от туловища какой-нибудь классической земной коровки - размеры совсем, совсем неадекватные. Но больше меня привлекли, разумеется, диалоги этой мужской компашки - хорошо различимые, они доносились до меня предельно четко.
- И Зенар тоже? - переспросил с забитым ртом тот, что с двумя клинками в ножнах, которые свисали с пояса до самого пола и об которые не раз уже спотыкались проходившие мимо этого столика люди. Поглядел бы я, как он ими орудует, может даже посмеялся бы. Хотя это волшебный мир, кто знает, может...
- ...ой нахрен вообще Зенар, ты ее вообще видел? - взбеленился самый, на вид, молодой из компании ближников.
- Это да... - понимающе покивал третий, ловко отрезая личным кинжалом очередной кусок сочащегося жиром мяса от гигантского окорочка, которые я прежде только в каких-нибудь мультиках про Тома и Джерри, наверное, видел. - Просто...
- Убийственная! - подтвердил молодой.
- А давно они в городе?
- Только что, ну, вроде... - запив мясо из массивной кружки, тот, что обоерукий, прямо посреди питья махнул свободной рукой куда-то в сторону выхода из гильдии. - М-м, ты же сам видел, нет? Они всем выездом на воротах стояли, перегородили там все ко всем темным богам, не помнишь, как мы мимо прошли, Азернар еще на эту темную пялился, как будто...
Он хохотнул.
- А зовут ее хоть как?
- А-э...
- Да какая разница?
- Вивиэль. - с каким-то нездоровым благоговением произнес молодой.
Я уже собирался бросать это дело - подслушивание, но последнее услышанное слово заставило меня напрячься. Но на этом представление закончилось. Далее у компании молодых ребят пошел один только похотливый треп на тему кошкодевочек и следующего заказа, который им нужно было взять, чтобы выплатить какие-то долги перед гильдией. Поэтому закругляемся - была еще идея прикинуться столбом, да послушать народ на том конце просторного первого этажа, где еще что-то вроде барной стойки виднеется, но да и похрен...
Обеденная тут по размеру не меньше, чем в таверне, хотя это, скорее, зал ожидания. Но тут и откушать можно было, чем с толком пользовалось здешнее руководство, монетизируя естественную человеческую потребность. Под дальней от входа стеной расположен бар, где тусовалась одна треть посетителей гильдии, заливаясь выпивкой и порождая основной шум и гам на этаже. Другая треть - просто обедала или вела переговоры по работе вокруг столиков в центре помещения.
Я чуть склонил голову набок, переводя взгляд левее.
А вот последняя треть полнивших зал посетителей сгрудилась по левую руку от меня - толпятся там у широченной доски, кажется, с объявлениями и заказами. Периодически кто-то срывает бумажку и тащится с ней к расположенным прямо там же, рядом, трем приемным стойкам с миловидными работницами гильдии по ту сторону. Туда же вываливается и вся приносимая с заданий добыча - я это ясно видел, и уже прикидывал, получится ли впарить им книжечку умения без своей регистрации как наемника...
Что же, попробуем.
- Доброго вам дня! - лучезарно улыбнулась мне, похоже, полу-альвийка. Она вроде и человек внешне, но несколько заостренные ушки и характерные исключительно для альвийского народа бледность кожи, изумрудный оттенок глаз и пшеничные волосы выдавали кровосмешение. Получается, что межвидовые зачатия тут возможны. Либо опять замешана «ма-а-агия».
Не утруждая себя ответом девчонке, я просто бухнул книжку умения на гладко отполированную и покрытую лаком дощатую стойку.
- Жетон? - чуть дернула заостренными ушками работница гильдии. Это тоже чисто фишка альвов.
Понимая, что никак не получится продать чего-то без оставления следов, я решил не заморачиваться.
- Жетона нет. Сколько стоит? - и добавил, уловив непонимание в зеленых глазах. - Оформление. Регистрация, короче, сколько стоит?
С трудом сейчас сдерживаю раздражение, подзуживаемое заразой. И ведь она так сильно не выпендривается, пока я в одиночестве или по улочкам шатаюсь - выбирает строго определенные моменты, будто обладает разумом.
- Нисколько. - как-то сразу поблекла и перестала озарять меня своей улыбкой полу-альвийка, различив в моем поведение недовольство. - Только заполнить гербовую бумагу. И выбрать второе имя или прозвище. - и она поспешила добавить, завидев, как я мученически закатываю глаза к потолочным сводам. - Здесь же, прямо здесь, это быстро!
То, как она приуныла и расстроилась, подбешивало меня еще больше. Еще и раскаленный гвоздь мигрени усилил свою ранее терпимую долбежку в мозг. Меня, блин, еще больше разъяряет и выбешивает то, что из-за прущего из меня негатива портится настроение у симпатичной девчонки.
Пока полукровка шумно копошилась где-то под стойкой в поисках нужных бумажек, переговариваясь при этом с соседкой о планах на этот вечер, я опустил глаза вниз. И с неудовольствием отметил, как у меня подрагивают пальцы на левой, проклятой руке. Засмотревшись на нее и задумавшись, я невольно вздрогнул, когда передо мной на доску регистратуры неожиданно шлепнулась здоровенная, больше альбомного листа бумажка
- Вот. - тихо подсказала девушка, указав, где нужно подписывать что-то или указывать, понятия не имею. Я бы и не против начеркать там подпись, девчонка как раз подобие графитового карандаша положила на эту же бумагу, но я, блядь, не обучен туземной письменности. Подпишу, поди, какой-то демонический контракт на продажу души, и все, и пиздец, и приехали. - Сюда и здесь, и еще...
- Я не умею. - хрипло пробормотал я, прикладывая правую руку к правому же виску, ближе к макушке, куда меня продолжила настойчиво сношать мигрень.
Девушка оторопела.
- А-а? - и переглянулась с соседкой, черноволосой девочкой-кошечкой. Полюбовался бы, не будь в таком паршивом состоянии. Каждый крик ближайшего выпивохи и каждая высокая нота, взятая треплющимися поблизости женщинами лишь усугубляла мое раздражение. Скоро, по идее, из места проклятия должны пойти гуляющие по всему телу пульсации боли...
- Как это? - пролепетала полу-альвийка.
- Письменности не обучен. - терпеливо объяснил я. - Я не понимаю письмо и не умею писать. Так понятнее?
Господи, блядь, поскорее бы закончить со всеми делами в городе и свалить куда подальше, обратно на курган. Набью себе там десятый уровень, если скелетики продолжат так же бесконечно рожаться в траве, и там уже, потом...
- А! - пискнула девушка, перестав, наконец, безбожно тупить.
Опомнившись, она крутанула гербовый документ к себе на сто восемьдесят градусов и начала стремительно что-то там черкать, периодически на меня странно косясь. Окружающие авантюристы - тоже посматривали с волнением, словно я прямо тут собираюсь коньки отбросить.
- Все хорошо?
- Просто шикарно. - растянул я
