На лице комбрига, а он умеет скрывать эмоции и переживания, проступает нестерпимая душевная боль, боль, которая любого другого может свести с ума. Ему же предстоит работать…”
2 февраля и на западном направлении наконец стало ощущаться, насколько поредели боевые порядки бандгрупп. Утром начали движение стоявшие до этого на рубеже по улице Алтайская армейские подразделения западной группировки — 1393-й отдельный мотострелковый батальон 205-й мотострелковой бригады и роты 276-го мотострелкового полка. Под их натиском оставшиеся боевики стали быстро покидать свои позиции.
Штурмовые отряды софринской бригады также пошли вперед, преследуя отходящего противника, темп наступления по сравнению с прошлыми днями заметно возрос.
В этот же день в бригаду прибыли с группой офицеров начальник штаба Московского округа внутренних войск генерал-лейтенант Александр Будников и заместитель командующего по работе с личным составом генерал-майор Георгий Веренич. Чуть позже прибыл заместитель главнокомандующего внутренними войсками по технике и вооружению генерал-лейтенант Петр Ровенский.
Столь внушительный состав помощников комбрига 21-й, по мысли оперативного штаба группировки особого района г. Грозный, должен был, видимо, подвигнуть софринцев резвее двинуться в кварталы Заводского района. К чести “высоких гостей”, подстегивать комбрига они не сочли нужным, помогали советом, товарищеской поддержкой, опытом.
Напряжение на этом участке уже давно находилось в пиковой фазе, равно как и тяжелейшая усталость от боевых действий, которые бригада практически без перерыва вела с самого начала грозненской спецоперации. И, несмотря на сохраняющееся упорное сопротивление бандитов, штурмовые группы софринской бригады к исходу дня последовательно заняли все ключевые объекты в полосе своих действий и провели тщательную зачистку освобожденного района.
В связи с тем, что началось движение вперед всех подразделений особого района, было уточнено направление действий 21 оброн на последующие дни. 3 февраля батальоны, срочно перегруппировавшись, выходили в новую полосу, определенную штабом группировки особого района.
В три часа дня первой моста через Сунжу достигла разведрота бригады, войдя в соприкосновение с воинской частью Минобороны, дошедшей до реки с противоположной стороны.
С полудня 1 — й и 2-й батальоны начали движение вперед и, не встречая сопротивления, уже к четырем часам дня также вышли к реке Сунже, а 3-й батальон занял жилой квартал между улицей Поповича и железнодорожным полотном.
Однако, несмотря на кажущееся спокойствие — особенно по сравнению с предыдущими неделями беспрерывных боев — и в этот день не обошлось без потерь. В ходе боестолкновения с мелкими группами боевиков были ранены четыре человека, один из них офицер.
Теснимые всю прошедшую неделю на других направлениях, боевики мертвой хваткой держали свои позиции в Заводском районе, обеспечивая коридор для своего выхода из города. Постоянные активные действия штурмовых отрядов софринской бригады, их неослабевающее давление — даже несмотря на острую нехватку личного состава и эффективной огневой поддержки — на позиции боевиков имели очень важное значение. Они сковали на этом рубеже значительные силы боевиков, давая возможность штурмовым отрядам северной и восточной группировок методично продвигаться вперед на своих направлениях.
4 февраля подразделения софринской бригады уверенно продвигались вперед. Это был первый день без боестолкновений с бандитами. Резко увеличив темп движения, бригада оставляла позади себя обширную территорию, которую было необходимо тщательно досмотреть. В зданиях, подвалах могли укрываться оставшиеся в городе бандиты, кроме того, дома требовалось проверить на предмет наличия в них взрывчатки — боевики активно минировали сооружения, коммуникации.
330-й кировский батальон оперативного назначения, двигавшийся во втором эшелоне бригады, задачей которого было закрепление освобожденных от боевиков кварталов, был снят с блокпостов и получил задачу на проведение проверки жилых домов вдоль улицы Чичерина, тянувшейся двумя кварталами севернее железнодорожного вокзала от парка имени Ленина до самой Сунжи.
3-й батальон бригады с утра шел параллельным с 330-м отдельным батальоном курсом, проверяя территорию вдоль железнодорожного полотна в направлении на вокзал.
Все подразделения СОБР и ОМОН, действовавших вместе с 21-й бригадой, также покинули занимаемые ими блокпосты и передали контроль за ними подразделениям 276-го мотострелкового полка. Около полудня собровцы и омоновцы начали зачистку заводской зоны.
Уже к середине дня все подразделения выполнили поставленные задачи и закрепились на достигнутых рубежах вдоль левого берега Сунжи. Во время досмотра зданий около двух часов дня софринцы в подвале Дома культуры на улице Артинцева обнаружили штаб боевиков, из которого, судя по всему, осуществлялось управление действиями бандгрупп в Заводском районе Грозного, и госпиталь. Здание стояло абсолютно целым, разведке группировки не удалось вычислить его, чтобы артиллеристы или авиаторы могли нанести по нему разящий удар.
В этот вроде бы такой тихий день не обошлось без потерь. Как только с противоположного берега ушли армейские подразделения, достигшие Сунжи после овладения площадью Минутка, позиции 1-го и 2-го батальонов 21-й бригады были обстреляны. Ранения получили двое солдат. Это лишний раз показало, что расслабляться рано и в городе остались пусть немногочисленные, но вполне боеспособные бандгруппы.
Вот почему необходимо было без излишней торопливости провести тщательный осмотр каждого здания, квартиры, подвала с целью обнаружения брошенного оружия и боеприпасов, а может быть, и оставленных в них раненых боевиков. Все-таки уходили масхадовско-басаевские отряды поспешно.
5 февраля личный состав батальонов продолжал проверять жилые дома в зонах своей ответственности. В ходе этой проверки было обнаружено бомбоубежище на 40 человек с запасами продовольствия. Чуть позже — еще одно такое укрытие емкостью на 50 человек. Оба бомбоубежища стояли абсолютно целыми, было видно, что боевики ими активно пользовались.
После выполнения поставленных задач бригада наконец-то убыла в пункт временной дислокации на окраине Грозного для восстановления боеспособности и отдыха.
Вернулся в пункт временной дислокации и честно выполнивший свою работу 330-й отдельный батальон внутренних войск, все эти дни идущий плечом к плечу с софринской бригадой. Он делал очень важную работу — прикрывал фланги штурмовых отрядов, выставлял взводные опорные пункты в тех кварталах, которые освобождались софринцами.
6 февраля для 21-й отдельной бригады оперативного назначения внутренних войск завершился этап участия во взятии Грозного и начался новый — охрана двух районов чеченской столицы от проникновения туда бандгрупп. В зону ответственности бригады вошли Заводской и Старопромысловский районы, где необходимо было выставить 21 взводный опорный пункт. На несколько последующих лет район Газгородка в
