первую половину дня я, Эффект, Сладкий и Парагрипп рубили еловые лапки в роще подле обрыва: бóльшая часть переносилась нами к Мастерской для укладки и закрепления на крыше, а неказистые остатки перекочевывали на ферму, в кормушку безостановочно жующей козы. Я отметила, что в хорошо продуманных и крепко закрепленных поилках птиц и козы, было не так уж и много воды. Уже вторую ночь я видела, как Дикая приносит дичь, но ещё ни разу не видела, как она доставляет в лагерь воду. Интересно.
Пару часов после обеда, из-за разразившейся жары, все обитатели Паддока выжидательно отдыхали, скрывшись в тенях Ночлежки, Хранилища или Медпункта. Потом, когда благодаря появившимся на небосводе
