и дальнейшему походу. Вот только оставался один маленький нюанс, который осталось прояснить, и сделать это было необходимо сейчас. Это его способности. С котом в мешке не хотелось идти, так как нас могла ждать весьма «плохая» ситуация. Если мягко выражаться. Вдруг он обладает каким-нибудь самоубийственными способностями? Такой он нам точно не нужен.
— Прежде чем мы спустимся вниз и пойдём к той чёртовой базе, — я показал на гору большим пальцем через плечо, так как она сейчас находилась у меня за спиной, — нужно кое-что уточнить. Что ты именно ощущаешь в себе нового?
— Нового? — усмехнулся Иван, после чего зашипел от боли в скуле. — В себе ничего. Я чувствую всё окружающее меня как-то по-новому. Даже не знаю, как описать… сейчас весь мир для меня словно через какую-то призму… как бы объяснить…
— Да как чувствуешь, так и объясняй, — сказала Алисия, думая, что подход достаточно простой. — Как воздух ощущается, как пространство, как небо, земля… это же просто!
— Это с твоей силой всё понятно и просто, а вот с моей хрен пойми… Например… В вас двоих я чувствую просто неимоверное количество чего-то… мрачного, при этом у тебя, — он показал на меня пальцем, — это что-то не только просто внутри, но и ещё обволакивает нервы, укрепляет мышцы…
— Ты чувствуешь Тьму, как я привык уже считать, по факту это инопланетная субстанция, которая служит не только средством усиления организмов и их преобразования, но и как… как бы точнее сказать… как приёмо-передающая антенна для сигналов коллективного разума, — кивнула девушка, подойдя к Ивану, тут же пристально в него начав смотреть. — А как далеко ты можешь ощущать это?
Я даже удивился её объяснению. Очень быстро поняла, что к чему. Очень быстро… хотя, чему удивляться? Несколько минут она была под полным контролем Тьмы, высшего разума этой… как там было в новостях? Вроде бы… Пустоты.
— Фиг знает. Может, десяток километров… не могу сказать точно, — пожал он плечами, после чего сказал то, что шокировало девушку. — Вот только я, помимо всего, чувствую словно ядро планеты. Такая огромная мощь, но она словно искажается, её что-то меняет…
— А вот на этом моменте подробнее, — нахмурился я. — Как это ядро искажается? Правительство что-то с ним делает? Ещё какие-то испытания⁈
— Чёрт! Нет! — округлила глаза девушка, резко повернувшись ко мне и схватив меня снова за плечи. — Я должна была это тебе сказать с самого начала!
— Что именно? — аккуратно убрав с себя её руки, я сделал два шага назад и с небольшим подозрением уставился на неё.
— Планете осталось примерно триста лет! Тьма её пожирает! А мы даже не знаем почему и зачем! И это время постепенно сокращается! — чуть ли не кричала она, говоря настолько встревоженно, что становилось как минимум… напряжённо? Наверное, так, я ведь не ощущал тревоги по этому поводу, хотя по логике должен был.
— А как ты это узнала-то? — спросил у неё Иван, из-за чего мне стало легче, так как все внимание с меня переключилось на него.
— У нас в бункере была сканирующая установка. Мы с помощью неё искали залежи металла и драгоценных камней в породе. Но она была невероятной мощной. В какой-то момент мы смогли усилить её мощность настолько, что мониторили вообще все геологические процессы на планете. Я была одним из операторов той системы, — прикрыла на мгновение она глаза. — Я видела, что после падения метеоритов примерно через неделю начало что-то странное происходить с ядром… оно начало затухать. Ну как затухать… вращения стали замедляться. Планета умрёт гарантированно, но, может быть… у нас есть время для того, чтобы её спасти.
— Выходит, что через какое-то время у нас будут обильные землетрясения? Или что-то подобное? — уточнил на всякий случай я, ведь это весьма важная информация. Если с планетой всё будет плохо, то правительство просто переберётся в космос, а это мне не нужно от слова совсем.
— Нет. Этого не будет. Наоборот все плиты встанут на месте, — спокойно начала она пояснять нам то, что произойдёт с планетой, если перестанет функционировать ядро. — Планета начнёт остывать. Не будет внутреннего катализатора тепла. Исчезнет со временем магнитный барьер планеты, радиационный фон резко подскочит, и всё живое вымрет.
В этот миг снова перед глазами была вспышка. В голове возникло новое знание. Новое воспоминание очень красочно и очень быстро мелькало перед глазами, и я словно снова переживал его.
Это был город, тот самый. Срок… где-то год назад? Полтора года назад? Сложно сказать, но ощущения возникали именно такие. Я стоял в очереди… хотел вернуться в строй, запрашивал на это разрешение, но добро тогда не дали, сказали, как специалист с моими знаниями я был нужнее именно в городе. Я тогда долго спорил, долго возникал, что мне не дают уйти воевать с иногалактическими тварями… но в конечном итоге меня попросили на выход. За меня просто решили. В очередной раз.
Почему я хотел вернуться на фронт? Об этом мне сказало новое воспоминание. Оно было в тот же день, но чуть позже. В нём «говорилось» о том, что новые враги уничтожают целые звёздные системы, поглощают энергию звёзд, пожирают планеты, разрушая их на части. И из их материала… делают новые боевые единицы. Пожиратели, Пустота… она должна поглотить всё.
В голове тут же начали повторяться слова: «Поглотить всё!», они дублировались десятки раз, но в итоге я смог подавить этот натиск, смог взять себя под контроль и открыл глаза. Реального времени прошло не больше пары секунд, скорее, даже меньше.
— Тогда выдвигаемся, — вздохнул я, потирая переносицу, голова после новой вспышки воспоминаний начала побаливать, ведь с картинками пришло что-то ещё, чего я не понимал пока. — Медлить, если вам верить, нам непозволительно, — достаточно настойчиво сказал я, развернувшись на месте и уверенной походкой направившись в сторону ближайшего входа в бункер.
— А план-то какой? — уточнила догнавшая меня Алисия.
— План? — усмехнулся я. — Его нет. Там, — указал я лёгким взмахом руки в сторону горы, — остались одни твари, которые заслуживают только смерти.
— Ну а как мы туда, в гору, то есть, попадём-то? Да и вообще, откуда ты про базу-то узнал? — начал на меня сыпаться шквал вопросов, на которые реально надо было
