сумку в своей комнате. В кухне включила чайник, машинально заглянула в пустой холодильник.
Небо за окном из черного стало серым - светает.
Зазвонил телефон.
Бросила взгляд на экран и закусила губу.
Не Света. Муж вернулся из ресторана и не застал меня дома.
Послушала музыку, пока он пытался дозвониться. А на ум так ничего и не пришло.
Мне нужно выспаться. И обо всем подумать. К завтрашнему дню решить, как быть дальше. А пока...
Залпом выпила кружку невкусного чая.
В комнате распахнула окно, впуская в пыльный воздух струю свежего ветра.
Забралась под одеяло, прижала к себе старого потрепанного медведя. И закрыла глаза.
Глава 19
Казалось, что из-за нервов уснуть не смогу, но глаза открыла, когда время давно перевалило за полдень. Посмотрела на старые квадратные часы на стене.
Они тут висят, сколько я себя помню, и ни разу еще не ломались. Даже не знаю, когда в последний раз меняла в них батарейки.
Три часа дня.
Ужас, вот это я от души поспала.
Потянулась в постели и ойкнула, когда ногу свело судорогой. Свернулась калачиком и сцепила зубы.
Сейчас, сейчас полегчает.
Под боком уютно пристроился мягкий медведь, и я вцепилась в него во сне, как утопающий за соломинку.
Даже теперь, с наступлением нового дня из головы не стерся образ соседа.
Он снился мне. Всё время.
Отбросила одеяло и поднялась, на плечах поправила его рубашку. Запах, еле уловимый, до сих пор не выветрился из ткани.
Проклятье.
Стянула рубашку через голову. Влезла в свои футболку и шорты и вышла в коридор.
В квартире тишина, отец либо до сих пор не возвращался, либо опять куда-то ушел. В кухне поставила чайник на плиту и взяла со стола телефон.
Пропущенные все те же самые - от Кирилла и Светы. Они попыток не оставляют до меня дозвониться.
И ведь нужно будет что-то им сказать.
За окном стоит удушливая жара. Во дворе с визгом носятся дети.
А в поселке, наверняка, мир и покой. Дома с кондиционерами, бассейн на участке.
После прохладного душа налила чай и с кружкой, у которой отбита ручка присела за стол. Но не успела сделать и глотка - в коридоре затренькал дверной звонок.
Посидела, не шевелясь, словно так из этой квартиры исчезнуть смогу.
Звонок повторился.
И больше не смолкал - кто-то вдавил палец в кнопку, и не отпускает.
Отставила чашку и поплелась в коридор. Посмотрела в мутный глазок - и различила лишь высокую мужскую фигуру. Окно на площадке давно разбито, и вместо стекла торчит кусок фанеры, поэтому на лестнице темно даже днем.
Но я смело загремела замками. Здесь пережила так много, когда сбегала от отцовских посиделок с дружками.
Что теперь уже и не боюсь.
Распахнула дверь.
- Злата! - муж выдохнул мое имя громко, почти как ругательство. Решительно перешагнул порог и втиснулся в крошечную прихожую. - Как это понимать? Что ты тут делаешь?
В его руках красивый букет цветов - красные розы, белые лилии. Синяя оберточная бумага. Кирилл брезгливо сморщил нос от кисловатого запаха, которым за годы пропиталась квартира. И поднял букет выше, вдохнул цветочный аромат.
- Так и будешь молчать? Это тебе.
Машинально отступила, вместо того, чтобы принять букет. Совесть уколола так больно - шипы роз не такие острые.
Ночь я провела в постели нашего соседа. А теперь Кирилл пришел с цветами.
- Ты из-за ресторана, да? - по-своему оценил он мое поведение, приблизился. - Но я же тебе звонил. И предупреждал, что задержусь. Злат. Я если бы знал, что так все затянется - с собой бы тебя взял.
Кивнула.
Никогда он меня с собой не брал. И я кучу раз думала, что он просто стесняется такой девушки. Обычной студентки, что учится на бюджете, подрабатывает в закусочной и живет с отцом алкоголиком.
Но тогда почему сделал предложение, зачем женился?
- Ты меня простишь? - он всучил мне букет. - Почему ты убежала из дома? Здесь тебе больше нравится? - его высокомерный взгляд прошелся по давно выцветшим обоям. - Злата, прекращай маяться дурью. Я, в конце концов, заключил важную сделку. Что, и отдохнуть после работы не имею права?
Снова не ответила, пальцами погладила гладкую оберточную бумагу.
- Милая, я не мальчик бегать за тобой каждый раз, когда ты ревнуешь, - он показательно посмотрел на дорогие наручные часы. - Еще и вещи зачем-то забрала. Поехали домой, - Кирилл шагнул к открытой двери. - Давай, собирайся, - приказал.
И тут же сморщился так, будто на площадку не мой отец поднялся, а гоблин из подземелья.
У папы в руках черный непрозрачный пакет - в нем позвякивают бутылки. Он бросил хмурый взгляд на Кирилла и мимо него просочился в квартиру.
- Какого хрена приперся, - поприветствовал моего мужа, пиная летние шлепки под обувницу.
- Злат, - еще немного, и Кирилл сбежит, настолько он не выносит моего отца. - Поехали, я тебя прошу.
- Златка, гони его в шею, - посоветовал папа. И, потрясая пакетом, двинулся по коридору в сторону кухни. - Или я сейчас сам.
- Сам ты только стакан поднимать можешь, - не выдержал Кирилл. Он достал из кармана белоснежный платок и брезгливо протер руки. - Я жду в машине. Две минуты тебе собраться.
Он хлопнул дверью, и от этого удара на меня посыпалась с потолка штукатурка.
Вздохнула и повернула в замке ключ. Посмотрела на букет в руках.
Две минуты на сборы достаточно - мне только сумку взять, которую я пока не разложила.
Но возвращаться в поселок означает - встретиться со Светой.
И Саввой.
Глава 20
- Ну и правильно сделала, что послала его, - одобрил папа, когда я спустя две минуты, отмеренные мне мужем, шагнула в кухню. Отец покосился на цветы в моих руках и выругался под нос. - Вот франт. Вместо этого веника лучше бы еды принес, холодильник пустой.
Из пакета уже появились две бутылки. И одинокий плавленый сырок - на закуску.
- Я схожу в магазин, - поставила цветы в вазу и вернулась в свою комнату. Пересчитала наличность в кошельке.
Деньги мне давал Кирилл, и в средствах никогда не ограничивал, наоборот. Отправлял по магазинам, пока сам на работе, чтобы мне было чем заняться.
И сначала было неловко. А потом я поняла, что у них так принято, пока
