Читаем без скачивания Рубикон. Дважды в одну реку - Константин Калбазов

Волки расплатились с Псами работой. Именно благодаря им был поставлен сарай для скотины. Неважно, что животные дикие и прекрасно выживают сами: житье домашней живности должно резко отличаться от той, что на воле, не только ограничением последней, но и более комфортным обитанием. Так что помещения были светлыми и просторными.

Волки же помогли с устройством овощехранилища – никак иначе получившийся обширный погреб и не назовешь. Был отрыт и полностью подготовлен будущий ледник. Очень напрягало отсутствие холодильника, а теперь этот вопрос практически решен.

В итоге заказ Рохта обошелся Волкам куда дешевле, чем остальным. Дмитрий намеренно сделал это и всячески распространял об этом слух. Умные сделают правильный вывод, глядишь – на будущий год еще кто решит начать ковыряться в земле, наступив на горло гордости охотника. Тут ведь решение за мужчинами. Что же касается женщин, так они на все согласны.

Дверь легонько скрипнула, и в помещение ворвался холодный воздух, а вместе с ним, окутанный облаком пара, пристукивая ногами, обутыми в зимние мокасины, и отряхивая таким образом с них снег, вошел старик. Это мог быть только один человек – Вейн. Во всем племени, которое сейчас по численности недотягивало и до тысячи, нет никого, кто бы мог с ним сравниться по возрасту. Впрочем, Дмитрий не без оснований полагал, что таковых не найдется и во всех четырех племенах.

Прокатившийся мор унес четыре пятых от общего числа племени, и в первую очередь погибли именно старики. Все были убеждены, что Вейна отметил своей волей сам великий дух. Только Дмитрий, Лариса и сам верховный шаман, в прошлом Максим, такой же выходец с Земли, как и они, знали, что причина в другом. Судя по всему, моровое поветрие было простой корью. Так что никакая воля великого духа не спасла бы Вейна, не переболей он этой болезнью в детстве, причем на Земле, где медицина была совсем на ином уровне и успешно боролась с этим заболеванием.

Вслед за мокасинами шаман отряхнул снег с шапки и плеч. Выходит, опять зарядил снег, и, похоже, крупный, вон как присыпало дедка. Но оно и к лучшему, зато не так давит мороз. Через окно, затянутое пузырем, и свет-то проходит не в достаточной мере, куда уж тут рассмотреть, что делается на улице. Однако Дмитрий вполне приноровился, благо на зрение никогда не жаловался. Еще немного – и начнет темнеть, тогда уж запалит свечи, в которых нет недостатка.

Интересно, что это Вейна принесло? Понятно, еще только начало зимы, нарваться на голодную стаю волков пока без вариантов. Морозы еще не сильные, а сегодня так и вовсе, считай, тепло. Но отмахать километров тридцать, хоть и на лыжах, а не на снегоступах, чего-то да стоит, тем более в его возрасте. С другой стороны, крепкий такой дедок, жилистый и выносливый, эдакий живчик. Дмитрию приходилось наблюдать, как он пару часов кряду танцевал не останавливаясь, в довольно приличном темпе, а потом еще всю ночь приплясывал и горланил свои камлания. Это он с духами так общается, хотя и знает точно, что все это профанация чистой воды. На авторитет работает и на суеверие местных. Одним словом, здоровье у старика в порядке, но все одно – тридцать километров…

– Здравствуй, Вейн.

– Привет, Дмитрий. Сегодня вроде воскресенье, я думал, сядем в доме, супруги твои меня чаем угостят, – а ты в мастерской. Тебе ведь требование выставили в воскресенье отдыхать.

– Выходной – это хорошо, но кое-что откладывать никак нельзя. Так что жены благословили.

– А что же Табук и Гарун?

– На охоту убежали.

– Охотиться? Сегодня? Снег валит так, что видно шагов на сто, не дальше, следы засыпает – не успеешь чихнуть.

– Ты думаешь, что понимаешь в охоте больше их?

– Лодыря гоняют.

– Да не лодыри они. Теперь уже нет. Упахиваются так, что жилы на кулак наматывают, но вот отвлечься им нужно. Поэтому что бы не случилось, в воскресенье я их сам из мастерской или кузни выгоню, даже если захотят остаться.

– А сам что же?

– Так ведь для личного пользования. Потому и добро получил от жен. Вот мастерю шкафчик. При чем же тут они?

– И много еще?

– Чуть осталось.

– Ну что стоишь? Заканчивай, раз уж так-то. Потом пойдем чай пить.

Чай. От того чая только название и осталось. Пили они отвары из различных трав, а в основном из шиповника. Причем ни о каких сладостях и речи не шло. Летом в лесу обнаружили плодовые деревья, наварили пастилы. Она получилась разной: одна кислая настолько, что куда там лимону, скулы буквально выворачивает, другие помягче. А одна получилась так и вовсе кисло-сладкой. Что за плод, непонятно, очень похож на кизил, но нечто иное, незнакомое.

Кстати, проявляя дальновидность, Дмитрий озаботился тем, чтобы пересадить более трех десятков деревьев помоложе и не отличающихся героическими пропорциями поближе к Новому. Ну да, свой сад совсем не помешает. В будущем планировалось увеличивать посадки, чтобы витамины на зиму можно было заготавливать без особых проблем.

В чаепитии для Вейна самым главным было не то, каким напитком его будут потчевать, а сам процесс пития из самовара. А что, Дмитрию тоже очень даже нравилось. Вот пристроишь его в устье печки, чтобы дым по комнате не гулял, вскипятишь – и за стол. Вейну очень нравилось самому наполнять кружку горячим отваром. Романтика, йошки-матрешки! Но скорее все же ностальгия. Да и тянуло его к землякам, хотя сауни были его семьей и все его чаяния были направлены на благо им.

В погребе, помимо овощей, имелся запас фруктов. В принципе это были только яблоки. Не сказать что они отличались приятным вкусом, какие-то горько-кислые, да еще и рот вяжут, но это смотря когда их вкушать. Если, к примеру, осенью, так ну его к лешему. А вот зимой сам собой потянешься и с огромным удовольствием схрумкаешь пару-тройку, хотя потом и обопьешься воды.

Зато ребятня повадилась таскать яблочки с завидной регулярностью, вход-то в погреб свободный, только дверь не забывай закрывать. Лариса поначалу радовалась этому обстоятельству, пока не заметила, что витамины идут вовсе не в рацион ребят, а очень даже худобе, что в сарае стоит. Детишки через эти яблоки вполне подружились даже с взрослыми особями. Ну как подружились. Во всяком случае, те у них с рук вполне себе едят и не пытаются лягнуть или куснуть. Тоже немало, если разобраться, иначе как за ними ходить и убирать все то, что они гадят? За скотиной в основном ухаживают женщины, но и ребята в стороне не остаются. Хм… Женщины тоже были замечены в задабривании животных. Ну да оно и к лучшему, только сомнительно, что с такими темпами те яблочки долго протянут. Ничего, на следующий год заготовят побольше. Да сами ребятишки в первую очередь и расстараются.

Дмитрий глянул на недоделанный шкафчик, но потом махнул рукой. Ладно, в следующий выходной доделает. В рабочие дни никак не получится, слишком много заказов, которые хочешь не хочешь, а выполнять нужно. Но и Вейна заставлять ждать не хотелось, ведь ради этого чаепития сколько отмахал.

– Потом закончу. Пошли.

– Ты заканчивай, заканчивай. Я тут посижу рядышком, очень напоминает мне это нашу школьную мастерскую. И запахи те же. Вот только не хватает станков. А нет, вон один вижу.

– Это мы для арбалетных болтов смастерили, ну и стрелы на луки тоже можно делать, хотя они и подлиннее.

– Ага. У нас тут многие вооружаться начали. Вот если бы могли, то все в очередь выстроились бы. Но оно больно дорогое, намучаешься, пока его от вас получишь.

– Многих это не останавливает. И пашут как проклятые, и изворачиваются, животину отлавливают. Даже на поднятие целины соглашаются. У нас вон целое поле уже получилось.

– И все за арбалеты. – Не вопрос, утверждение, и тон какой-то задумчивый, словно Вейн и не здесь сейчас.

– Ну да, – ничего не понимая, подтвердил Дмитрий.

– Я вижу, ты и луки делать научил.

– Научил. Простые однодеревки. Точнее, Табук и Гарун рассказали паре охотников, как нужно делать. Несколько охотников с ними уже видел. Так себе изделие, должен заметить, но, наверное, работает, иначе не таскали бы.

– Работает. Правда, требует большой тренировки, но это их не останавливает. А вот у меня не получилось.

– Да не расстраивайся так. Ты ведь только забаву для детей и мог изготовить, тонкостей не знал. Я тоже не ахти какой мастер, но знание кое-каких моментов позволило соорудить нечто удобоваримое.

– «Нечто». Я бы сказал – то, что надо. Работает отлично.

Вот вроде хвалит, но что-то не то. Какой-то он больно задумчивый и даже где-то пришибленный. Полное ощущение, что у него проблем выше головы и он не знает, как их разрешить. Словно загнали мужика в угол. Это Вейна-то, который верховный шаман и чуть ли не судьбой всего племени распоряжается? Ну ведь не из‑за того же он расстраивается, что Дмитрию удалось внедрить то, что не смог в свое время сделать он сам? Нет, тут что-то другое.