даже забыла, что сено колется, что мы здесь не одни, а с какой-то мелкой живностью и что передо мной, точнее, подо мной редкостный хам.
И вообще, оказывается Ромочкино самомнение и самолюбие не беспочвенно. Может, мой сосед совершил турне по мировым борделям, чтобы поднабраться опыта?
Когда стресс был снят раза три, я готова была уснуть на бетонном полу. Но сейчас на сене была наша одежда, и надеюсь, Ромочка все еще готов предоставить мне свою грудь.
– Ты не такая уж и монашка, – услышала я, когда уже засыпала.
– Ага, только послушница.
Утром меня разбудила муха. Она настойчиво жужжала над ухом и периодически садилась на лицо. Отмахиваться я устала, открыла глаза и тут же подскочила. Все события ночи разом пронеслись в воспоминаниях, и я захотела сгореть со стыда. Стою голая на чужом сеновале после снятия стресса с парнем, которого знаю всего ничего.
О, бабушка бы свалилась с инфарктом, а мама с инсультом, если бы они узнали, как я провожу время на курорте.
Кстати, а где это врачеватель стресса?
Футболка есть, а вот ни джинсов, ни Ромочки нет.
Обалдеть! Этот ко… коварный хам свалил, бросив меня одну на территории чужого участка. Или все это было только для того, чтобы затащить меня в постель, вернее, на сеновал? Надо признать, действовал он интереснее Феди, но как только я выберусь отсюда, Ромочке конец.
Глава 8
Так, экзекуцию оставим на потом, потому что лучше этим заниматься в одежде. А футболку свою мне Ромочка на память оставил? Пф, я не фетишистка, в отличие от некоторых.
Нет, я точно его убью. Желательно медленно и с особой жестокостью. Да уж, Ромочка из меня не только преступницу сделал, но и маньячку. Да он просто коуч.
Я натянула свою футболку, пихнув ногой Ромочкину, и осмотрелась:
– Где мои?..
Спокойствие, только спокойствие… Скорее всего, они где-то в сене. Я начала разгребать руками свою сегодняшнюю постель, мысленно матерясь, когда услышала:
– Какой прелестный вид.
Черт! Так костерила Ромочку, что даже не заметила, как он вернулся. Разогнувшись, попыталась натянуть короткую футболку хотя бы до середины бедра.
– Что-то потеряла? – расплылся этот кре… креативный снимальщик стресса в улыбке.
– Где ты был?
– Разведывал обстановку.
Разведчик, мать его! А разбудить и предупредить никак нельзя было? Посмотрела бы я на Ромочку, если бы он оказался в подобной ситуации. Его самолюбию был бы нанесен непоправимый удар, вероятно.
– И?.. – поторопила я, продолжая растягивать свою любимую футболку.
– Дома никого, но скоро придет тетя Люба. Только вот…
– Что? – поторопила я.
– Думаю, за домом все-таки наблюдают. Возвращаться надо незаметно.
– Дурдом, – буркнула я себе под нос.
– Так что ты тут искала? – невинно спросил Ромочка.
– Предмет одежды.
Кажется, я начала краснеть. Через забор я в таком виде точно не полезу. Может, к ночи подкоп успею сделать?
– Ладно, давай поищем, – неожиданно милым стал Ромочка, но вся его прелесть быстро развеялась дымкой, когда он добавил: – Тем более я примерно помню, куда их бросил.
Мог бы и промолчать, как любит это делать в тех ситуациях, когда надо отвечать на вопросы. Но сегодня я уже точно из Ромочки душу вытрясу, пусть даже не пытается отвертеться. Вот только приведу себя в подобающий вид.
– Не думал, что ты носишь подобное белье, – снова сказал этот остряк, подцепив пальцем кружево.
– Я, по-твоему, должна в панталонах ходить?
– Ну, – протянул он задумчиво, – я бы не удивился.
Свет первых лучей солнца проникал только через небольшое грязное окошко и приоткрытую дверь, но я отчетливо увидела, как Ромочка поиграл бровями.
– Придурок! – рявкнула на него и попыталась забрать свое белье, даже забыв, что надо натягивать футболку.
– А поцеловать? – поднял Ромочка руку вверх, и я прикинула, что даже в прыжке не достану.
– Ты вообще нормальный? – возмутилась я. – К тебе ночью приходят какие-то люди, ты явно должен переживать по этому поводу, а вместо этого устраиваешь тут игры озабоченного подростка.
– Злобная монашка, – покачал он головой, но белье отдал. – В жизни всегда должно быть место для веселья. Неужели тебе вчера не понравилось бегать по огороду, перепрыгивать через забор и ночевать на сеновале?
– Ни капельки! Я предпочитаю пляжи, кафе и уютные кровати.
– Скучная ты, – казалось бы, с неподдельной печалью заметил Ромочка. – Ну что, идем? А то скоро придет тетя Люба и будет очень удивлена, увидев нас в сене, а кого-то без одежды. Кстати, – протянул ко мне руку, и я тут же отшатнулась, на что тут же услышала: – Ты точно нервная, надо успокоительные капельки. У тебя всего лишь сено в волосах.
Ага, а Ромочка снова проявил чудеса человеколюбия и решил поработать парикмахером.
На улице я посмотрела на свои ноги и печально вздохнула. Встреча с крапивой, сеном и Ромочкиными руками не пошла им на пользу – синяки, мелкие царапины, жжение. А тут еще и утренняя роса.
Пошли мы не тем путем, что ночью. Перелезли через забор около кустов малины, что в принципе не сильно отличалось от крапивы, и оказались напротив дома тети Любы.
Я бросила взгляд на огород и печально вздохнула.
– Ты чего? – спросил Ромочка. – Уже по сеновалу соскучилась?
– Мы потоптали лук, тетя Люба нас убьет.
– Скажем, что ночью воры заходили, а мы их спугнули.
Вот мне бы подобная отговорка даже в голову не пришла, но Ромочка, видимо, думает только в противозаконном направлении.
Во дворе я сразу же двинулась к летнему душу, устало попросив:
– Сделай кофе.
– А ты мне воды оставь. Ну, или можем вместе душ принять.
Ромочка неисправим. Его хватило только на пять минут молчания и парочку нормальных слов. Даже отвечать не хочется. Наверное, это уже адреналин выветрился, как только я оказалась на знакомой территории.
Поэтому… Вот совсем не интеллигентно, но вместо ответа я просто показала Ромочке средний палец.
Душ меня немного взбодрил, хотя и от прохладной воды царапинам было неприятно. Надо будет еще их обработать, не хватало подцепить чего. Ну да, ну да, а еще провериться на наличие венерички. Ой, то есть на ЗППП, а то с этим неинтеллигентным человеком рядом начинаю выражаться как попало.
В очередной раз я подумала, что Ромочка не совсем пропащий, когда зашла в дом. Аромат кофе был невероятным, наверное, какой-то новый рецепт из Марокко или Турции. Я устроилась за столом, обхватив чашку ладонями, и строго спросила:
– Может, ты мне наконец-то расскажешь, что происходит?
– И что ты хочешь знать?
Ромочка подвинул табурет ближе ко мне и уселся, задевая своим коленом
