— И ты действительно думаешь, что такая женщина прекратит осаждать бывшего мужа только потому, что он нашел новую жену?
— Да, — Макс вскочил с софы и, сунув руки в карманы джинсов, пошел на террасу, — потому что я планирую демонстрировать ей тебя при каждом удобном случае.
— Мне удивительно повезло.
Он повернул голову и уставился на Джанин пылающим взглядом.
— Если помнишь, ты согласилась на эту сделку.
Она примирительно выставила ладонь.
— Я знаю, что согласилась. И не пытаюсь уйти в сторону.
— Хорошо, — Макс смотрел на океан. Вечерело, и раскаленный шар солнца плавно погружался в прохладные воды. Его прощальные лучи раскрасили небо золотыми и алыми полосами. Облака льнули к горизонту и казались каравеллами, идущими под полными парусами. Макс смотрел на первые, еще совсем бледные звезды и заставлял себя успокоиться. — Мы вместе дойдем до конца, и Элизабет станет для меня лишь неприятным воспоминанием.
Позади послышался вздох, и Максу стало почти интересно, о чем Джанин думает. Впрочем, он и так прекрасно знал, о чем. Она сожалеет, что ввязалась в это дело. Он знал также, что сожаления бесполезны. Он не освободит ее от выполнения задачи.
Повернувшись спиной к потрясающему закату, Макс посмотрел на Джанин.
— В течение последующих трех недель ты будешь моей женой. Это означает, что все время ты будешь вести себя соответствующим образом, — он подошел поближе к ней, — больше никаких вечеров с подругами и танцев в клубе, если меня нет рядом.
— Так, подожди минутку, — она отставила бокал на ближайший стол и поднялась. — Я согласилась на сделку, но...
— Никаких «но», — прервал он ее и допил остатки скотча. — Ты больше не являешься обычной женщиной на отдыхе. Теперь ты моя жена и будешь делать то, что я скажу.
Она окинула его взглядом с ног до головы и сложила руки на груди.
— Знаешь, Макс? Если ты вел себя так же с Элизабет, я удивляюсь, почему она хочет вернуть тебя обратно.
Он протянул руку и привлек Джанин к себе. Затем коснулся ее губ поцелуем. Поцелуй длился и длился, и девушка почувствовала, как кружится голова и слабеют ноги. Оторвавшись на мгновение от ее губ, он приподнял бровь.
— Ты до сих пор этому удивляешься?
— Я знала, что еще пожалею, когда влезала в это дело, — сказала Джанин на следующее утро. — Черт возьми! Как же мне хочется убить его!
— Милая, — Дебби была спокойна, — рано или поздно каждая из нас приходит к мысли, что ей хочется убить мужчину, который волею судеб находится рядом с ней.
— Да, но посмотри на меня! — Джанин резко повернулась, чтобы продемонстрировать подруге шелковое фиолетовое платье с элегантным разрезом. Ее шею обвивало бриллиантовое ожерелье. Бриллианты сверкали и в ушах. Косметика была безупречна. И даже вечно встрепанные волосы Джанин улеглись аккуратными локонами. — Он превратил меня в кого-то, кем я не являюсь. Это не я. Этот дурацкий шелк, дорогая косметика, бриллианты...
— Бедняжка... Приходится носить элегантные платья и украшать себя бриллиантами. Да Страйвера нужно расстрелять за это!
— Очень смешно. — Джанин даже не улыбнулась. — Конечно, меня не приковывают цепью к стене. Но, Дебби, ты же знаешь, как я все это ненавижу. Я люблю джинсы и свободные рубашки. Я не ношу бриллианты. Да у меня их и не было никогда.
— Теперь есть, — показала Дебби на украшения. В ее голосе послышалась легкая нотка зависти.
— Никогда! Я не оставлю все эти вещи у себя, — Джанин отломила кусок горячего хлеба и отправила его в рот. — Мне не нужны его чертовы драгоценности. И дурацкие платья. Куда я их надену, когда вернусь домой? Ты можешь представить меня стоящей посреди цветочного магазина в этой одежде?
— Если тебе все так не нравится, отдай вещи назад, — предложила Дебби. — Но я все равно не понимаю, почему ты расстраиваешься. Большинство женщин были бы только рады, что мужчина тратит на них деньги.
Нахмурившись, Джанин допила остатки коктейля и поставила бокал.
— Макс ожидает, что я с радостью ухвачусь за эти вещи. Меня раздражает такое отношение. Он считает, что купил меня полностью — только потому, что я заключила с ним эту дурацкую сделку.
— Он просто не знает тебя, — Дебби похлопала подругу по руке.
Джанин действительно никогда не питала интереса к деньгам. Дебби не понимала этого. Для Джанин было достаточно иметь дом и возиться в магазине с цветами, которые она очень любила. А больше ей ничего и не надо было.
Дебби относилась к деньгам не в пример серьезнее. Ей нравилось знать, что они у нее есть.
Они были ее страховочной сеткой на черный день. Дебби упорно трудилась для процветания своего бюро путешествий и бережливо откладывала каждый цент. Это помогало ей хотя бы на время избавиться от страха перед нищетой, который постоянно жил в ее душе. Кейтлин и Джанин подтрунивали над подругой, но они никогда не испытывали ужаса настоящей бедности. Никогда не ложились спать голодными и не ломали голову, где будут спать следующую ночь.
Дебби же прошла через все это.
— Макс не знает тебя, только и всего, — повторила Дебби. — Если все так плохо, — быстро проговорила она, — уходи, сбеги. Он не сможет остановить тебя.
— Это ты так думаешь. — Джанин откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди. — Он все равно найдет меня. И, кроме всего прочего, я сама не могу уйти, и ты прекрасно знаешь — почему.
— Деньги.
— Точно. Я не могу потерять свой дом, Деб. Он мне слишком тяжело достался. Поэтому я останусь с Максом и сыграю роль. Мне просто надо поплакаться тебе в жилетку.
— Понятно.
Джанин вздохнула, посмотрела на бассейн внизу и покачала головой.
— Я чувствую себя актрисой в пьесе, сценарий которой меняется по ходу действия.
— Что ты имеешь в виду?
Она села прямо, положила руки на стол и нахмурилась.
— Прошлой ночью Его Величество проинформировали меня, что я больше не буду встречаться с подругами по вечерам. Или ходить на танцы. Я его жена и должна поступать так, как он скажет.
Дебби поморщилась и поскорее отпила коктейля, принесенного симпатичным официантом.
— Он хотя бы хорош в постели?
— О да...
— Тогда считай все остальное просто неприятным приложением.
— Я никогда не рассматривала ситуацию с такой точки зрения, — Джанин вздохнула и решительно воткнула вилку в стоящий перед ней салат. — Я чувствую себя виноватой.
— Господи, почему?
— Из-за тебя, — ответила Джанин. — Кейт уехала в Португалию с Лайоном, я прикована наручниками к своему британскому тюремщику, а ты предоставлена самой себе. — Она отложила вилку. — Поездка была предназначена только для нас, только для троих. Чтобы мы расслабились здесь и как следует повеселились. Но все пошло не так, как мы планировали. Все смешалось, как в этой «Маргарите», — Джанин взяла бокал с коктейлем и взболтнула его. — Жизнь готовит нам свои коктейли, те, которые мы не заказываем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
