Читаем без скачивания Ближний Восток. История десяти тысячелетий - Айзек Азимов

Там, где говорится о городах — Вавилоне, Эрехе (Уруке) и Аккаде (Агаде), — свалены в одну кучу великие завоеватели, предшествовавшие ассирийцу: Лугальзаггеси из Урука, Саргон из Агаде и Хаммурапи из Вавилона. Затем внимание переносится на север к Ассуру (Ассирия) и отмечается рост Ниневии и учреждение новой столицы Калаха (Кальху).

Даже фраза «Хуш родил Нимрода» подходит, ибо Хуш представляет кошши, или касситов. Вначале в Вавилоне правила касситская династия, а затем ассирийцы.

Кстати, на месте города Калах, где Тукультининурта I держал свой двор, города, основанного его отцом, стоит теперь арабский городок под названием Нимруд.

Но в бесконечном цикле роста и упадка величие еще раз сменилось почти мгновенным хаосом и распадом. Тукультининурта I еще удерживал свои великие владения, но уже началось другое великое движение народов.

Мы мало знаем об этой группе скитальцев, но, по-видимому, это были индоевропейцы северных степей. На этот раз они обошли Черное море с запада, а не с востока и включали отряды людей, которых мы теперь называем греками.

Они гнали этих людей перед собой в море, и эти изгнанники, обратившись к пиратству, сделались столь же вредными и опасными, как и первоначальные захватчики. Мы видим, как морские разбойники набрасываются сперва на берега Египта. Пораженные египтяне называют их «народами моря», и под этим именем о них обычно упоминают в истории. Египет сумел пережить нападение, но был так потрясен, что переживал потом долгие столетия слабости.

Разбойники нападали также на Малую Азию и нынешнее сирийское побережье. Разрушение города Троя на северо-западном побережье Малой Азии было, вероятно, результатом этого вторжения. (Позднее греки возвысили эту историю до эпического сказания о десятилетней осаде Трои объединенным войском греческих вождей.)

Вся Малая Азия задрожала. Хеттское царство, уже поставленное ассирийцами на край гибели, было разрушено. Сама Ассирия почти сразу после смерти Тукультининурта I почувствовала удары. Она уцелела, но ее империя была потрясена. Понадобилось более столетия, чтобы вновь набрать силу.

В течение периода ассирийской слабости, последовавшего за вторжением «народов моря», Вавилон имел шансы оправиться, но процесс этот был бесконечно болезненным. Свыше полустолетия царила практически анархия. Слабые касситские правители были освобождены от ассирийского господства, но не способны были организовать эффективное сопротивление вторжениям извне.

Вторжение пришло из возрожденного Элама, повторяя события, имевшие место восемью столетиями раньше, после упадка Ура. Тогда эламитские экспедиционные силы взяли и разграбили Ур; теперь эламиты взяли и разграбили Вавилон и соседние города. В 1174 г . они похитили две из великих реликвий уже очень древней месопотамской цивилизации. Они похитили стелу с кодексом Хаммурапи, возрастом 600 лет, и стелу Нарамсина возрастом 1000 лет.

В 1124 г . власть захватил уроженец Вавилона и положил конец касситскому правлению, которое продолжалось к тому времени (все быстрее слабея) четыре с половиной столетия.

Имя нового правителя было Набу-кудурри-узур («Набу охраняет границы»). Более поздний царь того же имени был известен евреям под именем, которое в английском переводе Библии читается как Небукадреззар [5]. В некоторых местах Библии «р» ошибочно заменяется на «н» и читается как Небукаднеззар.

Навуходоносор I сумел разбить эламитов настолько основательно, что лишь через долгое время Элам осмелился двинуться на запад снова. На время показалось, что возвращаются славные дни Хаммурапи, и Вавилон запомнил Навуходоносора на много столетий. Пришлось запомнить, ибо прошло еще пять столетий, прежде чем прирожденный вавилонянин вновь стал верховным правителем Месопотамии.

Причина того, чтоНавуходоносор i не добился большего, но остался только вспышкой удачи, состояла, в очень большой части, в новом внезапном изменении военной технологии.

Железо

Пятнадцать сотен лет люди сражались бронзовым оружием. Это было нелегко. Медь и олово, два металла, идущие па изготовление бронзы, встречаются нечасто, метод их поиска был труден и ненадежен. Финикийцы (имя, данное греками хапанеянам, жившим на морском побережье) даже посылали своих отважных моряков далеко за пределы Средиземноморья, на север, в места, которые должны были казаться концом мира, чтобы добывать олово в копях Корнуолла в Британии.

Был, однако, известен металл крепче, чем бронза. Иногда находили куски серовато-черного металла, который, перекованный в мечи или наконечники копий, давал оружие более твердое и прочное, чем даже бронза, и дольше держал острое лезвие. Затруднение состояло в том, что этот металл, который мы называем железом, находили только случайно. (Теперь мы знаем, что находки были метеоритами, состоявшими из особо твердого сплава железа с родственным металлом — никелем.)

Конечно, можно было получать железо из железных руд, содержавших металл в форме химических соединений, но ранние металлурги делали это редко и случайно. Хуже того, железо, полученное таким образом, было нечистым и скверного качества. Затруднение было в том, что, если медь и олово довольно легко выплавляются из руд на обычном огне, выплавлять железо было намного труднее. Нужна была более высокая температура пламени и более сложная техника.

Даже после того, как было получено железо хорошего качества, необходимо было изобрести методы выплавки, которые добавляли бы к нему определенную долю углерода, чтобы получить сталь — прочный вид железа, который можно было использовать для оружия.

Где-то около 1300 г . до н. э. техника выплавки и науглероживания железа была разработана в кавказских предгорьях в Урарту. Эта страна находилась тогда под властью Хеттского царства, которое находилось на высшей точке своей мощи. Хеттские цари тщательно охраняли монополию на новую технику, ибо понимали ее важность не только как метода получения металла прочнее бронзы, но и в перспективе гораздо более распространенного, чем медь и олово. Вначале получали только маленькие партии железа, и в течение нескольких столетий оно стоило порой в сорок раз дороже серебра. Но еще до того, как выплавку можно было увеличить, а хеттам — этим воспользоваться, им пришел конец.

Хеттское царство было разрушено во время беспорядков, последовавших за движением «народов моря», и хеттская монополия на железо была нарушена. Технология выплавки железа быстро распространялась в том числе, конечно, в Ассирию, которая граничила с «железным царством» Урарту.

Торговля железом восстановила процветание Ассирии. Открылся путь для нового завоевателя. Им оказался Тукультипал-Есарра («верую в сына Есарры», то есть в Нинурту). Он взошел на трон в 1115 г . до н. э. Более поздний царь того же имени упомянут в Библии под именем Тиглатпаласар, и новый ассирийский царь известен нам под именем Тиглатпаласар I.

Тиглатпаласар расширил владения Ассирии до пределов, которых она достигала при Тукультининурта I. Железо было еще слишком редким металлом, чтобы использовать его для оружия в больших количествах, но Тиглатпаласар I, должно быть, вооружил новым оружием свои отборные войска. С ними он направился вниз, в Вавилонию, и в 1103 г .

Навуходоносор вынужден был отступить перед стальными копьями Ассирии.

Но Тиглатпаласару I пришлось столкнуться с худшими опасностями. Давление кочевников поднималось снова.

Эта постоянная смена цивилизованных завоевателей и кочевых захватчиков может показаться смертоносной, но скучной игрой. Почему кочевники всегда решают напасть на города, когда великие цари мертвы и похоронены? И почему они приходят почти сразу после смерти великого владыки?

Разумеется, это не совпадения. Давление кочевников в древние времена было практически постоянным (хотя поднималось иногда до ошеломительных размеров). Пока цивилизованные области пребывали под властью сильных царей с хорошо организованной администрацией, кочевников сдерживали, и мы слышим о них очень мало. Как только на трон восходит слабый монарх и в стране воцаряются распущенность и беспорядок, кочевые налетчики, ранее бессильные, добиваются весьма внушительных успехов.

Во времена Тиглатпаласара I вновь наступила очередь Аравии служить питомником кочевых разбойников. Эти кочевники были арамеями, и они давили на границы Плодородного Полумесяца на западе и на востоке, как делали амореи на восемь столетий раньше.

При Тиглатпаласаре I ассирийская армия, под хорошим военным руководством, била арамеев во многих кампаниях. Военные бюллетени, оставленные Тиглатпаласаром I, содержат самые древние упоминания об арамеях. Разгром кочевников, однако, редко приносил продолжительную пользу. Посылать против них армии (пока они цеплялись за кочевой образ жизни и не переходили к оседлости) было все равно что толочь воду в ступе. Кочевое воинство исчезало в пустыне и возвращалось, когда армия уходила.