Ну и ладно.
Теперь Марли было понятно его отношение к происходящему. Если не считать Анджелины, она была совершенно одна. Никаких проблем. Она уже привыкла к этому. Черт возьми, да так ей было намного спокойнее. Правда. Ей и не нужен был никто. Даже Космо. У нее была Анджелина. И этого ей вполне достаточно, хотя она всего лишь персонаж комикса.
Да? Ну и что тут такого? Задрав подбородок, Марли постаралась забыть о привлекательной внешности Джоэла. Не важно, что дрожат колени. Ей приходилось переживать и худшее. Она мысленно показала язык своему страху.
Двое мужчин стояли над ней. И вдруг Марли вспомнила про шар для боулинга и с трудом поднялась на ноги.
– Шар для боулинга! Найдите мой шар для боулинга. Этот убийца выстрелил в него. Этот шар все докажет.
Кемп и Джоэл оглядели комнату. Никакого шара в ней не было.
– Может быть, он на кухне, – предположил Джоэл. – Пойду посмотрю.
– А я поищу в спальне, – вызвался Кемп и пошел по коридору. Марли не очень понравилось то, что он будет рыскать по ее спальне, но что она могла поделать? Он все же полицейский.
Жалко, что ее спальню обыскивает не Джоэл.
Что? Неужели ты хочешь, чтобы он рылся в твоем нижнем белье и выяснил, что ты предпочитаешь упаковку хлопчатобумажных трусиков из «Уол-Марта» за пять долларов шелковому белью с кружевами по пятнадцать долларов за пару?
Точно. Хорошо, официальная позиция такова: ей не нужны никакие мужчины в ее спальне.
А от реального положения дел это отличается тем, что…
«Заткнись!»
Возможно, ей и следовало бы завести друзей из плоти и крови. Таких, кто не смеялся бы над ее выбором нижнего белья или отсутствием личной жизни.
Джоэл вернулся из кухни, покачивая головой.
– Шара для боулинга там нет. – Но он все же улыбнулся ей, отчего у Марли полегчало на сердце.
– У вас не дом, а Бермудский треугольник, – с сарказмом заметил Кемп, вернувшись из спальни. – Сначала кофейный столик, теперь шар для боулинга. Звоните на телевидение.
Чертов придурок. В старших классах он наверняка был одним из тех чванливых парней, которые терроризируют ребят из шахматного клуба. А Марли была в шахматном клубе.
– Нет-нет, – сказала она, с трудом сдерживая истерику. Нужно сделать так, чтобы он ей поверил. – Разве вы не видите? Убийца забрал их.
– Да, – усмехнулся Кемп, – это уж точно.
– Он увез их, – настаивала Марли. – Кофейный столик, шар для боулинга. В своем фургоне. А пока я была у Джоэла, он пылесосом очистил ковер от щепок и поднял пули. Он хотел подставить меня, представить все так, будто я сумасшедшая.
– А вы и есть сумасшедшая. Чем вы тут занимались? Марихуану курили? – возмутился Кемп. – Или ЛСД лопали?
– Засунь все это себе в задницу, жирдяй. – Произнесли это губы Марли, но нахальный тон принадлежал Анджелине.
Брови Джоэла полезли на лоб, и Марли могла бы поклясться, что он ухмыльнулся. Уничтоженная, Марли прикрыла рот рукой.
«Отлично, Анджелина! Разозлила копа настолько, что он вот-вот упечет тебя за решетку».
Я не собираюсь стоять и смотреть, как этот идиот обращается с тобой. Если хочешь, можешь мириться с этим, я же не намерена.
Кемп вытащил из кармана наручники.
– Ну все. Вы поедете в участок.
Но Анджелина была не единственной, кто собирался ее защищать. Джоэл встал между Кемпом и Марли. Он уперся рукой полицейскому в грудь.
Они пялились друг на друга, как два вооруженных бандита, принявших стойку на пыльной улице провинциального городка. Марли показалось, что вот-вот зазвучит музыка из одного из тех «макаронных» вестернов, которые так любил ее отец. Позы мужчин были вызывающими: два кобеля, делящих огромную кость.
Почему она вдруг почувствовала себя свиной отбивной?
Энергия Джоэла заполняла комнату. А возможно, Марли просто это казалось. Она не была из тех похотливых женщин, что заводились с пол-оборота, но ее новый сосед действовал на нее возбуждающе. И нельзя сказать, чтобы это очень ее радовало.
Но может быть, виной всему была просто комбинация виски, адреналина и страха? Марли надеялась, что так оно и есть. Тогда это быстро пройдет. Избавиться же от запущенной влюбленности намного сложнее.
– Вы напросились на это, Кемп, – сказал Джоэл. – Просто отойдите в сторону, если не хотите, чтобы я пожаловался комиссару полиции, который, так уж сложилось, мой близкий друг.
Кемп подозрительно посмотрел на него:
– Вы знакомы с Джонасом Барнхиллом?
– Мы охотимся на оленей каждый сезон на ранчо Роки-Ридж. Джонас привозит виски, а я филе и грудку.
В яблочко!
Интересно, он говорит правду? Марли внимательно посмотрела ему в лицо, но оно было непроницаемым. Если Джоэл и лгал, делал он это профессионально. Она была рада, что он на ее стороне.
Возможно, вместо того чтобы любоваться мистером Играющие Мускулы и Огромные Бицепсы, следовало бы поинтересоваться, действительно ли он на твоей стороне.
Кемп фыркнул:
– Да она же пила. От нее разит виски.
– В вас когда-нибудь стреляли? – спросил его Джоэл.
Положив руку на рукоять пистолета, Кемп уставился на Джоэла:
– На что вы намекаете?
– Я просто пытаюсь поставить в этом деле точку.
– Нет, – признался Кемп.
– А в меня стреляли. – Джоэл выпрямился и шагнул ближе.
Это заявление заинтересовало Марли. Интересно, где это он умудрился нарваться на пули? Работал в органах правопорядка? В армии? Был в Ираке? Или его опыт общения с оружием оказался менее законным?
– Ну и?.. – проворчал Кемп.
– Первое, что нужно человеку, заглянувшему в дуло пистолета какого-нибудь маньяка-убийцы и выжившему, – это выпить чего-нибудь покрепче. Поэтому я дал мисс Монтегю немного виски. Во время самого нападения она была абсолютно трезвой. Я могу засвидетельствовать ее состояние на тот момент.
Сердце Марли затрепетало. «Мой герой».
А ну-ка немедленно избавься от этой мысли. Этот парень не твой герой. Он тебе никто. Тебе не нужен мужчина, который бы тебя защищал. Вели ему убираться. Ты и сама можешь контролировать ситуацию.
– Эй, а это что? – Кемп наклонился над стопкой книг, лежащих на краю стола, эти книги Марли использовала в своих исследованиях. Кемп зачитал информацию с последней страницы обложки одной из книг: – «Зомбированные патриотизмом. Почему доверчивые американцы глотают наглую ложь военных».
Началось, подумала Марли, Уже не в первый раз над ней смеялись из-за ее интереса к «Теории заговора». В конце концов, и она сама, и ее семья достаточно настрадались от сокрытия правительством своих преступлений. Она знала, что такие вещи происходят на самом деле.
Кемп отложил книгу и взял из стопки следующую.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
