матери к родной тётке отца, тем более, что тётка эта волей-неволей с детства заменяла ему родителей после того, как они погибли в автокатастрофе. В девять часов вечера тётушка явится в компании других родственников на ужин. Ох, хоть бы она не смогла приехать из-за разыгравшейся метели — вот это было бы настоящим новогодним подарком!
— Ты не замёрзла, Бет? — меняя тему, спросила мама, прикидывая в уме, как бы побыстрее разделаться с подарком для старой девы. Какой-нибудь чайный сервиз?.. Нет, она и так дарит ей сервизы каждый год, нужно выбрать что-то оригинальное, хотя сама тётя Олив ежегодно, не балуя разнообразием, вручает всем членам их семьи собственноручно связанные свитера и шарфы жутких оттенков. Какая же это скучная обязанность — покупать подарки людям, которые тебе безразличны! Слава Богу, тётушка хотя бы не приезжала на Рождество и не испортила им два праздника подряд, как в прошлом году.
— Нет, мам, — Бетси от нетерпения подскакивала на одной ножке: она обожала выбирать подарки независимо от того, кому они предназначались.
— Не прыгай, а то вспотеешь и затем простудишься, — машинально заметила мать, окидывая взглядом отделы универмага и размышляя, с которого лучше начать. Надо ещё успеть вернуться домой и до прибытия гостей поставить в духовку картофельно-мясную запеканку, а также сладкий пирог…
— Мама, а можно купить для бабушки Олив котёнка?
— Не болтай ерунды, — рассеянно откликнулась мама, но тут же удивлённо уставилась на дочку.
— Что ты сказала? Котёнка? Да зачем он ей?
— Она же живет совсем-совсем одна. Ей, наверное, скучно и страшно по вечерам, — простодушно объяснила Бетси. — А котёнок будет мурлыкать и петь ей песенки, она станет о нём заботится, наливать ему в мисочку тёплое молоко…
— Хм… В любом случае, в этом магазине котята не продаются. Да и не считаю, что разумно навязывать тёте Олив живое существо, — мама подумала, что едва ли старуха похожа на человека, который искренне способен хоть о ком-то заботится. «Пожалуй, не сервиз, но фарфоровый сливочник… Да, на днях я видела симпатичный, кремового оттенка с розовыми цветочками — это будет неплохо», — решила она про себя и, удовлетворённая пришедшей в голову идеей, устремилась к посудному отделу, уповая на то, что сливочник ещё не купили. Хотя вообще-то в предпраздничные дни с прилавков сметалось буквально всё, так что…
— Мам! Ой, смотри, смотри!!! — завопила вдруг Бетси и дернула мать за рукав, тыча куда-то пальцем.
— Не кричи, — одёрнула женщина и перевела взгляд в указанном направлении, — в чём дело?
Возле одной из новогодних декораций на складном стульчике сидела аккуратная старушка в смешном берете, из-под которого задорно выбивались пепельные кудри, а вокруг неё толпились ребятишки. Старушка что-то увлечённо рассказывала и показывала детворе. С первого взгляда могло показаться, что по её коленям скачут миниатюрные зверюшки, но, присмотревшись, можно было понять — они не настоящие, а игрушечные. Цыплята, зайчики, белочки, мышки, медвежата, ещё какая-то пушистая мелюзга… Старушка ловко орудовала всей этой гвардией, пищала и разговаривала за всех одновременно, перемещала их по своей широкой длиннополой юбке, отчего дети заливались звонким хохотом.
Бетси прикипела взглядом к этому необычному представлению и, когда мама потянула её за собой, устремила вверх умоляющие голубые глазёнки:
— Ма-а-а… Пожалуйста, можно я ещё посмотрю?..
Матери жалко было терять время, но она видела, что дочка реально заворожена.
— Если хочешь, я схожу за подарком для бабушки Олив сама, — милостиво предложила она. — Но пообещай мне, что ты не сделаешь в сторону ни шага и будешь ждать меня на этом самом месте.
— Обещаю, обещаю! — горячо закивала Бетси, уже вплотную приближаясь к старушке, чтобы получше рассмотреть игрушечное выступление.
Когда мама вернулась, весьма довольная (фарфоровый сливочник — вот удача! — никто до неё не купил, а значит, одну заботу с плеч долой!), она обнаружила, что дочка полностью поглощена старушкой и её волшебным зверинцем. Детвора почти вся уже разбежалась, и только Бетси невозможно было оттащить от старушкиных коленей. Заинтересованная женщина подошла поближе и склонилась, чтобы лучше разглядеть игрушки. У неё невольно вырвался возглас восхищения:
— Ох, какая прелесть!
— Правда же, правда — прелесть, мама?! — Бетси захлопала в ладоши. — Бабушка их сама сделала!
— Что ты говоришь, — мать с ещё более возросшим интересом взглянула на старушку. — Ручная работа?
Старушка приветливо кивнула:
— Именно так. Всех своих зверей и кукол я вяжу и шью собственноручно.
«Наверное, это страшно дорого», — мелькнуло в голове у женщины, которая, увидев, как очарована дочь, уже собралась было приобрести для неё пару игрушек. Она знала, как высоко оцениваются авторские работы, да ещё и такие оригинальные — каждая игрушка словно жила самостоятельной жизнью, имела своё непередаваемое выражение мордочки, свой характер.
— И… сколько же они могут стоить? — как можно более равнодушным тоном спросила она, стараясь заранее не обнадёживать дочь. Однако старушка отрицательно покачала головой:
— Они не продаются…
Мать разочарованно вздохнула, а Бетси скривила губы горестной подковкой, но старушка продолжила:
— …Я их просто раздариваю всем желающим. Нравятся тебе мои куклы, детка? — ласково спросила она у девочки. Та закивала с сияющими глазами.
— Выбирай, какую бы ты хотела иметь?
— Ой, честно-честно? Вы не шутите? — Бетси не верила своему счастью.
— Нисколько, — улыбнулась та.
У Бетси взор заметался с одной игрушки на другую — настолько сложно было сделать выбор в пользу какой-нибудь одной. Затем она с тревогой взглянула на мать — позволит ли?..
— Бесплатно? — с недоверчивым подозрением протянула мама. Старушка кивнула:
— Конечно, бесплатно. Они сделаны мною с любовью… Разве можно брать деньги за любовь?
— Хм… — мама все ещё колебалась. Что-то тут было не то, но она всё же разрешила Бетси:
— Можешь выбрать себе одну игрушку.
— Я не знаю, какую! — жалобно воскликнула Бетси; в голосе её слышалось настоящее отчаяние.
— Позволь-ка мне помочь, — лукаво подмигнула старушка. — Тебе должно понравиться… Как насчёт вот этой? — она распахнула сумку и выудила из пёстрого вороха принцессу с золотыми волосами, в пышном шёлковом платье.
— Красивая! — обрадовалась Бетси — ей теперь казалось, что она всю жизнь мечтала именно о такой кукле. — Знаете, на кого она похожа?
— На кого же? — заинтересовалась старушка. Мать Бетси была уверена, что девочка скажет «на маму», она привыкла к дочкиному восхищению. Но, к её удивлению, кроха выпалила:
— На вас!
Старушка засмеялась:
— Ну, много-много лет назад, поговаривали, я была ничего себе… довольно хорошенькой. Но это время давно прошло… Забирай эту куклу, ей будет у тебя хорошо, я уверена. Я вижу, что в твоём доме она обретёт настоящую любовь.
Матери Бетси, однако, стало неловко, словно они надули пожилую женщину. Она
