двери, так и не достав в последнем прыжке до проклятого ублюдка.
Флин опустился одно колено. Целясь в захлопнувшуюся дверь, левой рукой он попытался перевернуть девчонку. Синий мундир был влажным и липким. Когда капитан потянул Суз на себя, она застонала и вздрогнула. Вздрогнул и Корсо, когда увидел на груди мундира три черные дыры, из которых сочилась кровь. Темная, густая, она медленно стекала на гладкий металлический пол как тягучий гель.
— Сука, — отстучал зубами Корсо, чувствуя, как глаза застилает багровая пелена. — Сука!
Вскинув голову, он зашарил взглядом по комнате в поисках Киддера. Без этого урода тут дело не обошлось! Киддер нашелся быстро — он лежал в паре шагов от проема, ведущего в общий коридор, уходящий вглубь корабля. И судя по его позе, уже никуда не торопился. Лужа крови под ним была просто огромной. Да, ему досталась первая очередь — Инс запаниковал, пальнул в движущегося человека, потом повел стволом, вылавливая остальных.
Корсо обернулся, бросил взгляд за спину. У стола стоял Вакка — бледный, растерянный, недоуменно разглядывающий свои руки, забрызганные кровью. У его ног лежал толстяк Сефф, над которым склонился седой Харр. Дед быстро и умело ощупывал грудь заместителя посла. Корсо приподнялся и увидел, что за дальним концом стола прячется парочка — Вентер и коджианка. Судя по их лицам, перекошенным от ужаса, а не от боли, они были в порядке. Вовремя успели нырнуть за массивный стол. Значит…
Корсо окинул взглядом кровавые брызги на полу. Суз. Она рванулась вперед, прямо по его спине, приняла на себя основной удар. Можно сказать, что прикрыла собой сначала его, дурака, потом посла. Сефф поймал пулю, оказавшись на линии выстрела, а потом Инс уже целенаправленно выстрелил в приближающуюся Суз. А она все шла вперед, к своей цели, и выдержки портовому громиле не хватило. Не киллер профи. Запаниковал и бежал.
Харр, ощупывавший толстяка поднял голову и встретился взглядом с капитаном. Тот вопросительно поднял бровь. Дед пошевелил седыми усами и отрицательно мотнул головой. Вот черт. Покосившись на дверь, Флин поманил его пальцем к себе и быстро сжал несколько раз рукоять пистолета, отменяя режим опознания владельца.
— Как она? — тихо спросил Харр, подойдя ближе.
— Плохо, — процедил сквозь зубы Флин. — Знаете эту модель?
— Керамика минджу, — старикан кивнул. — Хрупкий, легкий, восемь зарядов, автоматика.
— Стрелять умеешь? — резко спросил Корсо.
Дед одним движением отобрал у него пистолет, проверил наличие зарядов, перевел режим стрельбы на одиночные выстрелы и, присев на одно колено, взял на прицел дверь.
Капитан встал на колени, обернулся.
— Посол! — резко позвал он. — Вакка!
Бледный Гостарум поднял на него недоуменный взгляд. Его щека, усеянная мелкими брызгами крови бедняги Сеффа, подрагивала.
— Идите в свою каюту! Не торчите тут. И вы тоже, оба. Быстро!
Коджианка сообразила первой. Подталкивая перед собой специалиста по культуре, она добралась до посла, схватила его за руку и потащила за собой, к ближайшей каюте.
— Так, — сказал Корсо, наклоняясь к Суз. — Так.
Она лежала на спине, белая и прозрачная, как первый снег. Под белой кожей на щеках виднелись едва заметные темные полосы — следы имплантации искусственных тканей. Флин провел рукой по ее холодной щеке пытаясь сообразить, что делать. Аптечка в рубке, но там засел Инс. Отдельного медицинского модуля на корабле не было, только камера сохранения, простая заморозка. Заморозка!
— Прости, — прошептал Флин, наклоняясь над капралом и берясь за ее плечи. — Прости дорогая, надо потерпеть…
Суз приоткрыла глаза — голубые, как северное небо — и устало взглянула на Корсо.
— Прости! — с отчаяньем прошептал он. — Прости…
— Оставь… меня, — едва слышно шепнула Суз.
— Нет! — крикнул Флин, сжимая ее плечи. — Нет. Есть камера заморозки!
— Мне надо… полежать часок, — прошептала девчонка.
Корсо застонал, от злости и бессилья. Ну как же так! Как так!
— Я не дам тебе умереть, — сказал он, обнимая ее и рывков отрывая от пола. — Не дам.
Глаза Суз окрылись еще шире, она слабо улыбнулась.
— Дурак, — ласково шепнула она. — Какой ты дурачок…
Подняв руку, она коснулась щеки Флина, и он почувствовал, как ее кровь осталась на коже. Холодная густая кровь.
Вздрогнув, он опустил взгляд, рассматривая следы засыхающей крови на полу.
— Парень, — тихо позвал старикан. — Послушай эту… девчонку.
Корсо перевел на него взгляд. Харр, не опуская пистолета, свободной рукой провел по окровавленному полу и продемонстрировал ладонь капитану. Кровь Суз была густой, как гель и темной. Слишком темной. И она густела на глазах.
— Синтетика, — сухо сказал Харр, пошевелив усами. — Я только слышал о таком. Разработки велись, но все было строго засекречено.
Флин, державший Марьям на руках, впился взглядом в ее осунувшееся лицо, пытаясь высмотреть в нем что-то… что-то такое, что отличало бы ее от всех других. Его взгляд остановился на щеке. На том месте, где должен быть огромный рваный шрам. Его не было.
— Суз, — тихо позвал Корсо. — Птичка, поговори со мной. Пожалуйста.
Капрал тяжело вздохнула и открыла глаза.
— Сонно, — сказала она. — Мне… надо отдохнуть.
— Что с тобой? — спросил Флин. — Твои раны…
— Затянутся, — медленно сказала она и в ее голубых глазах вдруг появилась тревога. — Меня сейчас штопают миллиарды нано-роботов. Живущих в моей крови.
У Корсо на языке вертелась сотня вопросов. Типа: что с тобой сделали? Что ты такое? Ты человек? Но он выбрал самый важный.
— Ты… в порядке?
И самый глупый, судя по ее улыбке. Зато из синих глаз исчезла тревога.
— Буду, — пообещала она. — Мне надо… полежать несколько часов. Я засну. Просто… ничего не делай. Не надо.
— Это я умею, — с горечью буркнул Флин. — Лучше всего на свете.
Он подобрался, прижал ее покрепче к груди, и понес в свою каюту. Что бы там у нее не было внутри, весила она как обычный человек. Маленькая хрупкая девчонка.
— Протез, — прямо в ухо ему прошептала Суз. — После аварии. Почти все… Я один большой протез.
Корсо споткнулся, чуть не упал, и, выпрямляясь, перевел дух. От сердца отлегло. Эта теория была лучше, чем версия об инопланетных роботах разведчиках с искусственным интеллектом запрещенного уровня развития. О протезах он, конечно, знал. Вырастить новую руку или ногу, или там даже легкое и все внутренности из набора собственного ДНК — популярный метод ремонта всех гуманоидов. Но порой искусственные материалы выходили получше родных, механоиды так и нарочно меняли все свое родное на сталь. При этом действительно использовали медицинских нанороботов, чтобы срастить живые ткани. Но, вроде как, временно. Пока все не заживет. А тут, похоже, у нее это встроенная опция. Навсегда.
Флин осторожно опустил Марьям
