аа что если ты их убил? — она тяжело дышит и дрожит.
— Нет, ну ты чего? — я стараюсь ей улыбнуться. — Я их просто вырубил. Через минут пять очнутся. Пойдем скорее отсюда.
Я тяну Кристину за руку, но ноги ее не слушаются, и она спотыкается, издавая всхлип. Я, не раздумывая, подхватываю девушку на руки и быстро несу через сквер. Кристина обвивает мою шею руками и утыкается в нее лицом. Я чувствую, как по моей коже скатываются ее горячие слезы.
До стоянки такси я буквально долетаю.
— Поселок Золотой ручей в Подмосковье, быстро! — Кричу я таксисту кавказской национальности, курящему у машины. Он резким движением отбрасывает сигарету и запрыгивает в авто, пока я аккуратно укладываю Кристину на заднее сиденье и сам сажусь рядом с ней.
Кристина продолжает дрожать и плакать, поэтому я притягиваю ее к себе и успокаиваю, гладя по голове.
— Все хорошо, Кристина, не бойся, уже все позади. Я рядом.
Она тоже меня обнимает и утыкается лицом в плечо, продолжая всхлипывать. Наверняка таксист внимательно наблюдает за этой картиной в зеркало дальнего вида, но мне плевать.
Я беру в ладони лицо девушки и тихо шепчу:
— Кристина, мы уже далеко, все закончилось.
Она поднимает на меня глаза, полные слез, и тихо шепчет лишь мое имя:
— Максим…
— Я здесь, я с тобой, мы в безопасности. Ты мне веришь?
Она быстро кивает головой.
— Вот и хорошо, иди ко мне. — Снова привлекаю ее к себе в объятия, и она охотно поддается. Я глажу Кристину по ее мягким волосам и втягиваю их запах, уткнувшись ей в макушку. Они пахнут чем-то цветочным. Какая-то смесь розы и жасмина. От выброса адреналина и присутствия Кристины так близко к моему телу, у меня начинает кружиться голова, поэтому я уже не совсем контролирую, что говорю.
— Я хочу, чтобы ты знала: с тобой никогда ничего не случится, пока я рядом. Я не допущу, — шепчу ей в ухо, зажмуриваясь от одного осознания, что Кристина так близко. В этот момент она такая нежная и беззащитная, что мне хочется укрыть ее собой от всех невзгод мира.
Кое-как перестав всхлипывать, Кристина ложится мне на грудь, а я обнимаю ее обеими руками. Остаток пути до Золотого ручья мы так и едем и на мгновение я понимаю, что не хочу, чтобы эта поездка заканчивалась. Я хочу так держать Кристину в своих руках вечно.
Когда мы подъезжаем к дому, я помогаю девушке выбраться из автомобиля. Мы стоим у ворот, держась за руки, пока такси не уезжает.
— Успокоилась? — я смотрю ей в глаза и еще раз мягко провожу ладонью по волосам.
— Да, — ее голос все еще тихий. — Давай не будем ничего говорить родителям.
— Ты уверена? Мне кажется, нам следует сменить репетитора.
— Сменим. Только давай ничего не будем рассказывать. Отец захочет обратиться в полицию, а я все еще боюсь, что ты мог их убить, и тогда мы не докажем, что это была самооборона.
Я тихо смеюсь, привлекая ее к себе:
— Глупенькая. Я не убил их. Я бил ровно в те точки, которые позволяют дезориентировать и вырубить человека на несколько минут.
— Максим, спасибо тебе, — она поднимает на меня голову и смотрит в глаза, — если бы тебя не было рядом… Я не знаю, что бы они со мной сделали…
— Тшшш, — я провожу ладонью по ее лицу. — Не думай об этом. Я был рядом, и это главное. Пойдем в дом.
К счастью, в холле и гостиной никого нет, поэтому мы тихо поднимаемся на второй этаж. Кристина ужом проскальзывает в свою дверь, а я еще какое-то время остаюсь в коридоре, пытаясь привести мысли в порядок. Мне не впервой так махать кулаками. Дома я делал это все время: или на занятиях в спортивной школе с друзьями, или на соревнованиях с соперниками, или на улицах с такими же уродами, как сегодняшние. Но тем не менее я не могу назвать минувшую драку лишь еще одной в моем списке.
Уже стоя под горячими струями душа, я понимаю: сегодняшние события стали переломными в моем отношении к сводной сестре. Я обессиленно прижимаюсь лбом к кафелю ванной и несколько раз беспомощно ударяю по нему кулаком, четко осознавая, какие чувства теперь к ней испытываю.
Глава 8. Игра
Я наивно полагал, что после случившегося отношение Кристины ко мне изменится. Впрочем, оно действительно поменялось, вот только не так сильно, как я надеялся. Она держится по-прежнему отстраненно и почти не разговаривает со мной. Зато презрения в мой адрес поубавилось, а при встрече она стала мне слегка улыбаться и говорить «Привет». Но не всегда. Несмотря на то, что я действительно спас Кристину в тот вечер, она все равно продолжает оставаться стервой и надменной козой.
Репетитора мы поменяли. Кристина наплела что-то отчиму о том, что Наталья Николаевна сильный вузовский преподаватель, но слабый школьный. А нам нужна именно подготовка к ЕГЭ. В итоге теперь каждое воскресенье к нам домой приезжает учительница Егора. С Кристиной она занимается в 12:00, а со мной в 14:00.
Сводная сестра еще какое-то время боялась, что я все-таки прикончил тех уродов, но, когда спустя неделю, никаких новостей об убийстве в районе проживания репетитора не появилось, а к нам в дом так и не пришла полиция, Кристина успокоилась. Насколько я понял, об этом случае девушка не рассказала даже Егору. А когда спрашивала контакт его репетитора, наплела какую-то байку о том, почему мы теперь не можем ходить к своей.
С компанией стервы я сближался все больше и больше. Особенно с ее парнем. Сестрица больше не напоминала мне о своих дурацких правилах, но я чувствовал, что ей их дружба со мной совсем не по душе. Я и не хотел лезть в их компанию, но, во-первых, они сами меня в нее тянули, а, во-вторых, с другими ребятами из класса я близко не сдружился. Иногда мог пообщаться на перемене с Никитой и Олей, которые сидели на уроках прямо передо мной, но на этом все.
В свободное от школы время я совсем никуда не хожу, посвящая его полностью подготовке к экзаменам и занятиям в спортзале. В какой-то момент это даже начинает беспокоить маму, потому что однажды, придя в мою комнату перед сном, она осторожно интересуется:
— Максим, скажи, а у тебя в школе все хорошо?
— Да, мам, а что?
Я знаю, что, если мать задает такие вопросы, это не просто
