Читаем без скачивания Мы идем - Дуги Бримсон

В день матча мы увидели множество знакомых лиц; число английских суппортеров стремительно росло, и атмосфера накалялась с каждой минутой. Новости из пабов перемежались лоялистскими слоганами, в совокупности с несколькими замученными махачами это помогло всем проникнуться подобающим настроением. Активно распространялась литература БНП, и большинство разговоров было не о футболе, а о том, что произойдет на стадионе и в его окрестностях. Кто-то разузнавал, какие дальше планы, и каждый собирался принимать активное участие в их осуществлении.

Выйдя из паба, мы двинулись к стадиону, и шоу началось. Мы собрались в большой моб, и полиция хотела только, чтобы мы как можно быстрее прошли по улицам и оказались на трибунах. Меры безопасности были просто смешными. Не составило никакого труда попасть на стадион — мы просто прошли через них (полисов) и турникеты. В этот момент я понял, что мы можем замутить что-нибудь реальное.

На стадионе атмосфера была наэлектризована, полна ожидания чего-то, что вот-вот должно было произойти, и взаимной ненависти. Кругом знакомые лица; такого состава я никогда раньше не видел. Что еще меня удивило, в нашем секторе были также и ирландцы, на которых немедленно прыгнули. Непохоже было, что полиция могла это остановить, и многие ирландские болельщики стали покидать трибуну, спасаясь бегством. С приближением начала матча все громче звучали заряды “Не сдадимся ИРА” и “Ольстер — британский?”, во главе всего этого стояли члены БНП (это может показаться странным кому-то, но я действительно считаю, что большинство англичан в целом разделяют наши взгляды, но нуждаются в ком-то, кто объединил бы их и подтолкнул к действию).

Некоторые из английских парней были в масках, что не совсем обычно для нас, но эти парни начали швырять специально приготовленные предметы в людей, сидевших в секторе под нами. Мы хорошо начали, и становилось ясно, что мы полностью контролируем обстановку в этой части трибуны. Было понятно, что так не может продолжаться долго, с другой стороны, все внимание журналистов было приковано к нам, и мы внезапно поняли, что вот он — шанс показать всему миру, как мы по-настоящему относимся к Северной Ирландии. Футбол дал нам шанс, но игра сама по себе была для нас только шагом на пути к достижению цели. Как я уже говорил, нашей изначальной целью был срыв матча, но в тот момент мы поверили, что действительно сможем сделать это.

Когда ирландцы начали с центра, мы зарядили “Зиг Хайль” и все такое; полиция позволяла нам делать все, что угодно. Один полис, либо очень храбрый, либо очень глупый, полез в толпу, пытаясь выцепить там кого-то. В этот момент люди стали ломать сиденья, вооружаясь ими, поскольку ожидали вмешательства спецназа, которое должно было послужить сигналом для начала кик-офф. Но события приняли другое направление, когда ирландцы открыли счет. Некоторые ломанулись вниз, и начался тотальный беспредел.

Я помню, что эту картину показывали напрямую в пабах и клубах по всей Британии, а также во многих местах Европы. Это было самое офигенное, что я когда-либо видел на футбольном матче. Народ внизу выскакивал на поле; между ними возникали махачи, поскольку Там были и англичане и ирландцы, но это уже не было так важно, так как нас больше интересовала политическая сторона дела. Полисы избрали своей мишенью на поле английских парней, но тут начали мы, и им пришлось переключаться на нас. Мы увидели, что игроки покидают поле; затем прозвучало сообщение, что игра прервана. Ощущение собственной силы было просто офигительным. Мы достигли большего, чем надеялись, потому что это попало в новости по всему миру. БНП была достаточно хорошо известна, и то, что мы могли организовать такое, было неплохим ответом нашим оппонентам. БНП больше не смогут игнорировать; на следующий день о нас говорили повсюду — и за обеденными столами, и на рабочих местах.

Тем временем стадион опустел, остались только мы и полисы. Было ясно, что они хотят вытеснить нас со стадиона как можно быстрее (ясное дело, подальше от глаз журналистов). Когда мы двинулись к выходу, они направили нас в сторону морского порта. Они были немного (совсем чуть-чуть) напуганы; им, наверное, не давала покоя мысль, что мы можем начать снова. По дороге все, кого мы встретили, подверглись “небольшой” обструкции. Так как мы прилетели на самолете, то мы попытались вырваться из оцепления, но полисы сказали, что мы попадем в аэропорт через морской терминал. Но когда мы прибыли в порт, они стали загонять всех на паром. Когда кто-то стал настаивать на варианте с аэропортом, полисы врубились в толпу и стали окучивать нас дубьем. Махач в сложившихся условиях не представлялся возможным, так как полисы просто сбивали людей с ног, так что мы решили возвращаться этим путем. Вспоминая это, я содрогаюсь при одной мысли о том, что могло бы произойти, попади мы в аэропорт. Когда мы отчалили, все было очень клево, потому что глумежка продолжалась, и многие группы БНП были на борту. Хотя многие люди были изрядно помяты, настроение у всех было офигительным. Когда мы прибыли в Холихед. там все было запружено журналистами, но мы постарались избежать их внимания. Всегда найдется кто-то, кто готов увидеть свою физиономию на телеэкране, но только не я.

На следующий день этот инцидент был на обложках всех британских изданий. Вначале повсюду пестрели статьи об участии БНП и С18 в случившемся, но через пару дней все вернулось к избитым клише насчет “подвыпивших футбольных фанов”. Ни слова об ультраправых, наших целях и политической ситуации, которая послужила катализатором. Ни за что не поверю, что для журналистов на первом месте была спортивная сторона случившегося; я уверен, что просто правительство было озабочено тем, что могло бы произойти, допусти оно более-менее правдоподобную трактовку событий. По идее, полиции обеих стран должны были объединить свои усилия по предупреждению беспорядков, но вместо этого нам по сути дела было позволено делать что угодно. Так что, возможно, в этом и был весь смысл.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ЗА КУЛИСАМИ ФУТБОЛЬНОГО НАСИЛИЯ

ГЛАВА 6

ГРУППИРОВКИ

Если вы постоянно посещаете матчи, то неминуемо обнаружите, что почти на каждой игре вас окружают одни и те же люди. В подавляющем большинстве случаев вы только общаетесь с ними на матчах, и ничего больше. Вы можете больше не встречаться с ними нигде за исключением футбола, но когда вы находитесь среди этой маленькой компании, дома или на выезде, или даже в пабе перед или после игры, эти люди так же важны для вас. как ваша собственная семья. Для многих фанов одной из наиболее клевых вещей в футболе является возможность встречаться с новыми людьми, интересующимися тем же, но которых они не видят в повседневной жизни. Это простая другая сторона жизни, и она называется футболом.

Этого достаточно для большинства людей, но что, если вы и ваша маленькая компания любите приключения? Что, если вы ходите на футбол со своими приятелями с малых лет и растете вместе; вы начинаете ездить на выезда и участвовать в махачах, и, рано или поздно, вам надоедает постоянно защищаться, и вы начинаете нападать сами и планируете эти нападения. Вы становитесь организацией, и прежде чем вы осознаете это, вы в свои двадцать лет уже обладаете определенной репутацией.

Давайте рассмотрим другой сценарий. Вы находитесь в пабе с группой других парней — вы бываете там перед каждой игрой в течение нескольких сезонов — и этот паб становится мишенью для фанов команды-соперника и некоторые из вас получают серьезные травмы. Когда ваш клуб в следующем сезоне играет с этой командой на выезде, вы с приятелями нападаете на их паб, чтобы отомстить. Но потом это повторяют они, и далее до бесконечности.

И еще один вариант: вы живете в маленьком городке, где нет своей футбольной команды, и вы ездите на матчи за несколько миль вместе с множеством людей, делающих то же самое; Каждую неделю вы ездите в общественном транспорте с одними и теми же людьми, знакомитесь с ними, и вот вы уже находитесь рядом на трибунах на каждой игре. Это место становится вашим. Через сезон-другой, когда вы становитесь старше, вы начинаете пробивать собственные автобусы на выезда, и соответственно, путешествуете вместе.

Все эти ситуации происходят у практически каждого клуба в Англии сейчас и являются тем основанием, на котором выросли все ранее организованные группировки в стране: Такие группы, подчас странным образом объединяющие совершенно разных людей, неизбежно становятся наиболее активными в плане насилия. Совсем не обязательно это ими организованные акции, но они никогда не пропускают махачей; так продолжается из раза в раз, они становятся известными среди остальных фанов, и, таким образом, первые семена репутации посеяны. Люди из такой группы постепенно осознают это и гордятся тем фактом, что из никому не известных людей, посещающих матчи, превращаются во вполне узнаваемую внутриклубную фракцию. Они всеми силами стремятся расти, так как прежде всего хотят развивать, свою репутацию. В результате махачи становятся все более жестокими, а акции все более дерзкими. Их может быть только десять человек, может быть пятьдесят, но они поддерживают свою репутацию, и страх, внушаемый ими другим людям — до, после и во время акций постепенно растет.