Новая дверь
Я бы хотел начать с короткой истории.
Много веков назад в одной стране жил художник. Он мечтал написать потрет по-настоящему великого человека, чье лицо излучало бы божественность, а глаза светились бы бесконечным умиротворением. Поэтому художник отправился на поиски. Он искал того, в чьих чертах угадывалось бы нечто запредельное, нечто неизмеримо большее самой жизни.
Художник бродил по стране от деревни к деревне, от леса к лесу в поисках подходящей натуры. И вот, после долгих блужданий, в горах он повстречал пастуха с удивительно ясными глазами. Его ангельское лицо казалось обещанием возвращения на небеса. Одного взгляда на юношу было достаточно, чтобы убедить кого угодно в том, что бог все же живет в людях.
Художник написал портрет молодого пастуха. Миллионы копий были сделаны с этого портрета. Они разошлись по всему миру. Люди чувствовали благословение господне, если в их доме висел портрет того юноши.
Прошло двадцать лет, художник стал старше и мудрее, и ему в голову пришла еще одна мысль. Его жизненный опыт подсказывал ему, что люди не такие уж и боги, в них также живет и дьявол. Тогда он решил написать портрет дьявола, живущего в человечьем обличье. Две картины прекрасно дополнили бы друг друга, отражая человеческую натуру целиком.
В свои преклонные годы он вновь отправился на поиски человека, но на этот раз того, кто был бы сущим дьяволом. Он обходил игорные дома, пивнушки и лечебницы для умалишенных. Этот человек должен быть полон адского огня, его лицо должно выражать все зло, какое только есть на свете, оно должно быть отвратительным и жестоким. Художник искал воплощение греха. Написав портрет бога, теперь он хотел написать портрет дьявола во плоти.
После долгих поисков художник, наконец, встретил такого человека в тюрьме. Преступник совершил семь убийств, и через несколько дней его должны были казнить. В глазах этого преступника полыхал ад, это была сама ненависть. Трудно себе представить, насколько безобразным, злым и ужасным выглядело его лицо. Художник принялся за работу.
Закончив свой труд, художник принес ранний портрет и поставил обе картины рядом, чтобы сравнить. Невозможно было решить, какая из них удалась художнику лучше, обе были шедеврами. Художник стоял и любовался. Вдруг он услышал всхлипывания. Обернувшись, он увидел, что узник плачет. В замешательстве художник спросил:
— Мой друг, отчего ты плачешь? Тебе не нравятся картины?
Тогда заключенный ответил:
— Все это время я скрывал от вас, но сегодня я больше не могу сдерживаться. Вы, верно, не знаете, что первый портрет тоже мой. Я изображен на обеих картинах. Я — тот самый пастух, с которым вы повстречались двадцать лет назад в горах. Я плачу из-за того, как низко я пал за эти годы, пал с небес прямо в ад, от божественности дошел до самого дьявола.
Я не знаю, правдива ли эта история. Может быть, это правда, а может, и нет. Однако у человека две стороны. В каждом из нас живут и бог, и черт, у каждого из нас есть возможность познать и небеса, и ад. В каждом из нас может расцвести красота, а может возникнуть отвратительное болото. Мы постоянно раскачиваемся между двумя полюсами. Любой из нас может достичь того или иного края. Но большинство пристает к адскому берегу. Лишь немногим везет, тем, кто способен вознестись к небесам.
Можем ли мы позволить небесному началу раскрыться в нас? Можем ли мы стать тем портретом, что излучает божественность? Каким образом мы можем к этому прийти? С этого вопроса я хочу начать нашу беседу. Как превратить человеческую жизнь в райский сад, как наполнить ее небесным ароматом, где взять божественную красоту? Как может человек познать бессмертие? Каким образом человек может войти в храм божий?
На самом деле, в жизни происходит нечто совершенно противоположное. В детстве мы пребываем на небесах, но со временем, становясь взрослыми, мы попадаем в ад. Создается впечатление, что с самых малых лет мы движемся по нисходящей спирали. Мир детства полон невинности и чистоты, но постепенно мы вступаем на тропу, выложенную ханжеством и притворством. И с возрастом мы стареем не только физически, но и духовно. Не только тело становится дряхлым и немощным, но и душа превращается в руины. А мы воспринимаем это как обычную жизнь, мы думаем, что так и надо, с этим мы и умираем.
Религия задается вопросом на эту тему. Религия подвергает сомнению подобное положение дел: если с небес мы попадаем в ад, значит, наше жизненное путешествие где-то сворачивает на неверную тропу. Все должно быть иначе. Путешествие должно быть наградой, от страдания к блаженству, из тьмы к свету, от материальности к бессмертию. В действительности лишь это желание, лишь эта жажда таится в самой глубине нашего существа. Единственное стремление человеческого существа — достичь бессмертия, выбраться из темноты на свет, вырваться из объятий лжи и глотнуть свежего воздуха истины.
Но для того, чтобы путешествие к истине состоялось, чтобы начались поиски божественного, мы должны накопить энергию. Нам необходимо преобразовать энергию, накопить ее и укрепить силы, чтобы мы могли черпать ее из этого богатого источника. Только тогда нам позволят познать божественность. Небеса не для слабаков. Правда жизни не для тех, кто, рассеивая энергию, становится хилым и неустойчивым. Те, кто растрачивают все жизненные энергии, становятся слабыми и жалкими. Они не способны отправиться в великое путешествие. Нужна огромная энергия, чтобы не потеряться в этой экспедиции и добраться до самых вершин.
Преобразование энергии — это начало духовного путешествия. Энергия должна быть трансформирована, а человеку необходимо стать бурлящим «энергонакопителем». Но мы — слабая, больная цивилизация, постоянно теряющая энергию. В течение жизни мы становимся все слабее и слабее до тех пор, пока внутри не остается лишь звенящая пустота.
Каким образом мы теряем энергию?
Основным явлением, отнимающим у человека энергию, является секс. А кто хочет терять энергию? Никто. Но секс — это проблеск надежды на удовлетворение, и именно ради этого проблеска мы готовы отдавать энергию. В момент оргазма мы получаем определенный опыт, и именно ради этого опыта мы готовы жертвовать своими силами.
Если бы можно было достичь того же состояния другими методами, мы не стали бы растрачивать энергию на секс. Но есть ли другой способ достижения подобного состояния? Можем ли мы другим путем погрузиться в самые глубины нашего существа, прикоснуться к самым вершинам жизни, увидеть яркий свет блаженства и умиротворения? Есть ли другой способ познать божественное внутри себя? Есть ли другой путь к источнику покоя?
Если такой способ будет найден, это приведет нас к революции в жизни. Тогда человек повернется спиной к сексу и обратит свой взор к сверхсознанию. Произойдет внутренняя революция, откроется новая дверь.
Если мы не сможем показать человечеству новую дверь, люди так и будут вращаться в порочном круге, уничтожая себя. Но наше сегодняшнее понимание секса не помогает мужчинам и женщинам открывать для себя какие-то двери, кроме секса. Наоборот, случилась катастрофа. Природа наделила человека лишь одной дверью — сексом. Но многовековые учения закрыли эту дверь, а новую так и не открыли. В отсутствие новой двери энергия в человеке стала двигаться по замкнутому кругу. Если нет двери для выхода энергии, то бурлящая энергия, загнанная в клетку, доводит человека до безумия. А безумный человек даже не пытается хоть сколько-нибудь подтолкнуть естественную дверь секса, однако его энергия постоянно пробивает стены и окна, чтобы обрести свободу. Таким образом, сексуальная энергия находит неестественные выходы. Одна из самых великих неудач, постигших человечество, состоит в том, что новую дверь людям так и не открыли, а старая уже заперта.
Вот почему я открыто выступаю против учений, запрещающих секс, подавляющих сексуальную энергию, учений, отравивших все человечество. Из-за этих учений люди не только стали более сексуальны, но и изобрели огромное количество извращений. Каково же лекарство против этой болезни? Можно ли открыть какую-либо другую дверь?
Я уже сказал, что состояние оргазма включает в себя два элемента — отсутствие эго и отсутствие времени. Время исчезает, эго растворяется. В отсутствии эго, когда время остановилось, человек начинает познавать себя, свое настоящее естество. Но это сияние длится лишь мгновение, и затем мы вновь погружаемся в прежнюю рутину. И в этом процессе мы теряем энергию, мы растрачиваем огромное количество биоэлектрической энергии.
Сознание жаждет этого сияния, сознание хочет испытать это снова и снова. Проблеск сам по себе настолько неуловим: едва ощутив, мы его теряем. Не остается хоть сколько-нибудь четкого воспоминания о том, что же это было. Что же это такое мы только что испытали? Остается лишь потребность, наваждение, жгучее желание возобновить этот опыт. И люди не оставляют попыток всю свою жизнь. Но они не могут продлить желанное состояние больше, чем на мгновение.
