Тайрон составил окончательный план штурма. По данным разведчика, подняться на холм, где они сейчас стояли, было куда легче, чем потом спуститься по практически отвесной тропе. Но к счастью, Тайрон учил своих людей спускаться по веревкам с кремлевской стены. Теперь солдатам предстояло привязать к растущим на краю обрыва мощным деревьям канаты, которые заранее свернули кольцами и сложили на земле, накрыв рогожами — веревки, застывшие на морозе, едва ли для чего-нибудь сгодятся. Для осуществления успешной атаки было продумано все до мелочей. Едва ли Ладислас мог ожидать такого штурма.
— Все пройдет по плану, полковник, — с гордостью заверил его Григорий. — Стоит нам пустить в ход пушки, и разбойники окажутся в настоящем котле. А уж, как только захватим пленных, считай, вообще дело выиграно.
— Да уж, план хорош, ничего не скажешь, — задумчиво промолвил Тайрон, но тут же добавил: — И все-таки даже лучшие схемы порой проваливаются из-за сущей ерунды. Вот, например, мы до сих пор не знаем, на месте ли Ладислас, и если нет, то когда он вернется. Придется выжидать, пока мы его не увидим своими глазами. Остается надеяться, что мы не застрянем тут до лютых холодов.
— Я готов молиться, полковник, чтобы этого не случилось, — с горячностью произнес Григорий. — Вовсе не хочется торчать тут на морозе.
Наступило холодное, неприветливое утро. Злые снежинки хлестали по хлопающим на ветру полам плащей и пологам палаток. Наверное, никакие самые зловещие предвестники непогоды не были бы страшны, если бы у осаждавших была уверенность в том, что Ладислас попадется им в руки. Хотя Тайрон и его люди тщательно обследовали каждую расщелину и трещину, никто так и не заметил и намека на присутствие атамана. Не видно было и могучего Петрова. Солдатам не оставалось ничего иного, как терпеливо ждать.
Прошло уже две недели, но атаман и его приспешники так и не показались. Тайрон начинал беспокоиться. Он мог лишь гадать, куда подевался Ладислас и его приспешники и что за злодейство они нынче замышляют: либо нападают на беззащитных путешественников, либо разоряют дальние деревни. Не в силах более ждать в полном неведении, Тайрон послал Григория и Авара на поиски какого-либо следа. Дожидаясь их возвращения, Тайрон сильно нервничал. Лучше бы он сам отправился прочесывать окрестности. Но Ладислас его знал, и потому Тайрону пришлось остаться. Между тем им владела одна-единственная мысль — как можно скорее завершить операцию и вернуться к той, кого он любил.
Глава 20
Луна купала Москву в серебристом сиянии, неспешно совершая свой путь по небосводу. Хладнокровная и надменная в своем ночном одеянии, она вовсе не грела сердце Зинаиды, а лишь бесстыдно заглядывала в окошки спальни. Боярышне между тем казалось, что муж ее уехал уже год назад, а то и больше. С того дня вся ее жизнь остановилась, точно эта луна, забывшая, что надо двигаться дальше по орбите. Тяжело было думать, что эту ночь снова предстоит провести в холодной одинокой постели. Правда, порой Зинаида почти ощущала присутствие Тайрона. Лицо его так и стояло перед глазами, избавляя от тоскливого одиночества и пробуждая сладкие грезы. И тогда Зинаида лежала без сна, еще сильнее мучаясь от разлуки.
Ежечасно она вздрагивала, представляя себе все опасности, которым подвергается ее муж. И хотя старалась постоянно находить для себя работу, ей никак не удавалось окончательно успокоиться. Опасность, связанная с Ладисласом, была слишком реальна, слишком хорошо отпечаталась в ее памяти, чтобы она могла побороть страх с помощью повседневных занятий.
Беспокойно вздохнув, Зинаида повернулась к окну, лишь бы не смотреть на пустую постель. Бесцельно бродя по спальне, она не обращала внимания на прекрасное убранство комнаты — все мысли были заняты событиями последних уныло тянувшихся недель. Теперь ей стало понятно, как можно чувствовать себя одинокой даже среди множества друзей. Хотя Эли из кожи вон лезла, чтобы развлечь ее, Зинаида почти разучилась улыбаться. Даже веселое общество Натальи и Зельды не могло развлечь ее.
В последнее время не было никаких приемов. И, слава Богу. Ни к чему повторять те случаи, когда князь Алексей и майор Некрасов осмелились принародно приблизиться к ней. Куда бы ни ехала Зинаида, ее сопровождали два верховых охранника, а если она отправлялась пешком по Китайгородским рядам, они неотступно следовали рядом. Поклонники уже не пытались подойти к ней, однако своих намерений не оставляли. Но если Николай, огорченный тем, что его последний визит к Зинаиде принес ей неприятности, жаждал извиниться, то Алексей, напротив, мечтал все о том же — заполучить Зинаиду себе в любовницы. С тех пор как она стала женой человека, которого он теперь считал своим заклятым врагом, Алексей пуще прежнего стремился удовлетворить собственную похоть и месть. Он надеялся, завоевав расположение Зинаиды, захватить ее силой и тем самым оскорбить Тайрона. Даже под защитой двух дюжих молодцов Зинаида не была вполне уверена в том, что они смогут остановить князя.
— Видно, твой муж ужасно боится, что ты наставишь ему рога, — ухмылялся Алексей, следуя по пятам за Зинаидой, которая шла по торговым рядам. Бросив взгляд на двух охранников, он добавил: — Наверное, пояс целомудрия обошелся бы ему гораздо дешевле, чем эти болваны.
Зинаида презрительно ухмыльнулась:
— Я понимаю, почему ты так злишься. Просто мой муж, наняв для меня охрану, помешал твоим гнусным замыслам. Кстати, эти двое — русские, и, заметь, вовсе не испытывают к моему мужу-англичанину никакой неприязни. Скорее, напротив, они преданы ему и абсолютно надежны. Рискну даже предположить, что им наплевать на твой княжеский титул. Думаю, тебе никто не был так верен.
В темных глазах Алексея смешались гневное высокомерие и жадное вожделение.
— Моя дражайшая Зинаида, ты напоминаешь мне лебедушку, которая плывет по озеру, забыв о голодном волке, притаившемся в прибрежных камышах.
Зинаида ответила ему, снисходительно приподняв красивую бровь:
— Не задирай нос, Алексей, а не то свалишься в болото. Его величество еще не забыл, как ты хотел украсть меня у полковника Райкрофта. Вторая попытка может стоить тебе головы.
Князь прищурился.
— Тебе бы уж следовало знать, как я умею добиваться своего, Зинаида. Я ненавижу повторять пройденные уроки, но ты меня не поймаешь на слове.
Заносчиво ухмыльнувшись, Алексей не оглядываясь направился к ожидавшему его экипажу.
Теперь, неделю спустя после того случая, стало ясно, что он так и не оставил своих надежд, хотя с тех пор Зинаида ни разу его не видела, даже в обществе Анны или его друзей. Она молилась, чтобы князь уехал из Москвы.
