брата твоего дома нет?
— Прилетел на выходные. У них два выходных в неделю, представляешь?
— Юри, с этого и надо было начинать. Когда твой брат дома, я к вам ни ногой. Ты ж знаешь, как он меня ненавидит.
— Это неправда… — вяло возмущается девочка.
— Ладно, не важно. Я сейчас пообедаю, потом пошарюсь по сети и вышлю тебе. Аннён, Юри.
Кидаю телефон на диван, иду мыть руки. По дороге встряхиваю руки, сбрасывая напряжение.
— Кто тебя ненавидит, внучка? — Пакпао озвучивает общий интерес. Вот поэтому и нельзя разговаривать по телефону в присутствии других, даже близких людей. Вопросами замучают.
— Брат Юри…
— За что?
— За мою красоту и таланты, за что ж ещё? — Царственно удивляюсь и исчезаю в туалете.
Место действия: особняк семьи Сон.
Время действия: то же самое, 11 октября, воскресенье.
ДжеХун.
Вся семья за обедом. Родители очень довольны, что их навестил сын, впервые с начала учёбы. У английских студентов часто бывают внутрисеместровые каникулы. Строго говоря, это не выходные. Это время предоставляют нам, студентам, для самоподготовки. Но книжки можно почитать в самолёте или дома, что намного приятнее.
— ДжеХун, а за что ты Лалису ненавидишь? — Неожиданно спрашивает Юри.
— С чего ты взяла? — С трудом держу себя в руках. И нет этой проныры поблизости, но исхитряется незримо влезть. Откуда только такие берутся?
— Ну, не знаю… — Юри болтает ложкой в супе. — Разве она тебе нравится?
— Нет, — высказываюсь нейтрально, а то отец рядом. — Разве мне все должны нравиться? Кто-то нравится, кто-то нет.
— Сынок, Лалиса очень хорошая девушка, — наставительно говорит мама. И папа смотрит строго. Онни с любопытством.
— Не буду спорить, омма. Но я-то здесь при чём? Пусть она хорошая девушка и пусть она будет подальше от меня, — разве я так много прошу? Я в собственном доме, не правда ли?
— Да-да, — возбуждается Юри, — она так и сказала: ни за что не придёт к нам в гости, если ты дома…
— Омма, вот теперь я верю, что Лалиса — хорошая девушка, — ехидно улыбаюсь.
— …потому, что ты — придурок! — Завершает свою мысль мелкая заноза. Как же она иногда достаёт! Они что, все такие?
— Юри! Немедленно извинись перед братом! — Требует мама.
— Извини, ДжеХун-оппа, — нисколько не огорчается заноза, — но это не я сказала.
— Что ты говоришь, Юри-ян? — Хмурится папа. — Лалиса назвала твоего брата придурком?
— Нет, — мотает головой Юри, — она так не говорила. Просто… ну… я думаю, что она так думает.
Онни фыркает, но под взглядами родителей прячет хитрую усмешку. Аппетит совсем пропадает. Кое-как доедаю любимое пантоки* и ухожу в свою комнату.
(*пантоки — не знаю, есть ли такое блюдо в Корее. Название только что придумал или вспомнил. А какая разница есть или нет какие-нибудь тик-токи в Южной Корее? Основной части публики на это глубоко насрать. Автор).
В комнату без стука врывается мелкая.
— Гляди, какую книжку Лалиса написала! — Кидает мне на кровать толстый том с какой-то красочной картинкой на обложке. — Ты вовек такую написать не сможешь, хоть три университета заканчивай.
И убегает. Брезгливо, двумя пальцами, берусь за книгу. «Гарри Поттер и философский камень», автор — Л.Ким. Отношу подальше, на подоконнике этому самое место. Ещё я не читал сочинения всяких глупых девчонок.
Место действия: улица рядом со студией.
Время действия: то же самое, 11 октября, воскресенье 15.50.
После обеда уделила время урокам. Ещё раз прокляв корейское образование, которое душит детишек в своих требовательных объятиях. Будь сутки в два раза длиннее, минобр тут же увеличил бы нагрузку троекратно.
Мне предстоит предстать представительницей неземной и прекрасной расы перед моими парнишками. Иногда люблю похулиганить с тавтологией. Макияж освежить нетрудно, сложнее подобрать прикид.
— Юбку надень, юбку, — долдонит фанатка типично женской и шотландской части одежды.
Шалишь, девуля. Удостаиваю её царственным взглядом свысока. Придраться не может, я только смотрю. Всё дело в ногах, в них не уверена. Нет, местные корейские мальчики, не избалованные высокими стандартами, примут на ура. Не сомневаюсь. Но мои требования намного выше.
Работаю над этим. И на тренировках по бегу, уделяю внимание стопам. Они должны сильными и подвижными. С высоким подъёмом. По утрам и вечерам специально тренируюсь ходить на высоких каблуках. Очень высоких. До и после разминка, ходьба на пальцах, пятках и так далее.
Не жалея себя, укрепляю ноги балетными упражнениями. Базу для красоты даёт генетика, но и надстройка не повредит. Но если надстройка ещё не создана, то наденем брючки. В обтяжечку и короткие, сантиметров десять не достающие до стоп. Под них колготки, — Евгений в углу кривится, — на улице прохладно. И туфли на среднем каблуке… ну, или чуть выше. Системы лодочка.
Едем на такси, СонМи за мной увязалась. Вот кому делать-то нечего. Выцыганила ж после обеда свеженапечатанное, прочла, вернее, проглотила, как голодная утка, так занялась бы переводом! Нет, она ко мне сопровождающей набилась!
— Аджосси, следите за дорогой! — Строго и не в первый раз указываю водителю. — Ещё раз на меня посмотрите, жалобу на вас в полицию подам.
Почему-то он не спорит. Отмечаю первый эффект от воздействия моего образа на окружающих. На такси ездить опаснее, риск аварии увеличивается.
— Никаких чаевых, — непреклонно заявляю расплачивающейся онни, — мы из-за него чуть в ДТП не угодили.
Что он бубнит в нашу сторону, меня абсолютно не колышет. Отыгрываю высокомерной принцессы. Бодро стуча каблуками, вхожу в здание.
Перед дверью в студию, из-за которой доносятся голоса, останавливаюсь. Делаю с СонМи рокировку. Инструктирую.
— Войдёшь первая, затем отойдёшь в сторону, — заговорщицким тоном, — тебе останется только наблюдать.
Эффект оглушительный. Сразу все замолкают, завидев СонМи. Обычная реакция на гостя, рефлекторная, все смотрят, кто пришёл. Через несколько шагов сестра уходит в сторону, под всеобщее внимание попадаю я. Мы останавливаемся. СонМи не удерживается от короткого фыркающего смешка, который никого не выводит из состояния ступора. Кроме МиЧжуна, тот нас не видит, перешнуровывает кроссовки.
Остекленевшие глаза, отвешенные челюсти, у кого-то, — не будем показывать пальцем, хотя это был ВиЧан, — вроде струйка слюны потекла из уголка губ. Мы с сестрой откровенно наслаждаемся зрелищем.
— Хеллоу, мальчики! — Приветствую в американском стиле намеренно. — ВиЧан!
Подманиваю его пальчиком. Тоже не корейский жест, но должен понять. Нет, в глазах полное отсутствие всяческого проблеска разума. Хм-м, ломает мне задуманную игру.
— СонМи, — прошу помощи у онни. Та понимает с полуслова. Решительным шагом приближается к парню, хватает его за руку и тащит ко мне. Решила его выделить среди всех, раз он на меня запал.
Деревянно переставляя ноги,
