Среди ее знакомых рассказывали, что некоторые из состоятельных девушек под предлогом плохого самочувствия или необходимости поездки спешно отправлялись за границу. Ровно через девять месяцев они возвращались домой в хорошем настроении. Но слухи распространялись быстрее их возвращения. Поговаривали, будто их новорожденных малюток, их крошечек отдавали на воспитание в чужие семьи, или, что еще ужаснее, – в сиротские приюты.
Кристина пришла к решению, ей казалось, что оно было единственно правильным. Она должна была уехать из Лондона, из дома – и как можно скорее. Но куда? Может быть, в Брамбер, к дедушке? Но он станет ее подробно расспрашивать, будет тревожиться. Ехать к Маргарет, но у нее самой было много хлопот, семейных проблем, она готовилась к рождению второго ребенка, и этим все было сказано. Кристина подумала о дяде Френсисе. Он, должно быть, еще находился за границей, но ведь она могла бы приехать в его имение, жить в его доме. Кристина решила, что в доме у дядюшки она сможет спокойно все обдумать и решить, что делать дальше.
Приняв решение, девушка начала подумывать о том, как бы ей получше и незаметнее исчезнуть из дома, чтобы никто не заметил и не допытывался о ее намерениях. Она уже не один раз ездила в Гленмур, но, правда, тогда все хлопоты брал на себя отец.
Но, к счастью, у нее были деньги, а все остальное можно было решить уже на месте.
Она вспомнила, что поезд каждый день отправлялся в Эдинбург в восемь часов утра. Она собрала большую дорожную сумку и присела на стул, раздумывая, стоит ли ей рассказывать о своих планах Бетси. Но потом Кристина решила, что это скорее навредит ей, не надо было кого-либо вмешивать в свои личные дела, тем более эту девушку. Когда все было готово, Кристина первый раз за день почувствовала, что очень голодна. И когда постучалась Бетси и предложила помочь одеться к ужину, Кристина сказала, что не будет спускаться в гостиную и попросила принести ей что-нибудь из еды в комнату. Миссис Гант позаботилась о том, чтобы у Кристины на ужин были деликатесы, от которых просто невозможно было отказаться даже сытому человеку. Ко всему прочему, на подносе для Кристины был бокал ее любимого белого вина. Как оказалось, это мистер Уориндер постарался, ему хотелось, чтобы у дочери было хорошее настроение.
– Позже я обязательно поднимусь и поговорю с ней, – сказал он жене. – Если ты не против, дорогая, можно всем вместе съездить на несколько дней в Париж. Кристину на какое-то время можно было бы оставить с Гарри. Они всегда прекрасно ладили, да и вообще иногда хорошо переменить обстановку. Как ты на это смотришь?
Однако, когда через час Уориндер поднялся наверх, его встретила Бетси и сказала, что мисс Кристина просила ее не беспокоить, что она уже легла спать.
– Ну что ж… Я поговорю с ней завтра утром.
Было еще очень рано, когда Кристина, взяв свои вещи и накинув шаль, вышла из комнаты. Все в доме еще спали. Девушка осторожно открыла тяжелую входную дверь. Выйдя на улицу, она тут же ощутила приятную утреннюю прохладу.
Кристина медленно спустилась по ступенькам, оглянулась на окно спальни отца и потом быстрыми шагами пошла через сад. Девушка остановила кеб и, поставив сумку на заднее сиденье, удобно устроилась сама. Отъезжая, Кристина осторожно выглянула из кеба и, убедившись, что все спокойно, с облегчением вздохнула.
Около восьми часов утра отсутствие Кристины обнаружилось. Бетси, постучав, как обычно, в дверь комнаты своей хозяйки, не получила ответа. Толкнув дверь, девушка поняла, что она не была заперта. Служанка сразу же увидела, что в комнате никого нет. Кровать была аккуратно застелена, в шкафу недоставало нескольких платьев Кристины. Бетси сбежала вниз, в столовую, где Бартон готовил завтрак для мистера Уориндера.
– Мисс Кристина куда-то ушла, сэр, – задыхаясь, выпалила девушка.
– Ушла? Что ты имеешь в виду? Вероятно, она решила прогуляться перед завтраком…
– Нет, сэр. Думаю, она ушла с кое-какими своими вещами. В шкафу нет ее платьев, и туалетный столик пуст.
– Что ты говоришь, Бетси? Я сейчас же поднимусь и посмотрю сам.
Уориндер отложил салфетку и пошел в комнату Кристины. Бетси оказалась права. Вскоре была опрошена вся прислуга, но никто, казалось, не видел ничего подозрительного, когда вдруг Анни, чистившая плиту, пробормотала что-то невнятное.
– Что ты сказала? – переспросила миссис Гант. – Говори же, милочка. Мистер Уориндер тебя не станет ругать.
– Я видела, сэр… Когда я заметала утром лестницу, – пробормотала Анни, – мисс Кристина вышла через парадную дверь, в руке у нее была дорожная сумка. Это я точно помню…
– Она была одна или ее кто-то ожидал? – спросил Уориндер, не скрывая своей тревоги.
– Нет, сэр, одна. Она села в кеб и уехала.
– Ты случайно не слышала, что она сказала кебмену? Анни задумалась. Она вспомнила, что, увидев мисс Кристину, она заинтересовалась, куда та направилась в такой ранний час.
– По-моему, она сказала что-то насчет вокзала, – пробормотала Анни.
– Понятно. Спасибо, Анни. Ступай, я больше не стану тебя отвлекать.
Девушка очень смутилась и даже покраснела, ну как же, ведь ее благодарил сам хозяин, мистер Уориндер, который обычно едва ли кого-нибудь замечал из прислуги.
Первой мыслью Эверарда Уориндера было то, что Кристина, не послушавшись его, сбежала с Дэниелом. Ее надо было немедленно вернуть домой, прежде чем она могла натворить глупости. От Джорджа Уэсткотта он знал, что Дэниел возвращается жить к людям, которые его приютили, когда он был еще мальчиком. Уориндер решил ехать на вокзал, но потом подумал, что отыскать Кристину и Дэниела среди огромной толпы мужчин, женщин и детей было невозможно. И тогда он отправился в Чипсайд, в магазин мистера Брауна. К счастью, мистер Браун был на месте.
– Боюсь, мистер Уориндер, вы опоздали. Дэниел уехал вчера, мы все были против того, чтобы он покидал Лондон. Он мог здесь благополучно работать, но вы же знаете молодежь! Надеюсь, что он не пожалеет. Я дам вам его адрес, хотя не думаю, что он там долго пробудет. Илспет, напиши, пожалуйста, мистеру Уориндеру адрес Сэма Джессопа.
Уориндер взял адрес Джессопов, ни на что не надеясь. Было очевидно, что Дэниел поехал один, хотя могло быть и такое, что в последний момент в приступе безумия Кристина решила последовать за ним. Вернувшись домой, Уориндер сказал раздраженной жене о своем предположении, о том, куда, по его мнению, Кристина могла поехать.
– Я могу отправиться туда сам или попрошу полицию дать телеграмму, чтобы ее там встретили, когда она сойдет с поезда. Но я не хочу это делать… Кристина никакая не преступница…
– Но, Эверард, мы же не знаем наверняка, что она поехала за ним, – сказала леди Кларисса. – Кристина должна быть благоразумной! Она могла отправиться в Брамбер. Ты же знаешь, как она любит твоего отца. Или поехала навестить Маргарет. Некоторое время мы можем подождать и ничего не предпринимать. Кристина очень любит тебя, и она не стала бы тебя расстраивать. Давай еще подождем…
