В найденный когда-то давно, в самом начале своего «путешествия», и вызубренным от корки до корки географическом атласе городов и дорог — Странник почерпнул информацию, более не представляющую ценности, но дающие представления о Форт-Брэгг. Численность превышала 26 тысяч человек, составляющие до 70 % личного состава войск СпН; хуева туча командиров и бойцов всяких подразделений, такие как «спецы «Дельты», «зеленные береты» и прочие «рейнджеры» с «воздушно-десантными соединениями». Но это все было раньше. Сейчас, форт представлял из себя неплохо защищенную крепость — с наверняка внушительным вооружением, но с дерьмовым наполнением «живой силы».
Он убедился в этом в полной мере, когда выставленная блокада у одной из трех главных дорог, ведущих на основную территорию форта — поразительно быстро «рассосалась».
Стоило только запустить в нее автомобилем…
Бравые, усмехающиеся, ругающиеся на чем свет стоит и, что не мало важно — весьма хорошо вооруженные — бойцы Жнецов посрывались с мест, когда несущейся на полном ходу Хамви ни в какую не желал останавливаться под их шквальным огнем. А стоило-то, всего на всего зажать педаль газа; подсобрать канистры с бензином и расплескать их по салону; запихнуть несколько гранат под труп водителя, чтоб не сдетонировали раньше времени, и наблюдать — как многотонная, бронированная и неуправляемая махина, несется во весь опор на вопящих людей, бессмысленно поливающих ее свинцовым ливнем. Фейерверк получился красочным. Запоминающимся. Металл, кровь и огонь. Крики боли и стоны умирающих — отметили начало конца. Вопли ужаса — от картины размозженных кишок и оторванных конечностей. Всполохи огня, отражающиеся в потоках человеческой крови. И сама кровь — местами подкипающая, на горящем топливе или стали.
Проходя мимо еще живых — истекающих кровью или контуженных после разрыва машины столкнувшейся с заграждением — предпочитал добивать уцелевших медленно и мучительно.
Никаких сожалений. Никакой пощады. Никаких усмешек или упреков.
Ничего.
Только холодная и безграничная жажда смерти. Неизмеримый Голод и колоссальная Жажда — что Он не мог утолить.
Торопится было некуда. Пусть эти вояки сами придут за Ним…
♠♠♠♠♠♠♠
— Что происходит?!
Йозеф влетел в главный пункт управления при штабе, наотмашь распахнув перед собой двери.
— Господин генерал! Нападение на южный участок! Патрульные отряды уничтожены!
— На дороге 4А выставлена оборона!
— Системы наблюдения и контроля выходят из строя сэр!
— Что???!!! — взревел Кудроу пуще прежнего, — Численность противника?! Немедленно мать вашу!!! Кто осмелился напа…
— Генерал! — подскочил один из офицеров, — Есть связь с заградительным отрядом на…
— На громкую! Живо!
— «*шшш*…а помощь!!! Кто-ниб…*шшш*…умоляю!!!»
— Доложите обстановку солдат!!! Что со связью?! — генерал обернулся к одному из десятка радистов.
— Помех не наблюдаю сэр!
— Кто говорит черт побери?! Что у вас там происходит?!
— «*шшш* Спасите!!! *шшш*»
Оглушительное шипение рации, выведенной на динамики — утонуло в булькающих хрипах, и умолкло окончательно.
— Отправить в этот квадрат три подразделения! И держите меня в курсе, черт побери!!!
Пункт связи оживился. Радисты торопливо защелкали приборами и затараторили по множеству радиоприемникам — связываясь с подразделениями Жнецов, располагавшихся на территории форта и в его окрестностях.
Радиоволны оставались единственным проверенным способом передачи сообщений. Интернет «перерубило» само правительство в самом начале — во избежание распространения паники. А потом уже и не восстановили. Некогда было, да и не кому. Военные спутники, крутившиеся на орбите и обеспечивающий огромное количество связей — по какой-то нелепой причине вышли из строя довольно давно. Специалистов — способных наладить связь, с огромной зоной покрытия — просто не осталось. Бред. Но все же — факт. В первый год заражения — вышла из строя или была уничтожена, практически вся техника. Как впрочем, и множество «способных личностей». Кто-то считал, что это проделки самих военных и правительства. Другие говорили о том, что это «происки врагов». Но люди были заняты по большей части попытками уцелеть, выжить, защитить близких — по этому не особо обращали внимание на откатывающийся вспять все дальше «век технологий». Приблизительно та же история случилась с АЭС. С наступлением эпидемии — опасаясь «вторжения» на полном серьезе — было принято решение деактивировать все крупные источники получения электроэнергии. Объясняя такое решение «заботой о людях», и «сохранении АЭС от диверсий» — вояки зачем-то пустили в расход практически всех специалистов отрасли атомной энергетики. Полный бред — который в тот момент посчитали «разумным». Это усугубило положение еще больше.
Как говорится: «Благими намерениями…»
Дело с ядерным оружием обстояло иначе. Это было «законсервировано». Ага. До лучших времен. Правительство и высокопоставленные военные на полном серьезе все ожидали летящих ракет из-за океана. Но ракет так и не появилось. Куда подевались коды запуска; и была ли еще возможность использовать оружие массового поражения — одному Богу известно. Предложения «долбануть» по крупным местам распространения вируса поднимался неоднократно, но решения так и не приняли. Побоялись или же не пожелали — не понятно. За время эпидемии и последующих событий, в стане Жнецов сменилось такое количество начальников — что мало кто понимал куда подевался «ядерный чемоданчик». Не до этого было…
Впрочем, как и сейчас.
Вернемся к атаке.
♠♠♠♠♠♠♠
От южного блокпоста, широкое шоссе вело в одну сторону к территории однотипных построек — исполнявших должно быть роль казарм, выстроенных ровными рядами и несовершенно не отличавшихся друг от друга; другая дорога — пролегала в сторону высоких зданий из стекла и бетона, так же мало чем отличающихся друг от друга.
Форт Брэгг больше походил на обыкновенный город — с магазинами, спортивными залами, большим количеством офисов. Собственный стадион. Большой госпиталь. И несколько музеев. Даже пара гольф-клубов… Напоминало все это туристический центр, но ни как не военную базу. За прошедшее время конечно все видоизменилось. Большое количества зданий было отпущено под проживание. Другая часть зданий — выполняла роль складов. Общие территории форта, конечно же уменьшились. Чем глубже Он продвигался по территории форта — тем сильнее становилось ощущение миролюбивости его обитателей. Но «местные» быстро доказали обратное.
Транспортный массивный грузовик, без привычно покрывающего его кузов брезента — примчался к южному блокпосту лагеря. Из автомобиля высыпало десятка два вооруженных солдат — быстро рассредоточившихся вокруг. Их глазам, предстала холодящая кровь картина массового места казни. Именно «казни», но ни как не «поля боя». Невозможно было отыскать в полыхающих останках хотя бы одного целого тела. Впрочем, как и хотя бы одного нападающего. Мысли о выживших — отпали как-то сами собой. Выворачивающая наизнанку панорама зверской бойни — не могла улечься в голове, и воспринималась разумом как нереалистичное полотно — намалеванное больным психопатом. От кошмара наяву, увиденного перед собой — мало кто смог отреагировать на внезапный и продолжительный пулеметный залп, должным образом. Четверым молодым парням посчастливилось укрыться за грузовиком, за броней которого они с трепетом и вслушивались в предсмертные крики товарищей, разрываемых на части безжалостным автоматическим огнем. Когда стрельба стихла, никто из уцелевших не решался высунутся из своего укрытия. До их слуха долетали стоны и хрипы еще живых людей, но никто не шевелился.
— Оуэн… — прошептал один из сидящих на земле за грузовиком парней, прижавшемуся к нему вплотную. — …Оуэн… Слышишь?
— Заткнись. — шикнул на него справа, вжавшийся в колесо машины, — Они нас услышат.
