Гомером в архаических упоминаниях об исчезнувшем мире, полном бронзового оружия и шлемов из клыков кабана.5 Бронзовое оружие в большом количестве было захоронено в гробницах их великих военачальников, хотя они также были хорошо знакомы с тонкими наконечниками стрел из обсидиана, привезенными им с Мелоса и Липари.
Как называли себя микенцы - важный вопрос. Микенцы" - это современное обозначение греческой цивилизации бронзового века; в XIV веке до н. э. оно могло означать только жителя цитадели и окрестных деревень, составлявших поселение (едва ли город) Мукенай. Форма множественного числа этого названия, как и некоторых других из этого периода (например, Афинай, Афины), может отражать тот факт, что эти центры были конгломератами деревень.6 Их правители были кастой воинов, которые к XIV веку до н. э. вели очень роскошный образ жизни. Их хоронили не только с оружием, но и с золотыми и серебряными кубками, а также с изящно инкрустированными церемониальными ножами с изображением сцен охоты. Когда историки говорят о "микенской торговле", они имеют в виду торговлю тех, кто жил в пределах политической сферы этих ранних греческих военачальников, хотя никто не знает, говорили ли эти купцы и крестьяне по-гречески; многие, на самом деле, должны были быть многоязычными критянами, жившими в Кноссе и Фестосе, о которых говорится в табличках Линейного письма B. Упоминания о соседях, известных как Аххиява в хеттских архивах, и об Экуэше в египетских документах, позволяют предположить, что название Ахаивои, в классическом греческом Akhaioi, "ахейцы", использовалось если не ими самими, то, по крайней мере, сторонними наблюдателями, которые воспринимали их чрезвычайно серьезно как крупную региональную державу.7 Опираясь на торговые связи, установленные минойцами, микенские купцы поддерживали связи с богатым медью Кипром (который продолжал использовать версию линейного письма вплоть до классических времен), а также торговали на Родосе, в Милетосе на Анатолийском побережье и на сирийском побережье. Возможно, даже существовали контакты с Черным морем, если история об аргонавтах Ясона имеет под собой какую-то историческую основу. Затонувшее в тринадцатом веке судно "Гелидония" у берегов южной Турции проливает свет на торговый мир микенцев. Большая часть корабля была сметена водами, но его груз оказался слишком тяжелым, чтобы море могло сдвинуть его с места: полтонны крупных медных слитков, а также бронзовые изделия и печати, свидетельствующие о том, что корабль побывал в Сирии и на Кипре. Еще одно, чуть более древнее затонувшее судно, найденное в Улубуруне у турецкого побережья, содержало еще большее количество меди и, что интригует, одну десятую часть олова - правильная пропорция для изготовления бронзы.8
Одной из новых особенностей микенской торговли была связь с Италией, с которой минойский Крит не взаимодействовал. Первые свидетельства контактов между материковой Грецией и Сицилией, возможно, относятся к XVII веку до н. э., если судить по сходству между греческой керамикой (среднеэлладского периода) и керамикой восточной Сицилии, где также было найдено несколько среднеэлладских горшков. Это не обязательно свидетельствует о регулярных прямых контактах, а скорее о спорадических связях через ряд посредников, когда эти горшки проходили из Греции через Ионическое море, а затем вокруг пятки и носка Италии до Сицилии.9 Твердые доказательства регулярных контактов появились немного позже, когда на Липари было привезено большое количество керамики позднего бронзового века, а в Грецию было отправлено большое количество обсидиана; купцы также оставили фаянсовые бусы, по-видимому, египетского происхождения, что говорит о существовании торговой сети, охватывавшей большие территории восточного и центрального Средиземноморья. Однако к тому времени, когда Кносс оказался в руках микенцев, обсидиан начал терять свою привлекательность; по всему Средиземноморью и в Анатолии разрабатывались новые жилы меди и олова, и поиски металлов привели микенских мореплавателей на Искью и ее меньшую соседку Вивару, где они оставили свою керамику, а затем направились к побережью Тосканы (где можно было найти олово) и Сардинии (где они оставили несколько медных слитков).10 Изображения кораблей на фресках из Теры не оставляют сомнений в том, что технология судоходства достигла значительного прогресса: в дополнение к веслам стали использовать парус, строить более крупные суда с высокими фальшбортами, способные противостоять более бурному морю; к этому следует добавить более детальное знание мелей, рифов и течений восточного и центрального Средиземноморья, без которого было невозможно плавать между греческими островами и в сторону Сицилии. Прибрежные маршруты все еще преобладали, так как микенская керамика прослеживает линию, соединяющую Додеканес с пяткой Италии и вокруг пятки до Сицилии.
Тесные связи с Италией привели к появлению заморских торговых станций.11 Хотя микенцы отправляли на Липари большое количество керамики, в том числе большие пифои, нет никаких доказательств того, что липарийцы находились под микенским владычеством; однако жители Липари установили связи с землями дальше на север, вплоть до Луни в северной Тоскане.12 Липари все больше привлекал не только обсидиан, но и роль перевалочного пункта между водами вокруг Сицилии и северными районами. Пифои были стандартными изделиями, а не объектами красоты, и в них хранились товары - скорее всего, нефть, поскольку она была одним из излюбленных предметов экспорта греческих земель. Янтарное ожерелье, найденное на кладбище в Липари, было отнесено к северной Адриатике, а не к восточному Средиземноморью. Все это указывает на то, что микенцы были самыми богатыми, но не единственными купцами, которые в этот период осмеливались пересекать воды центрального Средиземноморья. Тем временем жители Липари жили в деревянных хижинах, прилепившихся к склонам вулкана на острове; роскошь для них заключалась в янтарных и стеклянных бусах, а не в золотых и серебряных украшениях.
Поселение на Тапсосе, шельфовом острове в восточной части Сицилии, свидетельствует о сложной, привнесенной культуре микенского происхождения. Поселенцы создали город, похожий на решетку, с улицами шириной до четырех метров, просторными домами, построенными вокруг дворов, и гробницами, полными позднеэлладских изделий из греческих земель, что говорит о "настоящей иностранной колонии на этом месте".13 Действительно, ближайшую аналогию планировке домов в Тапсосе можно найти на другом конце микенского мира, на Кипре, в Энкоми близ Фамагусты. Это почти как если бы был создан проект торговой колонии, который затем воплотился в реальность на обоих концах микенского мира. В Тапсосе найдено очень много небольших парфюмерных емкостей микенского происхождения.14 Ведь это был центр промышленности, специализировавшийся на производстве парфюмерных масел для "международного" рынка. Но Тапсос не был просто ответвлением Микен. Здесь производилось много грубой серой керамики в сицилийском стиле, что свидетельствует о смешанном населении Фапсоса. В тот же период другое микенское поселение в Скоглио-дель-Тонно близ современного Таранто обеспечивало доступ к товарам Адриатики, особенно к южноитальянской меди, и служило перевалочным пунктом для
