Сирии черкес Барсбай заключил с администрацией Каффы соглашение, позволявшее его агентам вывозить приобретенных в городе рабов без уплаты пошлины (см. Хотко 2017: 210). Помимо самих египтян, отправляли суда с кавказскими рабами в Египет также генуэзцы и венецианцы.[133] По сообщению венецианского купца Эммануэля Пилоти, в 1420 г. египетский султан получил из Каффы две тысячи рабов. Основным этническим контингентом перевозимых генуэзцами черноморских рабов, по Пилоти, были черкесы (Cercassi), русские (Rossi) и татары (Tartares). Более всего ценились татары, за которых платили 130–140 дукатов за голову; за черкесов давали 110–120 дукатов, за албанцев, греков и сербов платили поменьше. [134]
Ключевую роль в международной торговле людским товаром играли генуэзские и, в меньшей степени, венецианские купцы. Генуя приобрела почти полную монополию над экспортом рабов из портов Черного моря, став наиболее важным поставщиком татарских, черкесских, абхазских и русских невольников в мамлюкскую армию Египта и Сирии, а также, в качестве домашних рабов, в Западную Европу (в основном в Италию и, в меньшей степени, в Испанию).
Для регулирования и надзора над работорговым промыслом в середине XIV в. в Генуе был создан и до 1449 года активно действовал Оффис Св. Антония (Officium capitum s. Anthonii), взымавший налоги на вывоз рабов, который имел в 1424 г. своих агентов, в частности, и в Савастополи (Сухуме) (Кация 1986: 38, 39).
С 1453 года, когда турки захватили Константинополь, и по 1475 год, когда они овладели Каффой, все права на генуэзские черноморские фактории перешли к Банку Святого Георгия (Banco di San Giorgio) – крупнейшему финансовому учреждению Европы того времени (см. илл. 5). По договору 1453 г., коммуна Генуи передавала Банку «город Каффу, все большие и малые города, землю, большие и малые крепости и замки».[135]
Как указывалось выше, работорговля на Черном море была в значительной мере стимулирована эпидемией Черной чумы в Западной Европе, завезенной из внутренней Азии в Крым посредством караванов, курсирующих по Великому шелковому пути. Имеется свидетельство генуэзского нотариуса Габриэля де Мусси (Gabriele de’ Mussi) от 1346 года, согласно которому войска монгольского хана Джанибека, осаждавшие генуэзскую колонию Каффу в Крыму, по приказу хана катапультами закидывали трупы умерших от чумы в город, что спровоцировало эпидемию. Это явилось одним из наиболее ранних документированных случаев ведения бактериологической войны. Вскоре, посредством генуэзских кораблей, торговавших по всему Средиземноморью, из Крыма чума была завезена в Европу. Пик пандемии пришёлся на 1346 – 1353 годы, от болезни, по оценкам, погибло около трети населения Европы. Эпидемия чумы вызвала демографический коллапс и спровоцировала резкое удорожание рабов на рынке в Генуе в 13481350 гг. Роль Каффы и Савастополи как транзитных невольничьих рынков для перепродажи в Италии еще более укрепилась.
Продавцами и покупателями рабов в Италии были люди самых разных профессий: нотариусы, торговцы зерном и шелком, меховщики, парикмахеры, медики, учителя, священнослужители,[136] плотники, сапожники, комиссионеры, шелкопрядильщики, красильщики, портные, мясники, содержатели портовых таверн и др. (Кация 1986: 46). Рабов имели даже жены нотариусов и монахини (Origo 1955: 321, 337). Помимо прочего, владение домашними рабами свидетельствовало о социальном статусе их владельца.
По подсчетам Т. Берадзе (1989: 123), в первой половине XV в. в государства Средиземноморья ежегодно поступало около 300 рабов абхазов, а во второй половине того же столетия – 850 абхазов и грузин (под «грузинами» автор подразумевает в основном мегрелов);[137] из этого числа большинство составляли абхазы.
В середине XV века цены на рабов росли, причем стали предпочитать покупку физически более привлекательных и более «цивилизованных» черкесских (т. е. выходцев из Западного Кавказа) и русских девушек татаркам. В XV веке количество рабов в северной Италии по отношению к свободному населению оценивают в 4–5 процентов (Barker 2014: 123).
В Генуе, одном из главных центров распространения рабов в Средиземноморье, в 1458 году при населении ок. 100.000 жителей, рабов было более 2000, в подавляющем большинстве это были женщины (Bismara 2015: 80). Как отмечено в одном генуэзском документе 1482 г., «город полон рабов» (la città è piena di schiavi). [138] Между 1400 и 1425 гг. черноморские рабы (татары, черкесы, абхазы, русские) в Генуе представляли 85 % всех рабов, тогда как лишь 9 % были выходцами из Балкан. В 1425–1449 гг. черноморских рабов было уже 91 %.
Имел свою динамику и этнический состав черноморских рабов в Генуе: удельный вес татар (tartari) снизился с 63 % в 1394–1398 гг. до 41,5 % в период 1400 – 1425 гг., и далее до 20 % во второй четверти XV в. Значительное снижение поступления тюркско-татарских рабов с начала XV века объясняется междоусобными конфликтами, вторжениями (как, например, разгром Таны Тимуром в 1395 году), эпидемией чумы и другими неблагоприятными факторами в районе обитания татар и половцев, что вынуждало итальянцев и египтян компенсировать эту недостачу значительным увеличением импорта черкесских, абхазских и русских рабов.
Таким образом, между 1425 и 1450 гг. наибольший процент рабов в Италии стали составлять русские (41,5 %), абхазы (19,5 %) и черкесы (18 %), помимо большой группы «цветных» рабов-мавров. В то же время количество, например, мегрелов за тот же период не достигало и 1 % (Gioffrè 1971: 18; Pugliese 2014: 16).
В XV веке в Генуе зихи (адыги) составляют 32,2 % всех восточных рабов, в период 1450–1475 они указываются в 170 документах и составляют 37,1 % черноморских рабов, тогда как в последней четверти XV века численность зихов достигает около 53,7 % от общего числа данной категории рабов (Кация 1986: 43).
Абхазы, согласно генуэзским нотариальным актам, в 1400–1445 гг. составляли 8,4 % от числа завезенных в Геную из Причерноморья рабов, в 1426–1450 гг. их численность в Генуе выросла до 19,5 %, в третьей четверти XV столетия уменьшилась до 12,6 %, а в последней четверти XV в. вновь возросла до 20,3 %[139].
Мегрелы в соответствующие годы составляли 0,7 %, 1 %, 1,5 %, и 5,6 % от общего числа вывезенных из Причерноморья в Геную рабов. Первое упоминание мегрелов в актах Генуи в XV веке относится к 1414 году, последнее – к 1490 году (Gioffrè 1971: 26).
Значительный процент населения рабы из региона Черного моря, вместе с рабами из Африки, составляли и во Флоренции. Так, с 1366 по 1397 гг. во Флоренции зафиксировано 389 сделок по продаже рабынь, 250 из которых были татарки.[140] В 1427 году, при населении Флоренции ок. 40.000 жителей, в городе было около 300 рабынь (Bismara 2015: 80). Богатые флорентинцы охотно покупали рабов, обычно молодых женщин, используемых в качестве домашней прислуги. Каждый знатный флорентинец или купец имел, по крайней мере, два или три раба; у многих их было еще более (Origo 1955: 321).
Известна народная флорентинская песенка, посвященная юным рабыням:
Le schiavette amoroseScotendo le robe la mattinaFresche e gioiose come fior di spina.«Очаровательные
