Читаем без скачивания Закон жанра - Владимир Колычев

Ярослав усмехнулся. Это верно – если он сейчас дерьмо за другими уберет, тогда точно все два года «помойкой» будет. Одно дело убираться, когда тебе это по уставу положено, и совсем другое – когда по чьей-то прихоти...

– Ты, интеллигент московский! Давай сюда свою зубнушку и поехал! – орал на него Ероха. – И чтобы как у кота яйца все блестело!

Хочет, чтобы Ярослав своей зубной щеткой сортирные «очки» натирал.

– Не буду!

– Не, мужики, вы слыхали, он не будет!

Ероха простер свои руки к «дедам», но тут же изо всей силы ударил Ярослава в живот. Но тот ожидал подвоха, поэтому удар не стал для него неожиданностью. Ярослав вовремя напряг пресс, сбалансировал тело. И на ногах остался стоять, и в поясе не согнулся.

Ероха снова ударил. Ярослав резко развернулся к нему боком, и кулак едва коснулся груди. Но кто-то из «дедов» ударил его сзади под колено. Нога прогнулась, и в тот же миг сильный удар в спину швырнул его к умывальным раковинам. Еще один удар вдогон, еще... «Деды» сбили Ярослава с ног и били, пока он не перестал закрываться руками.

– Смотри, сопля! Завтра плевки заставлю тебя собирать! – пригрозил Ероха. – И только попробуй отказаться... Пошли, мужики, пулю распишем...

«Старики» убрались. Ярослав с трудом поднялся, подошел к зеркалу. Тело как отбивная груша, только что побывавшая в употреблении. Но лицо целое. Ни синяков, ни ссадин... Козлы!

Кое-как он доковылял до кровати, забрался под одеяло. Хотелось плакать от обиды и унижения. Но он сдержался. В конце концов он мужчина, а не баба...

Он думал, что на эту ночь испытаний довольно. Но не тут-то было. Его подняли после полуночи. Повели в каптерку. А там все тот же Ероха. Морда красная, в зубах сигарета, в руках карты. С ним за столом еще два «деда». Преферансисты хреновы.

– Ну чо, мудила, ты уже понял, какая жизнь тебя ожидает? – с высоты всех своих «дедовских» преимуществ спросил Ероха.

Ярослав молчал. Зато этот гад не унимался:

– Мне до приказа четыре месяца осталось. Ну, еще немного задержусь. До зимы точно гноить тебя буду. Потом «черпаки» тебя гноить будут. А потом и твой призыв... Чухан ты, чуханом и останешься...

– Чего ты хочешь? – с ненавистью смотрел на него Ярослав.

– А-а, хороший вопрос, – осклабился Ероха. – И я дам тебе хороший на него ответ. Жену твою хочу!

– Чего?! – взвился Ярослав.

– Жену твою мамой сделать хочу... Ты же гнида, и ребенок у тебя гнилой будет. А от меня здоровое потомство... Но ты не думай, я не быдло какое-то, у меня все по-честному... Давай в картишки перекинемся. Если твоя возьмет, пальцем тебя больше никто не тронет. А если моя, то я пальцем трону твою жену. Палец у меня большой и толстый. Хочешь покажу?.. Или лучше твоей жене показать? Так это легко... Ну так чо, договорились, а? Если ты проиграешься, то звонишь своей жене и говоришь, что продал ее Ерофееву Евгению Дмитриевичу! А у меня увольнение завтра, я к ней подъеду, пусть она уважит дорогого гостя. Жилплощадь найдется?

– Найдется, – кивнул Ярослав. – Два метра в квадрате. И два метра в глубину... А цинковый гроб для тебя Министерство обороны выделит!

Он думал, что Ероха взбесится. Но тот лишь расхохотался. Истерическое какое-то веселье. Поэтому и стихло быстро.

– Ты так больше не шути, шваль позорная, не надо. А то в следующий раз я шутку не пойму. Тогда тебя самого зароют... Ну так чо, раскинем «секу», а?

Ярослав не сомневался, что у Ерохи пять тузов в одной колоде. Да и мыслимое ли это дело, играть на самое дорогое, что есть в его жизни...

– Да пошел ты!

– Ясно. Не хочешь по-хорошему... Не хочешь – заставим...

Ероха неторопливо поднялся из-за стола. Сейчас он подойдет к Ярославу и начнется...

А он не должен подойти! Ему нужно помешать!.. Ярослав выхватил взглядом свободную табуретку, подскочил к ней, схватил за ножки и швырнул в ненавистного «деда». Точное попадание. «Снаряд» ударил Ерохе в грудь. Подлец покачнулся, но не упал. И все же он в замешательстве. Пока прочухается...

– Ни хрена себе! – заорал его дружок.

И бросился на Ярослава. Но мощный хук справа швырнул его на пол. Второго «деда» он поймал на йоко-маваши. Удар вышел за зависть хорошим, и «дедушка» по-старчески бросил свои кости в шкаф с шинелями.

Но победа была не полной. Ярославу не хватило силы, чтобы окончательно вывести противника из игры. «Деды» быстро прочухались и снова бросились на него. Но когда Ярослав в боевом запале, с ним лучше не связываться. Он бил, не обращая внимания на ответные удары. Бил, бил... И при этом следил, чтобы никто из «стариков» не схватил нож под горячую руку. Он хорошо помнил, чем закончилась для него схватка с Артуром. И все из-за невнимательности...

Первым в глубоком нокауте оказался Ероха. За ним успокоился второй его дружок. Третьего Ярослав зажал в угол и лупил его без оглядки назад. И все же он услышал, как распахнулась дверь.

Ну вот, вторая партия «дедов» подоспела. Теперь его будут бить смертным боем... Ну и пусть! Ему уже все равно!

Ярослав резко развернулся и увидел, как в каптерку входил дежурный по дивизии, а с ним дежурный по батальону!

– Отставить! – заорал майор.

Ярослав покорно сложил крылья, опустил на грудь голову.

– Что здесь происходит?

– Сам не знаю, – пожал плечами Ярослав.

– А кто знает?.. Какого года службы, солдат?

– Первого...

– Так, ясно... Что здесь происходит?

Этот вопрос был обращен к дежурному.

– Так это... его сюда просто позвали... – в недоумении смотрел на Ярослава сержант.

– Знаю я ваше «просто»! «Дедовщину» развели, мать вашу!.. Ладно, разберемся!.. Ты, солдат, в кровать, живо! А вы, товарищ сержант, под трибунал пойдете, если с ним что-то случится...

Ярослав отправился в умывальник, глянул в зеркало. Под глазом набухает шишка, губа разбита. Но все равно он победил... Только вот гордость его не распирает, и голова не задирается вверх. Он прекрасно понимал, что эта победа дорого ему обойдется. «Деды» не успокоятся, пока не поквитаются с ним. В эту ночь его вряд ли тронут, но настанет час, когда его снова пустят под раздачу... Как говорит армейская мудрость, битие определяет сознание...

Ночью его больше не трогали. А утром вызвали на разбор полетов. И не абы куда, а в штаб дивизии. В кабинете начальника штаба его ждал вчерашний старший лейтенант. Держался он здесь властно и независимо, как будто он птица более высокого полета, чем полковник Когут. Но, как выяснилось чуть позже, он был из другой части и не подчинялся даже командиру этой дивизии.

– Что, Барьянов, «дедушек» поколотил? – с симпатией, но иронично посмотрел он на Ярослава.

– А пусть не лезут...

– Правильно, себя в обиду давать не надо... Вот у меня объяснительные от... гм... пострадавших. Пишут, что ты набросился на них как лев. Приемы карате... Ты что, карате до армии занимался?

– Ну, раньше было... А потом бокс...

– Разряд есть?

– Кандидат в мастера спорта...

– Это показатель. И то, что старослужащих не испугался, тоже хорошо... Только ведь они тебе жизни не дадут...

– Знаю, – насупился Ярослав.

– Может, стоит часть сменить?

– Мне и здесь хорошо...

Другая часть могла оказаться где-нибудь у черта на куличках. А ему поближе к Москве нужно...

– Что, у жены под боком прослужить хочешь? – усмехнулся старлей. – Не получится. Рано или поздно тебя отсюда уберут. Да еще разбираться будут, как ты в эту часть попал. Ты ж москвич, а возле дома служить не положено...

Ярослав мысленно усмехнулся. На «положено» в этой стране уже давно положено с большим прибором... Но если начнут разбираться, то в самом деле могут махнуть поганой метлой, вымести куда-нибудь за «каменный пояс».

– В общем, резину тянуть не буду, Барьянов, – сказал офицер. – Я не просто так прибыл к вам в дивизию. Моя задача отобрать трех наиболее подготовленных молодых солдат для дальнейшего прохождения службы... Где – неважно...

Как будто что-то в груди оборвалось... И зачем он только связался с этим долбаным Ерохой?..

– Вы, рядовой Барьянов, показали вчера отличную физическую подготовку...

И на кой черт он вчера дал полную выкладку, чтобы занять первое место в дурацком соревновании! На увольнение позарился...

Мысли проносились, как пули у виска. А действительность надвигалась, как локомотив – быстро и неотвратимо.

– Так что, солдат, готовься к отбытию в другую часть, – заключил старлей.

Такое ощущение, будто он набросил на шею удавку и затянул ее так, что не вырваться. И руки у Ярослава связаны. Он связан с армией присягой и законом. Да и не того он засола, чтобы дезертировать...

– А когда ехать?

– В понедельник. После обеда... С женой повидаться хочешь? Хорошо. Прямо сейчас пойдешь в увольнение. А в понедельник утром чтоб как штык был здесь. Вопросы?

Невиданная щедрость. Сегодня суббота, завтра воскресенье. Получается, у него в запасе целых две ночи. Невероятно, но факт... Неспроста все это, ох неспроста...