— Я показал тебе всего два, — улыбнувшись, ответил Картер, — но знаю действительно намного больше.
Девушка покраснела. Она до сих пор не могла понять, хочет ли свиданий с этим человеком. Ее не оставляла мысль, что однажды он обидит ее и уйдет, а в душе останется только пустота.
— Я всегда считал, — снова заговорил Картер, — что еда много значит для нормальной жизни человека. Это, конечно, не главное, — в его глазах появился блеск, — но очень приятное занятие. Возможно, причина в том, что я рос в бедной семье. Конечно, мы не голодали. Но постоянно есть вареную картошку, хлеб и луковый пудинг, знаешь ли, быстро надоедает.
— А ты не хотел стать поваром, как Адам?
— О нет. Представляешь меня в высоком колпаке и передничке?
— Это называется фартук, — смеясь, поправила его Либерти.
— Все равно, — он заговорщицки подмигнул ей, — знаешь, этот парень хочет жениться на Джен.
— Адам? — Либерти с удивлением посмотрела на него.
— Между ними всегда было что-то особенное, еще с детства.
— И что же случилось? — осторожно спросила Либерти, думая, зачем он ей все это рассказывает.
— Я точно не знаю, жизнь — сложная штука. Джен уехала поступать в университет. Адам много работал, добивался успехов в бизнесе, начав собственное дело. Джен вернулась не одна, а с другом. Адам тоже с кем-то встречался, — его голос дрогнул. — Так и не сложилось.
— А потом она вышла замуж за другого.
Картер кивнул.
— После этого Адам запил, стал встречаться с кем попало, даже пытался свести счеты с жизнью, так ему было плохо. Сумасшедший.
Либерти улыбнулась.
— Но теперь твоя сестра решила дать ему еще один шанс? Если они, конечно, все еще любят друг друга.
— Если они смогут ужиться, — сухо поправил Картер, — ни Адам, ни она ничего не предпринимают для этого. Они должны встретиться в следующем месяце на вечеринке у наших родителей по поводу сорокалетней годовщины их совместной жизни. Ты приглашена, — небрежно добавил он, — постарайся, чтобы выходные у тебя были свободны.
Либерти в ужасе посмотрела на него.
— На вечеринку к твоим родителям? Но они меня совсем не знают, я буду мешать.
— Ты будешь со мной, поэтому никто не будет задавать тебе лишних вопросов. А о том, что ты будешь мешать, и речи быть не может.
Девушка не знала, что сказать. Рядом с этим мужчиной она не может управлять своими чувствами: они окончательно вышли из-под контроля.
— Спасибо, — наконец выговорила она, — если я буду не занята, то с удовольствием поеду с тобой.
— Хорошо, — медленно произнес он, — у нас полно времени, только не забудь сообщить мне о своем решении. Вечеринка назначена на двадцатое.
Она кивнула. Официантка принесла им кофе и пирожные. Что же со мной происходит, спрашивала себя девушка. Она не могла проглотить ни кусочка. Ей совсем не хотелось связывать свою жизнь с этим человеком, но почему тогда ее так беспокоит, поедут они вместе или нет.
Они продолжали тихо беседовать, и разговор вошел в безопасное русло. Либерти рассказывала, как нашла свой маленький уютный домик, как его обустраивала. Картер, в свою очередь, поведал ей историю своего жилища.
— Поехали, я покажу тебе свой дом, — предложил он, когда они уже выходили из кафе, — Джен где-то гуляет с друзьями, но к этому времени может уже вернуться домой.
Либерти знала, что должна отказаться. Во-первых, это докажет, что она контролирует ситуацию; во-вторых, у нее действительно очень много дел на сегодня; ну и, наконец, в-третьих, ее согласие будет означать, что он ей интересен и она хочет узнать его лучше. Только она хотела отказаться, как слово «да» само сорвалось с ее губ.
— Но только ненадолго, — быстро добавила Либерти, — у меня слишком много работы. — Картер улыбнулся и взял ее под руку. Мимо них пронеслась толпа подростков, которые явно много выпили и расточали вокруг себя пары алкоголя.
— Работа, работа, никакого отдыха…
— Нет, я отдыхаю, — Либерти уязвила его интонация. Они стояли на улице, вдыхая холодный воздух октября. — Конечно, когда есть время.
— Рад слышать, — облегченно произнес он, усаживаясь в свой «мерседес».
Либерти решила, что лучше помолчать.
Через несколько минут они подъехали к дому Картера. Девушка приготовилась увидеть нечто помпезное, однако здание оказалось вполне обычным. Правда, дом окружал красивый скверик, что довольно дорого для Лондона.
Высокие металлические ворота открывались прямо из машины нажатием кнопки. Либерти показалось, что она попала в сказку. Повсюду были разбиты красивые клумбы и работали фонтаны. Брызги воды переливались на солнце. Справа от дома располагалась площадка для бар-бекю, а слева — большой гараж.
Они вошли в дом через деревянную дверь. Картер провел ее в просторную гостиную, стены которой были выложены кирпичом. Вся мебель была выдержана в кофейно-кремовых тонах. Жилище убежденного холостяка, подумала Либерти.
— Не волнуйся ты так, — произнес он, помогая ей снять пальто, — пойдем, все осмотрим, а потом ты скажешь мне, что думаешь.
Мужчина показал ей столовую, кухню, кладовую и кабинет на первом этаже, три комнаты для гостей — каждая со своей ванной, свою спальню с огромной мраморной ванной, бассейн, сауну и спортзал.
Все стены в доме были шумоизолированы. Не было слышно никаких голосов, криков, музыки — просто архитектурное совершенство. Либерти не могла избавиться от чувства, что она находится в шикарном дорогом отеле. Музыка, телевизор, охранная система, температура воздуха и даже свет — все регулировалось пультом управления. Сразу видно, что дом принадлежит несемейному человеку.
Либерти с интересом разглядывала обстановку комнат. Она была поражена размерам телевизора с DVD-проигрывателем. Особенно долго девушка бродила по спальне, которая была обставлена мебелью в бежевых тонах. Но, вернувшись в гостиную, Либерти поняла, что дом не дал ей ключ к разгадке настоящего Картера. Ей показалось, что сделано это умышленно.
— Мне не понравилось, — твердо произнесла она. Но потом, одумавшись, поправилась: — Нет, конечно, мне нравится. Очаровательный дом.
Картер улыбнулся, погладив ее по голове.
— Маленькая врушка, — мягко подзадорил он ее, — ничего страшного, если тебе не нравится. Джен тоже его не очень любит.
— Ну что ты, мне нравится, но…
— Что? — он с интересом взглянул на нее.
— Он, ну я не знаю, слишком официальный, что ли.
Мужчина посмотрел ей прямо в глаза и поцеловал. Либерти почувствовала, как сильно бьется его сердце.
— В детстве у нас был такой маленький дом, что не было места даже кошке. Наверное, поэтому я теперь стремлюсь ко всему большому.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
