оказался действительно вкусным. Но долго молчать все равно не смог:
— И что теперь? Ты не мог покинуть пещеру, но мы не в пещере. Ты дракон, что тряс землю, а теперь решил провести недельку-другую выхаживая меня? А как же твои зловещие планы? И что ты сделал с Тимом?
— Вот, Каллистрат, которого я ждал! — хлопнул в ладоши дракон, — уверенный, бесстрашный, и переживающий за тех, кто под его началом!
— Кого ты из себя строишь? — прищурился Лист, — я хочу знать правила этой игры.
— Нет никакой игры, — вся дурашливость слетела с мужчины. — Для твоего друга нашлись срочные дела. А я Тимофеос. Но в хрониках я остался как Дракон Локосса. Если конечно какие-то хроники сохранились, после того пожара в Ямалпе, что был при короле Энтони. Это длинная история, но я никогда, слышишь? Никогда не хотел зла людям.
— Тимофеос…
— Феос, — поправил дракон.
— Феос. На исходе лета, я думал, что ты провидец. Но ни одно твое предсказание не сбылось. Так почему я должен верить тебе теперь?
— Потому что если не поверишь, мир погибнет. Зло почти вернулось в этот мир! — Феос дернул плечом, — а пророчества мои очень даже сбылись. Например, король умер.
— Он и без тебя умирал!
— Да, но из-за нашего общего врага, — в низком голосе послышалась угроза, заставившая Листа слушать. — Ты шел по чужой дороге, теперь встал на свою, хоть и с полупинка Беллы — она умница. У каждого своя роль и судьбу не обмануть. Ты не нанес решающий удар, но ты заточил копье, которое сможет убить змею.
Лист покачал головой. Провидец — всегда провидец, чтоб говорить загадками.
— Еще ты говорил, что проснется дракон и начнется война с Видерией. — А! и брак с Лавиром! Как я мог забыть про брак с Лавиром?
— Ты смотришь на проснувшегося, свободного дракона. Видерийское войско уже под стенами Града у Башни, а брак с Лавиром уже заключён, хоть и не в прямом смысле, — Феос тоже повысил голос. — Какой смысл говорить о том, что очевидно? Ты хочешь знать, как я вообще оказался под этой клятой горой?
— Нет.
Широкие ноздри раздулись, мужчина смотрел на Листа через стол, и на лбу его обозначились глубокие складки.
— А это и неважно, — наконец Феос прервал молчание. — Важно, что люди умирают сотнями и тысячами…
— Из-за тебя! И ты смеешь говорить об абстрактном зле? — Лист теребил ленты на запястье. Может с ними ему передалась вспыльчивость Беллы?
— Нет! Это зло вполне конкретно!
— Еще скажи, что я избранный из сказки!
— Так не бывает! Я всю свою долгую жизнь предсказываю будущее, но я не видел ни одного избранного! Есть столько вероятностей… — Феос неопределенно махнул рукой, — я увидел сон и понял, что время хоть кому-то что-то рассказать. И что я обнаружил? Что эта змея пробралась к одному из вас в разум, и я понятия не имею к кому! Я давно наблюдал за тобой. Но опоздал всего на несколько часов! Ты имел глупость пролить кровь рядом с ее тенью! Да еще рядом с купелью Всематери. Как вы могли забыть, что там магия сильнее? Как могли забыть, что все купели связаны? Она давно пользуется ими.
Феос замолчал, качая головой, его глаза потемнели. Он положил тяжелые ладони на стол, и только выровняв дыхание, заговорил снова:
— Твоя жизнь теперь принадлежит только тебе. Та царапина у тебя на спине…
— Царапина, — фыркнул Лист, вспомнив шрам, оставшийся от когтя дракона. Он откинулся на спинку стула и сложил руки на груди.
— Та царапина связала нас на некоторое время. Только так я мог очистить твои раны, освободить тебя от влияния. Ты ведь ощущал ее присутствие в последние месяцы? Слышал свист или голос? У тебя болела голова, потому что ты сопротивлялся. Я в тебе не ошибся. Теперь же ты свободен. И от неё и от меня. Я должен был сделать все правильно.
— Но ты не уверен? — хмыкнул Лист.
— С магией крови никогда нельзя быть уверенным. Магия крови всему виной. Я покажу тебе.
В комнате стало темно.
Небо над ними закружилось, пока на нем не засияло летнее солнце. Они стояли среди деревянных домов. Десяток разновозрастных детей бегали за воздушным змеем. Одна из девочек заставляла змея подниматься выше и выше, пока он почти не исчез из виду.
— Многие годы назад, — тихо, словно боясь спугнуть детей, начал дракон, — у меня был самый близкий человек и самый далекий.
Дети разбежались в стороны и на пригорке остались только та девочка и мальчик постарше. Мгновение и мальчик стал юношей похожим на Феоса, а девочка притягивающей взгляд девушкой.
— Самый прекрасный и самый отвратительный человек, что я когда либо знал, — Феос не отрывал взгляд от черноволосой девушки. — Наша вражда была жестокой. В ней не было правого и виноватого. До поры. Но затем Ада переступила черту, ее неуемная жажда…
Девушка влепила пощечину Феосу, и, цокая каблуками, ушла по длинному коридору.
— Подожди, — Лист разозлился. — Тебя отвергли и ты называешь женщину злом?
— Сначала выслушай!
— Скажи еще, что она была королевой, и я почувствую себя глупым учеником.
— Нет, не была она королевой! — Феос сделал паузу, будто потерял мысль. — Но из-за нее умирали королевы. Женщина может быть опаснее мужчины.
С этим Лист готов был согласиться. Наблюдая, как мелькают воспоминания, он задумался о том насколько могущественный маг перед ним. Столь детальных и реалистичных иллюзий Лист раньше не видел. Превращение в дракона не через имя, значит через стихии? О такой мощи он не слышал. Манипуляции сознанием, дар пророчества. Сколько еще тайн скрывает Феос и насколько можно доверять тому, что он говорит?
— Ада жаждала власти, силы. Она не видела границ, не понимала, что цена слишком высока. Из-за нее умирали люди, а она не замечала их.
Теперь они стояли на поле боя. Та же девушка, теперь уже женщина с развевающимися волосами колдовала. С ее рук срывались воздушные лезвия мгновенно окрашивавшиеся кровью и только набиравшие силу. Чем больше воинов они сражали, тем более заметными и смертоносными они становились. От них гибли десятки и сотни. А женщина продолжала посылать новые и новые, и казалось, что кровь льется рекой, а она только становится сильнее и яростнее.
— В нашей вражде было много личного. Она завидовала отношению моей матери ко мне. Отношениям моих родителей. Завидовала моей способности контактировать с чистой стихией и со стихийными существами. Я завидовал её упорству, способности добиваться своего, получать что хочешь. Но ей всегда было мало. Магия крови доступна каждому, но питается она
