Дэвид пытался предупредить ее, но она отказалась его слушать. Что же ей теперь делать?
На этот раз Ханна проснулась раньше, чем Клоди завозилась в своей кроватке. Она прикинула, что часа три все-таки проспала, хотя несколько раз просыпалась вся в поту, вспоминая события этой ночи. Во сне ей снился Феликс, каждый раз с новой женщиной.
Переодев Клоди, Ханна натянула старые джинсы и серую футболку, махнув щеткой по волосам, почистила зубы – вот и все. Какой смысл наводить красоту, если твоему мужу на тебя наплевать?
Она спустилась в кухню и приготовила Клоди бутылочку. Насколько было проще, когда она кормила ее грудью! Но молоко у нее почему-то пропало через месяц, и пришлось перейти на искусственное питание.
– Теперь, когда ты ее не кормишь грудью, я смогу больше помогать тебе, – заявил тогда Феликс.
Курам на смех! Вся его помощь ограничивалась тем, что он менял дочке подгузник, если рядом оказывался фотограф. В остальном он ограничивался воркованием во время купания в те редкие вечера, когда бывал дома. Он даже кормить ее из бутылки отказывался, потому что Клоди ела медленно. По дороге Ханна заглянула в гостиную и увидела, что Феликс спит на диване. Сволочь!
Ханна умудрилась выпить чашку кофе и съесть тост, пока кормила Клоди. Потом она немного прибралась и как раз загружала посудомоечную машину, когда на кухню нерешительно вошла Мерседес.
Девушка явно не спала: личико серое, глаза опухли и покраснели. Но одета она была, как всегда, идеально – красный шарфик в горошек красиво повязан на шее и очень оживляет простую белую блузку и черные брюки.
– Ханна, мне так жаль… Простите меня, пожалуйста! – пробормотала она, нервно сжимая руки.
Мерседес действительно переживала. Обидно, когда чужой человек больше огорчается по поводу твоих чувств, чем собственный муж.
Если бы Феликсу было не безразлично, он давно бы встал и умолял бы ее не бросать его. «А разве я собираюсь это сделать?» – беспомощно подумала Ханна.
– Мерседес, я думаю, тебе лучше поехать домой. Я позвоню твоим родителям…
– Нет! – воскликнула девушка. – Ради бога, не рассказывайте им!
– Я и не собиралась, – успокоила ее Ханна. – Я только хотела предупредить их, какой рейс встречать. Феликс пользовался презервативом? – внезапно спросила она. Ей не хотелось отправлять Мерседес домой беременной.
Девушка покраснела:
– Да.
– Очень надеюсь, что ты не беременна, – вздохнула Ханна. – Вообще-то, как приедешь домой, сходи к врачу. – Как странно, она говорит с Мерседес так, будто ее муж не имеет к этому никакого отношения.
– Все было безопасно, – пробормотала все еще красная Мерседес.
– Прекрасно. Ситуация и так сложная, дополнительные сложности ни к чему. – Она нашла в телефонной книге страницу, где были номера авиалиний, и сунула ее Мерседес. – Не сомневаюсь, мистер Андретти оплатит твой билет до дома. А мы сейчас пойдем гулять, – добавила она и вышла из кухни с Клоди на руках.
Когда она вернулась, ни Мерседес, ни ее вещей уже не было, только записка с извинениями. Ханна сложила записку и, вздохнув, сунула ее в карман. Она успела привязаться к Мерседес.
Феликс сидел в гостиной, пил красное вино и смотрел футбол по телевизору. Она удивилась, что после вечеринки в доме вообще осталось спиртное.
– Привет, детка, – беззаботно произнес Феликс, когда Ханна положила Клоди на подушку на полу, чтобы она немного подрыгала ногами.
Феликс не отводил глаз от экрана, и Ханна почувствовала, как в ней закипает ярость. С прошлого вечера она жила на автопилоте, решив реагировать на гнусное предательство Феликса как можно спокойнее. Но его безразличие заставило ее рассвирепеть. Как может он спокойно сидеть, будто ничего не случилось?! Как будто он не трахал их няньку в присутствии ребенка и не признался, по сути, что переспал с половиной актрис в Лондоне?
– Тебе что, нечего сказать? – с горечью спросила она. Феликс передернул плечами и отбросил назад прядь волос.
– О чем?
И тут Ханна не выдержала.
– Да как ты смеешь?! – закричала она. – Как можешь ты спать с кем-то еще? Я ведь люблю тебя, Феликс! Разве тебе этого мало?
– Не будь такой идиоткой, – огрызнулся Феликс. – Все так поступают.
– Идиоткой?! – воскликнула Ханна. – Значит, так называется вера в своего мужа? Если так, то я действительно идиотка!
– Перестань пороть ерунду! – скривил он губы. – Ты же не станешь утверждать, что сама без греха. Пока мы с тобой не начали встречаться всерьез, ты крутила романчик с Дэвидом, не так ли? И не ври мне, я точно знаю! Ты встречалась одновременно с нами обоими. Иначе он не стал бы требовать, чтобы я оставил тебя в покое.
– Что он сделал?
Феликс рассмеялся ей в лицо.
– Притворяешься, душечка? Дэвид заявил мне, что, если я причиню тебе боль, он перегрызет мне горло. Может, я и не гений, но в состоянии догадаться, что это могло значить.
Ханна потеряла дар речи.
– Но, но… – начала было она, заикаясь. – Ведь мы никогда…
– Ну, конечно!
– Да не было ничего! – настаивала она. – Я даже не знала, что нравлюсь ему!
– Тогда с какой стати он внезапно сделал тебя младшим агентом? Потому что никогда таких способных не встречал – или потому что хотел залезть в твои трусики?
Ханна даже отшатнулась от такой пошлости. Как это похоже на Феликса – бить лежачего!
– Ты хочешь сказать, что мои способности не имели никакого отношения к моему продвижению по службе? Что Дэвид просто цинично использовал меня? – спокойно спросила она. – Ты мне льстишь, Феликс. Приятно сознавать, что ты ценишь мои лучшие качества. Подумать только, я отказалась от перспективной работы, чтобы выйти замуж за человека, который видит во мне только бессовестную потаскушку! – Она одарила его ледяным взглядом, которым когда-то так успешно пользовалась. – Единственный человек, который цинично меня использовал, это ты, Феликс. Ты женился на мне, потому что беременная жена могла улучшить твой имидж.
Она ждала, что он станет это отрицать, но он молчал, безразлично глядя на нее.
Клоди заплакала, разбуженная громкими голосами. Ханна взяла ее на руки и прижала к себе, бормоча ласковые слова.
– Раз уж ты не смог дождаться первой годовщины нашего брака, прежде чем начать распутничать, то позволь мне тебя спросить: зачем ты на мне женился? – тихо произнесла она. – Ведь Мерседес была далеко не первой, верно? Зачем тебе другие женщины? Мне казалось, меня тебе хватает…
Он закатил глаза.
– Слушай, брось этот дурацкий психоанализ, Ханна! Мы поженились, мы женаты – и точка. Все женатые люди изменяют своим партнерам, это вовсе не конец света. Жизнь ведь не «Унесенные ветром», сама понимаешь. Не всегда тебя ждет счастливый конец.
