— Ничего страшного, не все мечты сбываются, — невозмутимо ответила Айриэ.
— Капитан, пожалуйста, оставьте нас и заберите своих людей, — отрывисто приказал король.
Охранники моментально вышли, но сам Динмор Тианжер медлил, опасаясь за короля, и магессе пришлось добавить:
— Я ручаюсь за безопасность его величества. Здесь ему ничего не грозит.
— Идите же, Тианжер! — нетерпеливо повторил Кайнир, и верный служака наконец подчинился.
— А жаль… что ты в безопасности, Кайнир, — чуть задыхаясь, проговорил Орминд: его тело сотрясала очередная судорога. — Тебя я тоже хотел убить…
— Зачем? — устало поинтересовался Кайнир, рассматривая сына герцога с каким-то странным выражением — отвращение пополам с брезгливой жалостью, невольной и непрошеной.
— Да какая теперь разница… Но я был бы лучшим королём, чем ты! — с вызовом ответил Орминд. — Ты слишком мягок и не умеешь по-настоящему пользоваться доставшейся тебе властью. Впрочем, это уже неважно…
— Ну, мне всё-таки интересно, почему доселе верный род вдруг начинает строить заговоры и мечтает занять мой трон, — жёстко усмехнулся король, на самом деле никакого веселья не испытывавший.
— У моего отца поинтересуйся, он тебе всё расскажет… в подробностях. А я не хочу.
Орминд чувствовал пронзительную боль всякий раз, как через его тело прокатывались силовые нити, запачканные грязной энергией узла. Наружу они выходили очищенными, подпитываясь жизненной силой человека. Это Орминду предстояло испытывать примерно декаду, пока его тело в буквальном смысле не истает. От него даже праха не останется. Вообще ничего.
Это Айриэннис и объяснила королю. Сам проклятый тоже вынужденно слушал — драконна не видела ни малейшего смысла скрывать что-нибудь. Это тоже — заслуженная кара.
— Драконья справедливость… неотвратима и безжалостна, как смерть, — чуть поёжился король. — Но она — справедливость.
— Тебе бы такую справедливость, — злобно искривил губы Орминд и закашлялся, потом выругался грубо, по-простецки.
— Думаешь, королевское правосудие милосерднее? — поинтересовался Кайнир. — Или ты действительно надеялся остаться безнаказанным за свои преступления?
— Я ни о чём не жалею и ни в чём не раскаиваюсь, чтоб ты знал. Только жаль, что не удалось убить тебя и твою орденскую ищейку.
— Ты стольких убил, просто чтобы накачаться магией и творить зло с её помощью. Их тебе не жаль?
— Было бы кого жалеть! — презрительно отозвался молодой Файханас. — Уродина мельничиха, чересчур много о себе возомнившая, жалкий пьянчужка, чья жизнь всё равно закончилась бы в грязной луже, и гвардейцы, чья задача — отдать жизнь за своего господина. Они и отдали. Ну и несколько крестьян, сидевших в таверне, потому что мне понадобились свеженькие, сильные зомби.
— Сущие мелочи, — с непроницаемым видом заметила драконна.
— Вот именно, — саркастически подтвердил Орминд. — Ах, эта моя прелестная задумка с зомби, которым я приказал болтаться в катакомбах. Ничего более, оцените, мэора магесса! Признайте, неплохо придумано, а? Вашему «ответному проклятию» не за что уцепиться.
— Зато с Эйдигиром вы промахнулись. Если бы я пострадала, проклятие задело весь род. Вас — первого.
— А это не моя идея, отцовская, — поморщился Орминд. — Я не был от неё в восторге, хотя и согласился. Увы, драконьи маги — чересчур живучие, как оказалось.
Айриэ только усмехнулась, не ответив на выпад. Она вообще не видела особого смысла в разговоре с Орминдом, но королю, разумеется, это было необходимо — чтобы увериться в том, что поступил правильно. Не каждый день тебе приходится уничтожать свою, по сути, вторую семью. Тяжело, больно и муторно. И неизбежно пачкает душу, так что потом хочется отскрести её добела. Самой Айриэ было жаль тратить драгоценное время драконьего дня на этого… недочеловека Орминда. Оставалось утешаться тем, что это время было также потрачено на Кайнира — уже почти друга, пожалуй.
— А Юминна? — негромко спросил Кайнир, и глаза его полыхнули ненавистью. — Юминну за что? Чем эта девочка тебе помешала, мразь?
Герцогский сын скривился, как от зубной боли.
— Не собирался я её трогать. Эта дурёха сама сунулась ко мне и увидела то, что ей видеть не полагалось. Она поняла, что я маг… Молчать она бы не стала, хотя её мать молчала. Пришлось кузину обездвижить и тащить ко мне в подвал. Не пропадать же было даром её жизненной силе, тем более она была девственницей. Но я не хотел её мучить, честно! — будто оправдываясь, заявил Орминд. — Был вынужден так поступить, она сама виновата! Ведь говорили ей никогда не лезть ко мне без спроса…
— Какая же ты мразь… — повторил Кайнир, глядя на Орминда. Король выглядел почти больным от горя. Наверное, хоронил сейчас того мальчика, с которым вместе рос и которого считал своим кузеном. — Как мы проглядели, во что ты превратился?..
— Не терзайте себя, Кайнир, — вмешалась Айриэ. — Запретная магия неизбежно меняет человека к худшему. Закон Вселенной. Поэтому таких магов уничтожают сразу после выявления.
— Ах, как вы милосердны и человечны, — желчно произнёс Орминд. — Ну да ладно, с вашим разлюбезным Орденом у нас всё равно бы отношения не задались. Ненавижу наглецов, вмешивающихся в дела управления государством. Ты, Кайнир, делаешь большую ошибку. Ты уже сейчас смотришь в рот этой магессе и танцуешь под её дудочку, как дрессированный пёсик. А дальше станешь обычной марионеткой. Править Юнгиродом будет Драконий Орден, а не король. Твоим детям, если они у тебя появятся, достанется картонная корона и бутафорский трон.
— Что, Орминд, вы так ничего и не поняли? Орден не интересует власть. Совсем. Нам всего лишь нужно, чтобы магические нити мира были в порядке, тогда и нам хорошо. Вы-то с силовыми нитями работать так и не научились. Вам лишь бы чужой болью питаться и силу воровать. Какой из вас маг, название одно, тьфу!
Орминда даже перекосило от бешенства, но он вынужден был смолчать, потому что от «узла» как раз подошла новая порция нитей. После этого он уже кусал губы от боли, не желая доставлять радость врагам своими стонами.
— Впрочем, ваша идея с этим «Чёрным Вестником» была просто великолепной, — признала Айриэ. — Изящно и остроумно, хотя с точки зрения морали — грязно и жестоко.
— Ничего, мэора, я испачкаться никогда не боялся. Главное, конечная цель была заманчивая.
— Неужели? Я так понимаю, вы убили стольких из-за него?
— Именно. Весьма энергоёмкий артефакт получился. В него пришлось вложить очень много силы и горячей крови, выкачанной из жертв. Зато мой голубок получился просто великолепным. Если бы всё пошло, как задумано, от тебя, Кайнир, осталась бы кучка пепла. Ну и от Летнего дворца заодно, — неприятно улыбнулся Орминд, словно бравируя собственным злодейством. Впрочем, возможно, так оно и было. Раскаяния испытывать он явно не собирался.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
