Возьмите шахтеров. Как я только что написал, в СССР это были материально наиболее состоятельные люди. Решили эти шахтерские скоты стать еще богаче — заставить общество платить им еще больше. Раззявили пасть очень широко, а что в результате? Теперь на рельсы ложатся, сидят в Москве, касками стучат, чтобы им хоть какие-то деньги платили. Хотели «кинуть» всю страну, а «кинули» их, но, судя по наивным Животным рожам, шахтеры так этого и не поняли. Просите помощи? У кого? У Жидов, которые оказались хитрее вас?
Или возьмите московских «ученых». Они были в первых рядах тех, кто разрушал СССР. Можно было догадаться, что если страну уменьшить наполовину, то налогов в бюджет, денег на содержание вас, «ученых», будет поступать вполовину меньше? Следовательно, либо «ученые» московских институтов будут получать вполовину меньше, либо их самих станет вполовину меньше. Это было очевидно, но не для Животных. Они были твердо уверены, что когда к власти придут они, то «получать» Животное будет «как на Западе». Спасибо московским «ученым скотам»: Животные-таки к власти пришли с их помощью. И что?
Теперь эти «ученые скоты» стоят с плакатами: «Спасите российскую науку!» А она вас, Животных, когда-либо заботила? Вас ведь заботило только «хорошо» в ней «устроиться» и «хорошо получать». Так что и плакаты надо другие: «Спасите бедных Животных, которые хотели «кинуть» народ СССР, а более хитрые Животные «кинули» их!»
Грустно, конечно. Была великая страна, был великий народ, а все превратилось в мелкое скотство, которое не понимает, зачем живет. Живут как овощи на грядке, у подавляющей массы бывшего советского обывателя атрофирован даже родительский инстинкт — им и на детей наплевать. Дышат, жрут, кто может — сношаются, а зачем? Животные себе таких вопросов не задают.
Эпилог
Мы боимся чрезмерного расширения партии, ибо к правительственной партии неминуемо стремятся примазаться карьеристы и проходимцы, которые заслуживают только того, чтобы их расстреливать.
В. И. Ленин. «Детская болезнь левизны в коммунизме
»Куда скачут цены?
Эпилог — это такая часть литературного произведения, в которой надо рассказать, как герои стали жить много лет спустя. Сегодня как раз и есть «много лет спустя» после убийства Сталина и Берии. Давайте посмотрим, что произошло в СССР с властью и с демократией.
Давайте поговорим о вещах, которые сегодня почему-то мало волнуют прессу и полчища толкущихся возле нее «системных аналитиков». К примеру. Что случилось в России с розничными ценами?
Для начала восстановим события. В августе 1998 г. произошел резкий обвал рубля, и Кириенко заговорил о дефолте. Курс рубля с 6 за доллар, упал до 21, потом, чтобы спасти банки каких-то евреев, его на пару дней повысили до 11 и снова сбросили. К началу 1999 г. курс установился в пределах 26–28 рублей за доллар, и такой примерно он и сегодня. Согласно новому курсу установились к 1999 г. и цены. Если курс постоянен, то и цены должны были быть как минимум неизменными с тех пор и по настоящее время. Но в это время произошло и благое для России событие — в мире резко поднялись цены на сырье — на то, чем Россия торгует. Скажем, цены на нефть в 2000 г. были на 41 % выше, на азотные удобрения — на 87 %. Этот дополнительный доход должен был обернуться зарплатой сырьевых и транспортных отраслей, дополнительным приходом денег в бюджет. Соответственно, должны были возрасти пенсии, зарплаты врачам, ученым, учителям, военнослужащим, милиции.
Все эти зарплаты должны были перетечь на насыщенный товарами российский рынок и вызвать падение цен на основные потребительские товары и услуги.
Поясню. Положим, вы торгуете колбасой и из-за нехватки денег у населения можете продать ее всего 20 кг в день, а свою дневную зарплату считаете достойной в пределах 200 рублей. Следовательно, вы на каждый килограмм колбасы сделаете наценку в 10 рублей. Но вот у покупателей появились деньги, и вы стали продавать не 20, а 200 кг колбасы в день. Конечно, вам захочется зарабатывать 2000 руб. в день, но у вас это не получится. Если вы не сбросите наценку до 1 рубля на килограмм, то рядом немедленно встанут еще 5 продавцов и будут продавать ту же колбасу, но на 9 руб. дешевле. Примерно такое же снижение цены Из-за роста объемов происходит и при производстве товара, и при его транспортировке, и т. д.
То есть по сравнению с началом 1999 г. в начале 2005 г. цены в рублях должны были бы существенно снизиться. А что на самом деле?
Я, к примеру, в январе 1999 г. платил за коммунальные услуги 90,5 руб., а в январе 2005 г. — 1700 руб. За свет — 15 коп., сегодня — 108 коп. За батон «Бородинского» — 3 руб., сегодня — 11, за мясо 20 руб., сегодня — 130–150 руб., сырокопченая колбаса стоила 50 руб., сегодня — 370–450 руб. И так по всем группам потребительских товаров. Цены не только не снизились, но и выросли не на проценты, а в разы! А народ молчит, пресса безмолвствует, идиллия! Что случилось, куда делись деньги из России? Поясню, о каких деньгах я говорю.
У нас на рынке почти все импортное, но и для своего товара законы экономики все те же. Положим, тонна пшеницы в начале 1999 г. на мировом рынке стоила 100 долларов, и мы за тонну хлеба платили 100x27 = 2700 рублей. Сегодня мы отдаем в магазине примерно 8100: 27 = 300 долларов за тонну хлеба, из них 100 платим импортеру, 200 должно оставаться в стране, но мы не видим ни сильно разбогатевших работников хлебозаводов, ни сильно разбогатевших продавцов хлеба. Куда делись эти 200 долларов из России?
Касьянов порадовал народ, что доходы населения возросли на 9,5 % (это среднее от роста дохода моего и Чубайса), но что проку от этих 9,5 %, если цены выросли на 200–300 %? Вопрос остается — все эти годы у каждого из нас тихо ценами отнимались очень существенные деньги, которые куда-то ушли, но кому и куда?
Вспомним о попытке дефолта
Чтобы ответить на этот вопрос, я вынужден буду цитатами практически полностью воспроизвести статью С.Л. Маркова «О, дефолт ты мой, дефолт» из «Дуэли» № 29 (172) 2000 г. Судя по письмам, мне кажется, что читатели ее не совсем поняли.
Прежде всего Марков поясняет, что такое дефолт.
«Само это слово означает всего-навсего отказ государства платить по своим долгам. Ну нетути денег! Нате вам, выкусите, господа кредиторы!
Собственно, ничего особенного в такой постановке вопроса нет. Это только в бандитской среде, к нравам которой нас приучила демократия, в таких случаях говорят: «Это твои проблемы. Делай что хочешь, а деньги на бочку. Продавай квартиру, сдавай жену в проститутки или в рабство, грабь банк, а деньги гони!» Иначе «поставят на счетчик».
«В мировой экономике это считается пока «нецивилизованным подходом», хотя ситуация плавно меняется после ударов по Югославии. Сейчас можно ожидать от «цивилизованного мирового сообщества» любой акции в духе «Коза ностры», но, думается, России это пока не грозит. Это удел малых стран, которых в ближайшие годы будут пороть и ставить горячий утюжок пониже пояса, и клещиками мясцо отдирать, и косточки дробить. России же это пока не грозит по одной основной причине — не завершен процесс ядерного разоружения страны и уничтожения сильнейшей в мире армии. Вот когда подпишем все договора — ОСВ2 и ОСВ3, выполним их добросовестно, когда в НАТО запишут Украину, Прибалтику и все Закавказье с Казахстаном, а наше население наполовину вымрет от голода, вот тогда пожалуйте на экзекуцию. А пока опасно-с!
В принципе, в мире в послевоенный период множество стран объявляли дефолт в разное время и по разным поводам. Не составила здесь исключение и цитадель демократии — США, которая в 1971 г., после визита в Вашингтон Шарля де Голля с самолетом долларов, объявила об отказе от своих обязательств по Бреттон-Вудским соглашениям, т. е. в одностороннем порядке отказалась менять свои вонючие доллары на золото. Говоря по-простому, «КИНУЛА» весь честной западный мир (уж не знаю, насколько он действительно честной). Как говорят простые советские бандиты: «Что ж это делается! Им можно, а нам западло?» Отказывались платить долги и такие страны, как Франция, не говоря уже о всяких когда-то затрапезных Бразилиях, Перу, Мадагаскарах, Гвинеях и прочих Конго (имя им легион). И ничего страшного не происходило. Мир не рушился. Даже гнилая статуя Свободы на ногах устояла».
Итак, в 1998 г. мы могли бы по примеру тех же Франции или США отказаться платить и долги, и проценты по ним. И ничего бы России как таковой, т. е. обычному российскому гражданину, Запад не сделал бы. Марков поясняет:
«Причина здесь простая. Все хорошо помнят, как после Первой мировой войны на Германию наложили непосильную контрибуцию и высасывали все соки. Результат не замедлил сказаться в 1933 г. Кое-кто из кредиторов через некоторое время уже готов был сам вернуть всю немецкую контрибуцию назад в удвоенном размере, но было уже поздновато. То есть если даже маленькую шавку загнать в угол, то она начинает кусаться».
