Тартак еще раз оценил свой наряд. Отстегнул новый топор от пояса и, аккуратно его поставив к камню, решил, что готов к свершению подвига.
— Э-эй! — в полголоса позвал Тартак. — Беербо-ок! Тут к тебе гости пришли.
Никто не отозвался.
— Невежа! — уже смелее крикнул Тартак. — Тут у твоей пещеры хавчик стоит, а ты даже ухом не ведешь! Совсем зажрался?
Ничего!
— Вылазь, морда лохматая! — рявкнул Тартак. — Я пришел! Не бойся! Я тебе ничего особого не сделаю, мне только башка твоя нужна.
А вот это уже было услышано. Из глубины ущелья донеслось угрюмое басовитое ворчание.
— Угу! — довольно буркнул Тартак, удобнее перехватывая палицу и пригнувшись. — Давай-давай! Некогда мне тут на тебя время тратить.
В проеме ущелья показалась гигантская туша медведя. Голова казалась слишком маленькой, для такого тела. Маленькие глазки зло смотрели на Тартака, а черный нос заходил ходуном, вынюхивая запахи.
— Ой! — пробормотал Тартак пятясь. — Ну, и здоров же ты дядя! Не удивительно, что тебя так трудно “уходить”.
Медведь, убедившись, что кроме тролля никого больше нет, не теряя времени рванулся к Тартаку. Должно быть проголодался. Тартак прытко отпрыгнул в сторону и помчался к краю площадки, где камни выступами поднимались вверх. Медведь неожиданно быстро, развернулся и бросился за ним. Но недаром молодой тролль считался хорошим загонщиком. Он легко взлетел по каменным ступеням до средины подъема. Медведь попытался было последовать за ним, но тяжесть его туши сыграла не самую лучшую для него роль. Камни не выдержали давления и съехали вниз. Недовольно взревев, медведь покатился по камням. Тартак в два прыжка преодолел расстояние к зверю и, пока тот не успел опомниться, нанес мощный удар палицей по башке, сразу же после этого отпрыгнув от медведя на приличное расстояние. Снова раздался рев, на этот раз уже обиженный и раздраженный.
Беербок подхватился на лапы и метнулся к обидчику. Тартак снова бросился наутек. Старательно подревывая, медведь преследовал его. В реве явственно читалось желание догнать, поймать и разорвать. Беербок взмахнул лапой, желая сбить добычу с ног. Гигантские когти просвистели в волоске от спины Тартака. Это заставило молодого тролля ускориться и разорвать расстояние между собой и зверем.
Но еще одна неприятность поджидала Тартака. Осматривая площадку, Тартак не озаботился тем, чтобы ее хорошо запомнить. Убегая, он не понял, что заскочил в тупик. Вокруг отвесные скалы, а выход уже перекрыл довольный собой беербок. Тартак, в отчаянии, взглянув вверх. Эх, не вскарабкаться! А там такой здоровенный камень на краю лежит. Вот если бы его подхватить да на башку зверя сбросить.
Тартак развернулся к гигантскому медведю и приготовился вступить в последний бой с этим зверем. Он уже понимал, почему победа над ним считалась подвигом.
Беербок разинул пасть и грозно заревел на тролля. Невыносимый смрад ударил в ноздри. Тартака даже передернуло от отвращения и понимания того, что он погиб! Он зажмурил глаза, вгоняя себя в состояние предстоящего боя. Снова перед глазами мелькнула глыба на краю скалы. Тартак даже напрягся, как будто он сам поднимает ее, зажмурив глаза, представил, как она взлетает и рушится на зверя, который стоял перед ним.
Грохот и короткий рык заставили Тартака распахнуть глаза. Зверь, приваленный здоровенными камнями, слабо шевелился под ними. Не разбираясь, откуда пришло такое счастье, Тартак бросился к беербоку и упоенно начал колотить по голове зверя своей палицей, от души мстя ему за испытанный страх и бессилие.
Очнулся от упоения Тартак, когда медведь испустил последнее дыхание. Обессилено присев перед тушей, Тартак вдруг понял, что он смог! Он смог одержать победу над этим ужасом! И неважно, что ему помогли камни, так удачно свалившиеся на беербока. Никто не гарантирует, что и другим героям так или иначе не повезло. Он победил! И башка беербока, его зубы, его когти, отныне принадлежат ему, Тартаку!
Тартак вскочил на ноги, раскрутил над головой палицу и радостно взревел, празднуя свою победу.
Таргум пришел к пещере на следующий день. Не глядя на Тартака, он угрюмо пробурчал:
— Пошли домой, мардук недоделанный! Ты даже не представляешь, что мне пришлось пережить, спасая тебя.
— Батя, ты мне можешь помочь перетащить все это? — отозвался Тартак. — А то, у меня рук не хватает.
— Ну, что там еще? — повернулся к нему Таргум и замер.
Он расширяющимися глазами узрел распластанную на камнях гигантскую шкуру, оскаленную пасть головы беербока, у ног Тартака и два десятка здоровенных когтей, лежавших кучкой рядом с головой зверя.
— Это что? — неожиданно охрипшим голосом спросил Таргум. — Откуда?
— Ну, так! — самодовольно улыбнулся Тартак. — Я же сказал, что добуду голову? Вот она и есть.
Таргум сделал пару невольных шагов к сыну, недоверчиво рассматривая его трофеи.
— Так это же беербок, — выдохнул он пораженно.
— Ну, да! — подтвердил Тартак.
— Так это же его голова, его шкура и когти, — продолжил Таргум.
Тартак довольно кивнул.
— Где ты их нашел?
— Что значит — нашел? — возмутился Тартак. — Я их добыл в честном бою!
— Если ты не дух, то врешь! — нахмурился отец. — В бою с ним, у тебя не было ни одной возможности! Это же беербок! А ты цел и невредим. Да он таких героев уделывал, что тебе до них далеко браться! Ану, говори правду сейчас же!
— Батя! Не доводи до греха! — взревел Тартак. — Если ты мне не веришь, то пошли, я тебе покажу где все это было.
Таргум застыл в раздумьях. Ну, не верил он, что его сын оказался способным на такой подвиг. Как может свершить такое молодой, еще не оперившийся, юнец? Но вот, перед ним, голова, скалившаяся на Таргума, шкура, лежащая на камнях, когти…. А тут еще идти, неведомо куда, убеждаться. Он и так уже сегодня находился. Да и после вчерашней выволочки, которую ему устроила Ротона, болели не только ноги, но и голова. Да вот и плечо ныло, которое приняло на себя удар большой сковороды. Нет, Таргум совсем не был расположен сейчас ходить и, тем более, карабкаться по скалам.
В конце-то концов, вот они — доказательства! А как их добыл Тартак, не имеет особого значения. Уже одно то, что он отважился сходить в ущелье, заслуживает похвалы. И это его сын!
Таргум расправил плечи и по-хозяйски посмотрел на добычу.
— Ну, раз уж ты говоришь, что победил, то значит, победил, — солидно сказал Таргум. — Проверять не буду. Держи мою палицу, а я понесу голову и клыки. Да, и не забудь аккуратно шкуру сложить! Сразу видно, что ты ею занимался кое-как. Придется ее еще обрабатывать. Вон она, какая у тебя грязная.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
