Вытянутая вдоль тела рука лежит ладонью вниз. Пальцы свободны от драгоценных магических перстней. Тянусь вперёд, кончиками пальцев в воздухе рисую очертания его руки от кончиков пальцев вверх до сгиба локтя. Касаться не решаюсь.
Вздыхаю и закрываю глаза. Надо заснуть.
Но быстро заснуть не получается, несмотря на трудный день.
Вероятно, сегодня было слишком много впечатлений для меня одной. В голове то и дело роятся мыслеобразы. Мозг прокручивает случившееся за день с разными исходами.
А если бы я не вышла из комнаты, и Шэр оставался бы с нами и дальше? Дальше бы ждал удобного момента, чтобы предать?
Вздыхаю и поворачиваюсь на другой бок.
А если бы лорд Стилл не успел спасти меня?
Снова вздыхаю и ложусь на спину.
А если бы я упала под копыта лошади и погибла?
Вздыхаю и открываю глаза. Смотрю в потолок, на котором пляшут причудливые тени от светильника и дерева за окном.
А если бы…
Вздрагиваю, потому что на живот ложится мужская рука. Резко поворачиваю голову, встречаюсь с пристальным взглядом синих глаз напротив.
Ой. Похоже, я всё-таки неосторожно разбудила кое-кого. И что сейчас будет?
Он ничего не говорил насчёт того, как и когда всё случится. Должна быть проведена брачная церемония, особый ритуал, соединяющий мужчину и женщину узами брака с одобрения Стихий. Но кто знает, возможно, он может решить, что дожидаться этого не обязательно?
Ещё и выходка Шэра с похищением! Не разумнее ли присвоить трофей здесь и сейчас, не дожидаясь, пока его похитит очередной ушлый проходимец?
Я и возразить ничего не смогу – и так принадлежу ему. Парой дней раньше или позже – какая разница? Или просить его подождать? А смысл?
Чувствую тепло его руки сквозь тонкую ткань ночной рубашки. От места касания по всему телу расходятся горячие волны. Ни один мужчина ещё не касался меня так. Низ живота скручивает нервной воронкой.
Не стану я ни о чём просить. Я буду послушна его воле, такова моя судьба. Сейчас – значит, сейчас.
Поднимаю было руку, чтобы накрыть его ладонь своей и открываю рот, как он меня опережает:
– Прекрати вертеться, Элира.
Щёлкает и гаснет магический светильник, комната погружается в кромешную тьму.
Чувствую движение и скрип кровати. Ну… сейчас? Это случится сейчас? Но ответом на мой невысказанный вопрос становится воздушный ворох одеяла, которым меня накрывают сверху, и тихий приказ:
– Закрывай глаза и спи. Завтра рано вставать.
Заворачиваюсь в одеяло и понимаю, что мне уступили его целиком. Лэйтон так и остался лежать на кровати в той же одежде, в которой вышел после ванной.
Вновь ловлю себя на мысли, что я… разочарована? Чем? Тем, что мужчина не стал приставать? Глупости. Радоваться надо любой отсрочке. В моём случае, как бы горько это ни звучало, но так и есть – каждый день на счету.
Сама не замечаю, как проваливаюсь в глубокий сон без сновидений.
Утро начинается с тусклого света магических светильников и звяканья фарфора. Что происходит? Кокосик с утра пораньше забралась ко мне в комнату?
Открываю глаза и не сразу понимаю, где я. Вспоминаю. Сажусь на кровати, зеваю, приглаживаю торчащие в разные стороны волосы.
Лэйтон стоит спиной ко мне и смотрит в окно, отпивая из фарфоровой чашечки. На нём уже надет чёрный дорожный камзол.
Пахнет травяным чаем и свежей сдобой. Замечаю на круглом столике тарелку с булочками. Ммм…
Спускаю ступни на мягкий ворс ковра. Мужчина оборачивается, замечает меня:
– Доброе утро, – дежурным тоном без эмоций. – Умывайся, завтракай и собирайся в дорогу, Элира.
Первые два пункта не сложные, а вот третий… Смотрю на аккуратно разложенное на кресле платье и хмурюсь, что не укрывается от внимательного взгляда лорда Стилла:
– В чём дело?
– Шнуровка на платье. Мне кто-то поможет? Вы?
– Я? – бровь мужчины насмешливо ползёт вверх. – Боюсь, что в этом деле я бесполезен. К тебе поднимется горничная, она и поможет с одеждой.
– А, хорошо.
Плеская в лицо прохладную воду из умывальника, смотрю на своё отражение в зеркале. Облокачиваюсь на раковину и хмурюсь. То есть, раздевать женщин он умеет, а одевать – нет. Какая, однако, избирательность!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Качаю головой. И часто он это делает – раздевает женщин? Судя по тому, как ловко вчера расправился с хитровыдуманной шнуровкой и застёжками – занимается этим регулярно. Ай, не всё ли равно? Почему я вообще об этом думаю?
Благодаря молчаливой грубоватой служанке, я готова в считанные минуты. Лорд Стилл спустился вниз сразу, как только я встала. Эд чёткими уверенными движениями собирает вещи. Я запихиваю в рот кусочки нежнейшей сдобы и запиваю безвкусным чаем.
Выезжаем.
Остаток пути проходит без происшествий. Я даже не сплю в дороге, так мне интересны меняющиеся пейзажи за окном.
С каждым часом всё холоднее. Заметив, что я ёжусь, лорд Стилл достаёт из-под сиденья и протягивает мне меховую накидку. Заворачиваюсь в тёплую уютную меховушку. Так намного лучше!
На северные земли смотрю, прильнув к стеклу и выпучив от удивления глаза. Здесь всё совсем, вообще не так, как я привыкла! Всё другое!
Вместо сочной зелени и буйства южных цветов пожухлая трава и горы пожелтевших листьев, которые ледяной ветер гоняет по дороге. Местные одеты в рубашки из плотной серой и коричневой ткани, меховые жилетки и куртки из дублёной кожи.
Тусклый расплывчатый диск солнца едва просматривается за плотной завесью низких серых облаков.
– А это ещё кто? – шепчу поражённо, прилипая к стеклу кареты и рассматривая причудливых мохнатых зверей с изогнутыми рогами.
– Это яки, Элира, – снисходительно отвечает лорд Стилл.
– Ооо, – тяну с нескрываемым уважением в голосе. – Никогда их раньше не видела!
– Всё когда-нибудь случается впервые, – равнодушно роняет мужчина, возвращаясь к каким-то записям на листах пергамента.
А я втайне радуюсь тому, что никто не мешает мне любоваться происходящим за окном. А посмотреть есть на что!
Вдоль брусчатой мостовой выстроены аккуратные одно- и двухэтажные домики из серого камня, огороженные одинаковыми низкими заборчиками. Всё чистенько и опрятно. Из труб большинства домов валит дымок.
Местные одеты скромно и неприметно, но вполне себе добротно. Дети упитанные, радостные и весёлые, бегут за каретой и радостно машут рукой.
Не сдержалась и помахала в ответ. Вдалеке виднеется поле. Крестьянин идёт за плугом, запряжённым яком.
Хм, по всему и не скажешь, что с этими землями что-то не так…
– Лорд Стилл, – хмурюсь и поворачиваюсь к мужчине напротив, желая подтвердить свою догадку.
– Да, Элира? – отвечает, не поднимая головы и продолжая всматриваться в бумаги.
– Почему вы решили, что вам нужна моя помощь? – выпаливаю быстро. – Пимар прекрасен! И я не вполне понимаю, зачем вам я?
Лорд Стилл отрывается от бумаг. Глаза-льдинки смотрят непонимающе на меня, в окно, снова на меня, затем его лицо озаряется пониманием:
– То, что ты видишь за окном, это не Пимар, Элира. Это северные земли, они всегда принадлежали моему роду. Слава Стихиям, с ними всё хорошо.
– Но тогда, получается…
– Гибнут не они, гибнет Пимар. Ты обязательно увидишь его.
– Когда? – выдыхаю тихо.
– Завтра, – бросает отрывисто и вновь погружается в изучение бумаг. – Мы съездим туда утром. А вечером проведём брачную церемонию. Домашнюю и тихую, без посторонних. Надеюсь, ты не возражаешь.
Последнее предложение – не вопрос, а утверждение. Отворачиваюсь к окну. Разумеется, я не возражаю. Какой смысл в пышном торжестве, если заранее известно, что невеста – временная? А весь наш брак – это спектакль на полгода? Который начнётся уже завтра вечером.
5. Гиблые земли
Элира.
Экипаж останавливается перед величественным зданием из белого камня, вытянутым в обе стороны. Центр дома венчает круглый купол. Внизу, у основания лестницы выстроилась прислуга в форменной одежде из плотной серой ткани.
