– Карл, кажется, ты что-то потерял, – девушка указала лезвием ловцу под ноги и когда тот, прикрывая нос ладонью, покосился вниз, добавила, – свою самооценку. Осторожней, а то и вовсе раздавишь.
Мужчина злобно зашипел и велел своим друзьям схватить охотницу. Ловцы синхронно сделали шаг вперед и поснимали со своих поясов оружие – серпы из темного металла. Она уже видела такой серп у Захарии, когда встретилась с ним впервые (вернее, во второй раз), когда они вместе убегали от Йян-ти.
Ловцы решили не мешкать и набросились на девушку. Атаку первых двух она отбила, но третий умудрился больно порезать ей руку, а остальные, подобравшись с боков, схватили ее и, скрутив, отобрали меч.
– Ну, что ты теперь скажешь? – Джо наклонился к ней, расплываясь в широкой улыбке. Софи держало сразу четверо ловцов, так что теперь он мог не волноваться. – Я вот подумал, может, скрасишь нам время, пока мы патрулируем этот чертов квартал? Тут и так ничего не происходит и ребята заскучали. А Карла так и вовсе нужно подлечить… Может, будешь хорошей девочкой, и мы немного развлечемся?
– А может, ты уберешь от меня своих подружек, и мы проверим, кто первый заплачет? – Выплюнула Софи, извиваясь в крепких ручищах ловцов.
Она с ужасом осознала, что ее невероятная способность разозлится, а потом снести половину квартала почему-то не дает о себе знать, и сейчас ей не хватает сил, чтоб разметать эту толпу отморозков. Ну вот почему закон подлости – это единственный закон, который срабатывает всегда? Почему? Ведь даже закон всемирного тяготения можно нарушить, но только не эту треклятую чертовщину!?
Джо в ответ нехорошо улыбнулся, а его товарищи и вовсе зашлись смехом. Резким движением ловец расстегнул куртку девушки и, подцепив острым лезвием серпа вырез ее майки с явным намерением разорвать, другой рукой потянулся к ширинке своих штанов.
Софи испуганно зашипела, но тут громкий надорванный крик прокатился по улице, заставив ловца замереть.
– Вон! Отойди от нее! – Через дорогу, в переулке между домами стоял Захария. Парень тяжело дышал, словно после длительного бега, его руки, сжатые в кулаки, дрожали от злости, а сам он был мрачнее тучи. Сверля взглядом застывших коллег, он уверенно двинулся в их сторону.
Джо, наконец, опомнился и неохотно отступил от Софи.
– Захария… – пролепетал он, съежившись. – Она это… На Карла напала…
– Отпустите… Ее… – произнес Зак, делая акцент на каждом слове и волком глядя на боровов, которые до сих пор держали девушку. Те мигом убрали руки и потупились, словно нашкодившие щенки.
Софи удивленно уставилась на друга. Он ведь был совсем мальчишкой против этих ловцов, но его появление заметно обеспокоило их, даже испугало.
Захария, убедившись, что Софи цела, и ей больше ничто не угрожает, сердито прошипел, обращаясь к Джо и его компании:
– Немедленно снимайте форму, пакуйте манатки и катитесь к черту! Вы – позор для Министерства! Такие подонки не достойны того, чтоб быть ловцами! Это во-первых… – Он глубоко вдохнул и продолжил. – А во-вторых: хоть одно кривое слово в сторону охотников и Лиги, и я лично позабочусь о вашем незабываемом отдыхе на Дне. И еще… Если я узнаю, а я узнаю, что вы хоть одним пальцем прикоснулись к любой девушке против ее воли, я сам переломаю вам все кости, и только после этого отправлю в тюрьму. Я понятно изъяснился?
– Ты делаешь большую ошибку, – дрожащим голосом произнес Карл, но Зак оборвал его на полуслове, повторив с куда большим нажимом:
– Я понятно изъяснился?
– Так точно! – Хором отозвались ловцы, понурив головы.
– А теперь убирайтесь! И молитесь, чтоб наши пути больше никогда не пресекались! Пошли вон!
Мужчины переглянулись и тяжело вздыхая направились вниз по улице, бросая короткие фразы и потирая макушки. Когда они скрылись из поля зрения, завернув за угол, Захария повернулся к Софи, которая смотрела на него широко раскрытыми от удивления глазами.
– В тихом омуте черти водятся, да? Почему ты ничего не рассказывал о себе? Думаю, ты бы мог заработать парочку очков, если б сказал, что взрослые ловцы при виде тебя шарахаются, словно дети, и превращаются в послушных собачек, готовых принести тапочки, виляя хвостом.
– Софи, – Захария устало вздохнул и, подойдя к девушке, застегнул ее куртку. Несколько минут он вглядывался ей в лицо, и наконец, продолжил, – Ты не спрашивала. Неужели ты думаешь, что в состав Альфы разрешили б войти рядовому ловцу, такому как эти козлы? Не смеши.
– За что вы нас так ненавидите? – Неожиданно спросила охотница. – Почему ловцы всегда ведут себя с охотниками, как последние сволочи?
Захария несколько секунд молчал, пытаясь подобрать правильные слова и, наконец, произнес:
– Думаю, они просто вам завидуют. Вы ведь, фактически, отобрали у них самую интересную работу. Ты же знаешь, что много лет назад, когда в городе появились первые демоны, их ловили именно ловцы. Но поскольку, держать тварей в обычной тюрьме, рядом с людьми было невозможно, они создали Дно. Со временем, часть лучших бойцов отделилась от министерства, и таким образом возникла Лига охотников за головами…Но довольно об этом, лучше скажи мне вот что… Это у тебя такое хобби, исчезать каждый раз, как я отвернусь? Мне что, привязать тебя к себе?
Охотница лишь покачала головой и пробормотала:
– Спасибо, обойдусь. Меня уже сегодня связывали... Дороти, – и она быстро пересказала все, что случилось с ней и ее друзьями после того, как она оставила Меланту.
Захария слушал, все больше хмурясь. Когда Софи закончила рассказ, он лишь потер лоб, пытаясь побыстрей сообразить, что же делать дальше.
– А как ты меня нашел? – Спросила Софи, оторвав парня от отстраненного созерцания окон ближайшего дома.
– Ты не поверишь, но совершенно случайно, – ответил он. – Когда я вернулся из Министерства, то застал дом в плачевном состоянии… Мама ждала под подъездом и рассказала, что тебя увела какая-то рыжая девчонка в сопровождении демонов… – Захария не успел договорить.
Ясное небо взорвалось мириадами искр, словно в городе устроили многотысячный салют. Яркие вспышки продолжались всего несколько минут, потом разом погасли, а вместе с ними исчез и солнечный свет, словно кто-то надел на город огромный колпак. Тьма молниеносно затянула небосвод, заставляя сердце сжаться от необъятного и первобытного страха перед необъяснимой стихией. Акрополь взревел, подобно раненому зверю и содрогнулся от удара невероятной силы. Стекла в окнах ближайших домов со звоном повылетали, осыпая заснеженные тротуары миллионами осколков, а министерские бронеавтомобили, припаркованные вдоль дороги, с протяжным скрипом завалились на бок.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
