связались очень интересные люди. Это поразительные люди, которые владеют невиданными технологиями, сэр. Благодаря им, я вижу сейчас вас перед собой так же, как если бы находился сейчас в Овальном кабинете. А вы наверняка видите меня. Это поразительно, сэр, это то, чем должна заниматься наука. Служить во благо, а не во вред. Сэр, эти люди предложили мне сделку, на которую я согласился. Если мне дадут сигнал, я выйду в прямой эфир и расскажу всему миру о «Проекте Z». Я расскажу все детально, сэр, больше, чем я, никто об этом проекте не знает. Я озвучу такие факты и приведу такие доказательства, что это неминуемо вызовет бурю протеста. Вы не останетесь на своем посту. А вместе с вами полетит много других голов. На случай, если ваши люди все-таки меня выследят и ликвидируют, я записал видеообращение. Если я не смогу выйти в прямой эфир, будет обнародована запись. И ей люди поверят еще больше, чем прямому эфиру со мной. Я знаю, сэр, что именно предложили вам эти люди. Они все мне рассказали. Я разделяю их позицию. Я им помогу. Спасибо, сэр, и да храни Бог Америку!
Ответить ошеломленный президент не успел, так как голограмма с Лордманом исчезла, уступив место голограмме с Гражданином Мира.
– Господин президент, вы ведь знаете, что за человек сейчас с вами говорил?
– Мне это известно, – процедил сквозь зубы президент. – Сынок, угрозами меня не проймешь. И вот что я еще хочу тебе сказать. Ты пришел не по адресу. От одного меня ничего не зависит. Если ты думаешь, что я одним взмахом руки могу остановить все войны, то ты глубоко ошибаешься. Я не настолько влиятелен.
– Мы знаем об этом, сэр, поэтому прямо сейчас, в эту самую минуту мои коллеги и соратники точно так же, как мы с вами, посредством таких же каналов связи беседуют с главами других государств. Каждому из них предложена аналогичная сделка. Вы все должны остановить войны.
– Их вы тоже шантажируете? – искренне удивился президент. – Интересно, чем?
– Свои скелеты в шкафу есть не только у вас, – усмехнулся в ответ Гражданин Мира. – Итак, господин президент, вы принимаете наше предложение? Мы обязуемся не публиковать данные о «Проекте Z» и выступление доктора Лордмана никто не увидит, если вы остановите войны и свернете сам проект. Кстати, проекты Y и X тоже придется закрыть.
– Сынок, я не знаю, о чем ты.
– Знаете, господин президент, вам об этих проектах известно.
– Где гарантии того, что ты выполнишь свою часть сделки?
– Сожалею, но вам придется довериться нам на слово.
– Довериться? Я не доверяю никому!
– Вы точно так же будете держать нас на крючке, как и мы вас, – парировал Гражданин Мира. – Если вы не исполните свою часть сделки, мы обнародуем данные, и вас сметут. Если мы не исполним свою часть сделки, вам ничто не помешает возобновить остановленные войны и развязать новые. Как видите, и нам и вам есть, что терять. Безусловное выполнение сделки – в наших общих интересах. Что скажете, сэр?
– Мне нужно время, чтобы подумать, – ответил президент.
– Я знал, что вы так скажете. Мы даем вам ровно сутки. Завтра в это же время снова выйдем на связь.
– Окей, сынок, договорились.
– До свидания, сэр! Крепкого сна!
– Вы все видели, Хастон, все слышали?
Советник стоял перед президентом. В Овальном кабинете они были одни. Камеры были отключены. Царила обстановка полной конфиденциальности.
– Да, сэр.
– Вы понимаете, что это государственная тайна?
– Да, сэр.
– Кто-то еще наблюдал за мной?
– Да, сэр.
– Они не должны сказать ничего и никому.
– С них уже взяты подписки о неразглашении, сэр.
– Подписки мало.
– Понял, сэр, будет исполнено.
– Хастон, что вы думаете по поводу сделки?
– Мне кажется, что стоит все тщательно продумать, сэр. Мы дадим задачу аналитикам, завтра к вечеру будет готов подробный отчет. Мы просчитаем все возможные сценарии на случай, если данные о проекте будут раскрыты. Возможно, прогнозируемый эффект от обнародования информации окажется не таким мощным, как на это рассчитывают террористы. Но и другие варианты исключать нельзя.
– У Америки может появиться новый президент, – задумчиво произнес в ответ пока еще действующий глава государства.
– Это в любом случае неизбежно, сэр, – философски ответил Хастон.
Президент поднялся из кресла, медленно обогнул его, подошел к окну и начал всматриваться в ночную темноту, заложив руки за спину.
– Хастон, напомните мне, имеет ли президент исключительное право на применение ядерного оружия?
– Да, сэр, это право впервые официально было закреплено в 1948 году, когда Совету национальной безопасности был представлен доклад Специального комитета по атомной энергии.
– Кто-то другой может отдать приказ о применении ядерного оружия?
– Пока президент жив и находится в ясном уме, нет, сэр. Президент, как главнокомандующий Вооруженных сил, имеет исключительные полномочия отдавать приказы о применении ядерных сил.
– Кто-нибудь может наложить вето на приказ, когда он будет отдан президентом?
– Только теоретически, сэр. Приказ спускается вниз по цепочке военного командования. От президента они идет к министру обороны, потом к председателю Объединенного комитета начальников штабов, оттуда – к Стратегическому командованию Вооруженных сил и только потом он поступает непосредственно на командные пункты.
– Не кажется ли вам, Хастон, такая цепочка слишком сложной? Пока приказ будет передаваться по ней, мы можем не успеть ответить врагу на ядерный удар.
– Сэр, цепочка была выстроена в целях безопасности.
Хастон вплотную приблизился к президенту и стал позади него.
– Она исключает случайность, которая может оказаться роковой. На каждом этапе требуется подтверждение приказа о применении ядерных сил. Простите, сэр, но человеческий фактор исключать нельзя. Президент, как и военное командование – это всего лишь люди. На ответственном посту психика может дать сбой в самый непредсказуемый и неподходящий момент, сэр.
– Хотите сказать, что президент может спятить?
– Этого нельзя исключать, сэр, – смущенно кашлянув, ответил Хастон.
– Я все понял, Хастон, спасибо вам. Да, и еще – я принял решение. Мы не пойдем на эту сделку.
– Вот как, сэр?
– И мы больше не будем разговаривать с этими людьми. Мы вообще больше не будем ни с кем вести переговоры. Хастон, я принял решение, я отдаю приказ о немедленном применении ядерных сил. Мы нанесем превентивный массированный удар по всем нашим врагам. Человечество не погибнет, по крайней мере, не все сразу, Хастон. Мне приносили недавно аналитический прогноз, я тщательно его изучил. Если бы ядерные заряды были смертельно опасны для всего человечества, то всех убил бы Чернобыль или Фукусима. Однако этого не произошло, как видите. К тому же, мы
