Читаем без скачивания Я, Менгск - Грэм Макнилл

Последнее замечание, безусловно, было приказом, и юнцы с энтузиазмом начали бурно аплодировать, пока Стигман покидал кафедру. Под гром аплодисментов один из солдат вышел вперед и, прогрохотав тяжелой поступью по деревянному полу помоста, занял место директора.

Остановившись перед кафедрой, десантник снял шлем.

Тут-то и выяснилось, что он — на самом деле она.

И удивительно хорошенькая она!

Женщина-десантник положила шлем на кафедру и улыбнулась собравшимся юношам, которые, достаточно предсказуемо, теперь проявляли гораздо бОльший интерес к этой утренней беседе. За спинами бойцов поднялся занавес, открывая вид на большой экран с проекцией красно-голубого флага Конфедерации, энергично развевающегося на ветру, на фоне золотого заката. Видеоряд сопровождался энергичной музыкой, идущей из акустической системы актового зала.

— Доброе утро. Разрешите представиться — Ангелина Эмиллиан, — начала девушка. — Я капитан 33-й десантно-штурмовой дивизии десантных войск Конфедерации, и сегодня я пришла сюда по просьбе вашего директора, чтобы провести с вами беседу по поводу карьеры в десантном корпусе армии Конфедерации.

Капитан Эмиллиан подошла к краю помоста и уперлась руками в бедра.

— Знаю, о чем вы подумали.

По залу пробежал нервный смешок, намекающий на то, что Эмиллиан лучше не знать, о чем в тот момент подумало большинство парней.

— Вы подумали: «Какого черта я захочу вступить в десантные войска?». Верно? Тем более, как выпускники этой школы, вы, вне всяких сомнений, ожидаете получить легкую и хорошо оплачиваемую работу. Кроме того, десант — это ведь опасно. Вас могут убить. Ведь наш корпус для неудачников, у которых нет других вариантов».

Арктур увидел, как округлились от удивления глаза директора Стигмана. Презентация капитана Эмилиан очевидно начиналась совсем не так, как он себе представлял, и только по этой причине отношение Арктура к симпатичному капитану немного потеплело.

— Ну, если вы так думаете, у меня есть для вас одна новость, мальчики. Вы глубоко ошибаетесь. — Капитан Эмилиан окинула пристальным взглядом актовый зал.

Уверенность и суровое поведение девушки привлекли всеобщее внимание.

— В основе десантных войск Конфедерации лежат три принципа, — сказала Эмилиан, ударяя кулаком в ладонь, чтобы выделить каждый. — Сила. Гордость. Дисциплина. Эти идеалы предоставили возможность Десантному Корпусу и Колониальному Флоту защищать интересы Конфедерации на окраинах галактики в течение вот уже более полутора столетий. И прямо сейчас вы думаете, что десантники — это всего лишь ресоциализированные черепные коробки. Но я здесь для того, чтобы уведомить вас, — это не так. Десантниками становятся люди из всех слоев населения, всех уровней общества, и всех их объединяет одно — преданное служение во благо сохранения нашего образа жизни.

Во время выступления Эмилиан на экране появлялись изображения смеющихся солдат, спускающихся на веревке по отвесным скалам на берегу моря, играющих в пэдбол[16] или катающихся на лыжах по заснеженным горным склонам. Арктуру казалось, что если они так превосходно проводят время, то просто удивительно, как им удается еще и служить.

— Наша армия предлагает бесчисленное множество возможностей для молодых мужчин и женщин увидеть сектор и получить ценный реальный жизненный опыт. Мы вас будем тренировать. Мы вас будем обучать. Мы превратим вас в эффективного воина, которого уважают и которым восхищаются ваши сверстники. Во время службы вы можете выбирать, где и что вы будете учить. Служба пролетит в одно мгновение. Но за этот срок вы обретете такую силу характера, какую вам в себе больше нигде не воспитать.

В этот момент на экране появились бойцы, проходящие полосу препятствий. Мужчины и женщины с рельефными мышцами и привлекательной внешностью кинозвезд. И снова они были веселы, несмотря на суровость физических упражнений. Арктур не без удовольствия отметил, что тот, кто снял этот рекламный ролик, бесспорно, любит визуальные преувеличения.

— В нашем корпусе чтят и блюдут традиции, а попадающих к нам новобранцев ждут многочисленные привилегии. Оплата и условия несения службы постоянно улучшаются, и только примерно пятидесяти процентам рекрутов доводится увидеть настоящее сражение. Но, вооруженный и экипированный по последним технологиям десантник может не опасаться людей, что хотят нарваться на драку. И не забывайте, что ваша служба фиксируется в личном деле. А в сочетании с репутацией этого замечательного учреждения у вас будет ключ от любой желаемой двери, как только вы закончите службу. Жизнь в десантных войсках протекает без ограничений, жизнь во благо Конфедерации и всех в ней. Вы можете стать частью этого, мальчики. Вы можете внести свой вклад. Вы можете проявить себя полностью, и стать тем, кем хотите.

К собственному удивлению, Арктур почувствовал, как наполняющая зал атмосфера энтузиазма, охватывает и его. Сочетание бесконечно повторяющихся изображений красивых, зрелых солдат, с безупречной подачей информации приправленной харизмой Эмилиан, дало нужный эффект. Юноша поразмыслив, пришел к выводу, что, может быть, армейская жизнь не такой уж и плохой вариант.

Капитан Эмилиан отошла немного назад и отдала воинское приветствие присутствующим юношам. Два десантника за ее спиной повторили жест. Последовали оглушительные аплодисменты, и Арктур вдруг осознал, что стоит на ногах, как и все остальные, для того чтобы искупать капитана Эмилиан в овациях.

Девушка улыбнулась и, повернувшись, наклонилась, чтобы пожать руку директору Стигману. Арктуру захотелось рассмеяться от увиденной картины — так нелепо и незначительно выглядел тщедушный человечек рядом с десантником в боевом бронескафандре.

Стигман вернулся к кафедре и поднял руки для установления тишины. Аплодисменты и свист не смолкали еще несколько минут. Когда разгоряченные юноши, наконец, опустились на свои места, Стигман сказал:

— Спасибо, капитан Эмилиан, за столь вдохновляющие слова. Я уверен, что Вы дали нашим старшеклассникам обильную пищу для размышлений.

И снова среди присутствующих послышались подавленные смешки.

— А сейчас, — продолжил Стигман, не обращая внимания на произведенный его словами эффект, — я хочу, чтобы вы чуть-чуть уделили времени на изучение литературы, любезно предоставленной нам десантным корпусом Конфедерации. Занятия возобновятся через час, поэтому у вас будет достаточно времени ознакомиться со всеми буклетами, что вас заинтересуют, и поговорить с сержантами-вербовщиками.

Арктур проследил за взглядом Стигмана и увидел, что вдоль стены актового зала стоят столы с разложенными на них брошюрами и книгами. До этого он их не заметил, всецело увлеченный капитаном Эмилиан и ее шоу-пропагандой. Высокие, симпатичные солдаты, как мужчины, так и женщины, в безукоризненно отглаженных мундирах темно-синего цвета, с поблескивающими нашивками, стояли за каждым из столов, заложив руки за спины.

— Разойдись! — скомандовал директор Стигман, после чего в зале воцарилась суета, так как юноши повскакивали с мест и с нетерпением бросились к столам.

Арктур последовал за толпой. Ему тоже было любопытно взглянуть на то, что же там предлагают.

* * *

— Постой спокойно, пожалуйста, — сказала Кэтрин Менгск, закрепляя бронзовой застежкой красную тогу на плече мужа. — И так тяжело, да еще ты дергаешься все время.

— От этой штуки начинает чертовски болеть шея, — сказал Ангус. — Напомни-ка, почему я должен это носить?

— Традиция, — ответила жена.

— Традиция, — фыркнул Ангус, как будто это было самое мерзкое слово, которое он знал.

— Дорогой, ну ты же не можешь произнести речь на закрытии сессии[17] в Сенате в повседневном костюме.

— Ладно, — сказал Ангус. — Но почему я должен надевать это сейчас? До речи еще целых два месяца.

Эктон Фелд еле сдерживал смех, слушая жалобы и ворчание Ангуса, в то время как Кэтрин поворачивала мужа так и сяк, переделывая покрой и фасон церемониальных мантий сенатора Корхала. Облачение было тяжелым и на вид не очень удобным, но правительственный аппарат Корхала имел старинный обычай помпезности и связанной с этим церемонии.

— Потому что, дорогой, — терпеливо сказала Кэтрин, — тут требуется некоторая корректировка. С тех пор, как ты надевал в последний раз, прошло несколько лет, и ты уже не такой стройный, как раньше.

— То есть ты хочешь сказать, что я толстый, — сказал Ангус.

— Вовсе нет, — весело ответила Кэтрин. — Просто, более государственный.

Ангуса ее слова не слишком убедили. Поймав пристальный взгляд шефа, Эктон Фелд поднялся со стула и направился к балконному окну Небесного Шпиля, чтобы скрыть факт того, что он осмелился подсмеиваться над его неудобным положением.