Читаем без скачивания Завещание - Рекс Стаут

Глава шестая

Кабинет, освобожденный от лишних стульев, принял свой обычный вид. Как всегда, красное кресло стояло справа от стола Вульфа, развернутое так, чтобы сидящий в нем посетитель – в данном случае ректор Варни-колледжа – оказался лицом к Вульфу. У Мэй Хоторн был усталый вид, белки глаз испещрены красными прожилками, однако спину она держала прямо.

Начал разговор Вульф:

– Сегодняшняя новость, должно быть, стала для вашей семьи ударом.

Она кивнула:

– Нам нелегко. Особенно тяжко приходится Эйприл, поскольку она считает, будто должна над всем смеяться. Искусство строит жизни гримасы. Вы побеседовали с мисс Карн?

– Недолго. Когда все разъехались, она задержалась.

– Вам удалось прийти к соглашению?

– Нет. Она предложила половину того, что ей завещано, но я отказался.

– Слава богу. – На лице мисс Хоторн отразилось облегчение. – Зная вашу репутацию и познакомившись с вами лично, я опасалась, что вы загоните ее в угол и вынудите заключить сделку, которая нам теперь невыгодна. Вы ведь понимаете, что ситуация кардинально изменилась. По-моему, сейчас нам лучше вообще не иметь никаких дел с мисс Карн.

– Вот как. Остальные с вами согласны?

– Не знаю. Думаю, да. Суть в том, что мы желали как можно скорее достичь соглашения с мисс Карн, чтобы избежать скандала, который намеревалась устроить наша невестка. Теперь все это не имеет смысла. Расследование убийства покроет нас таким слоем сажи, что споров из-за наследства уже никто не заметит.

Вульф поджал губы:

– Это одна из возможных точек зрения на ситуацию. Полагаю, мистер Скиннер с коллегами уже навестили вас?

– О да. Вдова брата впустила их. Но по совету мистера Прескотта мы все – кроме Дэйзи – отказались общаться с ними до тех пор, пока Джун не дозвонилась мужу в Вашингтон. Он сказал ей, чтобы мы всячески содействовали представителям закона и отвечали на все вопросы, имеющие отношение к делу. И тогда они взялись за нас…. Наверное, они вели себя деликатно и вежливо. В результате мы все оказались подозреваемыми в убийстве.

– Все?

– Почти все. Должно быть, для вас подобные кошмары – привычное дело. Однако я не детектив и не имею времени, чтобы читать криминальную хронику в прессе. Выходит, что мой брат умер – был застрелен – между половиной пятого и половиной шестого. Тайтус Эймс слышал третий выстрел незадолго до пяти часов. Ранее прозвучало еще два выстрела – соответственно числу убитых ворон. Моя старшая сестра в это время собирала в саду малину и виноградные листья для украшения стола. Я была в ванной, стирала чулки.

Ага, подумал я, ее сестра не соврала. Она и вправду сама себя обстирывает!

Мэй Хоторн продолжала:

– Селия – мисс Флит – в своей комнате писала письма. Она отвечает на все, что шлют Эйприл всякие болваны. Миссис Эймс готовила ужин. Дэйзи, жена Ноэла, рвала на лугу рудбекию. Она называет этот цветок маргариткой. Джон – мой зять – рубил дрова. Те полицейские даже спросили меня со всей возможной вежливостью, слышала ли я звуки топора все время, пока стирала. Но я еще и голову мыла. Мистер Штауффер, которого я терпеть не могу, пошел на пруд искупаться. Тайтус Эймс доил коров. Энди поехал в Найэк за мороженым, но для алиби этого недостаточно, так как дорога в деревню проходит недалеко от того места, где все случилось, по другую сторону леса. Сара и мистер Прескотт были в Нью-Йорке, они приехали где-то в половине восьмого, часа через два после того, как нашли тело моего брата. Мистер Прескотт привез Сару в своей машине. Но я не думаю, что они избегут подозрений, ведь один из них мог прилететь раньше на аэроплане и улететь обратно, не так ли?

Вульф с серьезным видом кивнул:

– Или прыгнуть с планером с небоскреба Эмпайр-стейт-билдинг – оттуда всего тридцать – сорок миль. Поскольку картина уже фантастическая, можем и такой вариант добавить.

– Ничего фантастического не вижу, – возразила мисс Хоторн. – Только ужасные холодные факты. И полиция работает с ними. Кажется, они придерживаются версии, что моего брата убили из-за того, что он держал в руках карьеру Джона Данна и не собирался уступать. Они не в силах ничего сделать, то есть не могут никого пока обвинить в убийстве, но способны уничтожить Джона, и сделают это…

Она сжала лоб руками и закрыла глаза.

Вульф проговорил:

– Немного бренди, Арчи.

Я встал, чтобы принести поднос, но Мэй Хоторн затрясла головой и сказала:

– Не надо.

Я застыл в растерянности.

Она повторила:

– Не надо, правда. Спасибо. – Отняв руки от лица и выпрямившись, она посмотрела на Вульфа. – Прошу прощения. Я не собиралась… Все это я рассказала для того, чтобы объяснить, почему считаю, что вам следует прекратить переговоры с мисс Карн. Мы больше не боимся скандала и шумихи. Против нее лично я ничего не имею, но не понимаю, почему она должна получить то, что мой брат ей не оставлял. Я, конечно, не верю, что нелепая бумага, зачитанная нам мистером Прескоттом, выражает истинное волеизъявление моего брата. У Ноэла были свои недостатки, но он сказал мне, что завещает научному фонду Варни-колледжа миллион долларов, и ничто не убедит меня в том, что он этого не сделал.

– Вы уже говорили это сегодня.

– И готова повторить еще.

– Значит, вы обвиняете мистера Прескотта в преступлении. Завещание составлено им, а он называет тот документ настоящим. Вы думаете, он поделит деньги с мисс Карн?

– Боже праведный, нет. – Она удивленно вскинула брови.

Вульф нахмурился:

– Боюсь, способность рассуждать здраво на время покинула вас, мисс Хоторн. Что не удивительно, учитывая, сколько вам пришлось пережить в последнее время. Вы считаете, что можете верить… Извините, когда брат обещал вам, что оставит вашему фонду миллион?

– Речь заходила об этом два или три раза. Прошлой зимой, то есть с год назад, он сообщил мне, что намерен оставить миллион вместо половины этой суммы. А летом сказал, что так и сделал.

– Летом тридцать восьмого года?

– Да.

– Очень хорошо. Итак, вы считаете, что он не вводил вас в заблуждение. Что он сделал так, как сказал. Но завещание, которое мистер Прескотт называет настоящим, датировано седьмым марта тридцать восьмого года, тогда как уже после этой даты брат сообщил вам, что увеличил отписываемую фонду сумму до миллиона. Таким образом, вы обвиняете мистера Прескотта в подлоге.

– Вовсе нет, – нетерпеливо ответила мисс Хоторн. – Если бы мои выводы строились на столь невероятном предположении, как это, я бы изменила мнение. Я знаю Гленна Прескотта. Это довольно ловкий и опытный адвокат с Уолл-стрит, от рождения гибкий в вопросах этики и морали, что абсолютно необходимо в его профессии. Но в нем нет ни грамма дерзости и воображения, без которых немыслимо воровство широкого масштаба. Скорее я напишу великую эпическую поэму, чем он украдет три миллиона, подделав завещание моего брата. Полагаю, вы это имели в виду, когда говорили о том, что он поделит деньги с мисс Карн.

– В общем, да. Фальсификация того или иного рода, не обязательно подделка подписей. Вы видели документ?

– Да.

– Он весь умещается на одном листе?

– Нет. На двух.

– Отпечатан на машинке, разумеется?

– Да.

– На втором листе есть какие-либо ключевые пункты?

Она сосредоточенно нахмурилась:

– Я не… Подождите. Да, вспомнила. Почти все напечатано на первой странице. На второй тоже есть текст, но немного, а также подписи – моего брата и свидетелей.

– Тогда, по всей вероятности, не было необходимости рисковать, подделывая подписи. Но если вы отвергаете мошенничество со стороны Прескотта, на каком основании вы делаете вывод…

– Я как раз подошла к этому. За тем и приехала к вам. Мне кажется, все было примерно так. Ноэл действительно попросил Прескотта оформить завещание – в том виде, в котором нам его предъявили. Хранилось оно в сейфе конторы Прескотта. Но в то же время или чуть позже, возможно на следующий день, Ноэл составил другое завещание, где сам, ничего не говоря Прескотту, распределил свое имущество так, как того желал в действительности. Вопрос состоит в том, где это последнее, настоящее завещание? То, которое имеет законную силу?

Вульф проворчал:

– Сначала надо ответить на другой вопрос. Почему ваш брат попросил мистера Прескотта оформить завещание, которое намеревался сразу же заменить другим? Столько хлопот, и все впустую.

Мэй покачала головой:

– Не так уж и много. А мою теорию подтверждают слова самого Прескотта. Мы спрашивали у него вчера, знает ли мисс Карн о завещании, и он сказал, что да. Сообщил, что на следующий день после того, как оно было оформлено, мисс Карн видела завещание и читала его. Она приходила в офис Прескотта – об этом договаривался Ноэл, и Ноэл же велел адвокату показать мисс Карн завещание.

– Понятно, – буркнул Вульф.