него энергию, и появляется небольшой сгусток темного тумана. Который, правда, только в магическом зрении виден и то далеко не всякому. Шаманам и, как оказалось, Пете.
Вот для того чтобы научиться этим сгустком тумана управлять, понадобилось еще два дня. И то нельзя сказать, чтобы Петя это управление полностью освоил. Куда там! Совсем чуть-чуть что-то стало получаться.
Оказалось, что канал-манипулятор можно отрастить и для темной энергии. После чего подвести его к сгустку тумана, и слиться с ним. Именно — слиться. Надо добиться не просто клубка на ниточке, а сделать его частью самого себя. Вот тогда сгусток тумана стало возможно двигать. Вперед, назад, вверх по стенам или даже по потолку — и все по собственному желанию. К тому же оказалось, что Петя этим сгустком тумана может слышать. Выставив его в коридор и подвесив на потолке, Петя потом вполне отчетливо слышал шаги и обрывки разговоров проходивших мимо кадетов. Через две закрытые двери!
Правда, все оказалось не так радужно. Во-первых, требовалась полная сосредоточенность, как во время медитации. Магаде же гонял своего «духа» куда хотел и при этом свободно занимался другими делами. Во-вторых, оказалось, что сгустком тумана Петя может слышать, но не видеть. То есть выпустить его из комнаты сквозь щель под дверью Петя мог, а вот как им управлять дальше? Вроде, когда на твердые предметы натыкается, какой-то отклик есть, но бродить (точнее, ползать) с завязанными глазами — то еще удовольствие. Даже если можешь ползать по стенам и потолку. И как при этом ориентацию в пространстве не потерять?
В общем, возможности интересные, но не совсем понятно, как их использовать. Прийти в приемную ректора и отправить к нему в кабинет, послушать разговоры? А самому при этом сидеть на глазах изумленной Натальи Юрьевны в состоянии глубокой медитации? Даже не смешно.
Также невыясненной осталась возможность использовать сгусток тумана (или все-таки духа?) как боевое средство. По идее, если залезть им на человека и просочиться внутрь его энергосистемы через точку «бинди», эффект должен быть такой же, как и при атаке духа Абасы. Но не факт. Комочек-то совсем маленький. Много ли он там места займет. Качать же через него темную энергию самому, тут — пробовать надо. А возможности такой нет. При экспериментах с маготроном люди сознание теряли и умирали, если их не успеть откачать. Такие Петины опыты на людях незамеченными никак не останутся. Лучше и не пробовать.
Обнаружились еще две проблемы. Первая — ожидаемая. Длина канала-минипулятора, с помощью которого Петя управлял сгустком тумана, оказалась не очень большой. Саженей пять-шесть. Наверное, если тренироваться, расстояние можно будет увеличить, но пока далеко послать «шпиона» не получится.
Вторая проблема — как оказалось, при использовании сгустка тумана расходуется темная энергия. Даже если его потом обратно в амулет убрать, личный Петин запас, все равно, уменьшается. Не очень сильно, но заметно. И никак не восполняется. В давилке он себе хранилище за счет Магаде заполнил, но сам такую энергию не вырабатывает. Возможно, кое что можно будет с Черного ореха собрать, но деревце пока еще очень маленькое, страшно ему повредить. А где взять другие источники, идей пока не было.
Так что после трех дней экспериментов Петя не без сожаления закопал амулет на прежнем месте. Надо бы литературу почитать. В лоб, понятно, ничего не найдешь, но если поискать описания непонятных случаев, связанных с шаманами… Хотя, афишировать свой интерес к данной проблеме тоже не хотелось. Одни сложности.
Появившаяся через три дня Маша неожиданно пригласила Петю к себе. Платье посмотреть, которое почти готово. Приглашать для этого знакомых девушек она не хотела. Тех надо сразу наповал бить. А Петя? Свежий взгляд, да и ткань-то его подарок. Надо проявить вежливость. И похвастаться хочется.
Оказалось, была еще одна проблема. Кружев у барышни было мало. Вот она по дороге Петю в соответствующую лавку и завела. Где выставила его еще на двенадцать рублей. Приподнятое настроение от ожидаемого показа мод как-то само собой пропало. Сейчас, ладно. Сделал подарок, так надо быть щедрым до конца. Но в следующий раз придется на место ставить. О чем он Машу и предупредил. Та даже покраснела, но ничего не сказала. Только потупилась.
Впрочем, при демонстрации платья и прикалывании к нему кружев, вновь ожила. Большого зеркала в доме не нашлось, крутилась перед весьма скромным, в котором посмотреть на себя можно было только по частям. Еще меньшее зеркало на ручке в руке держала. А так вместо зеркала выступали ее мать — Настасья Павловна и две младших сестры. Одна лет десяти-двенадцати, другая семи-восьми. И у Пети возникло подозрение, что этим крохам из его ткани тоже что-то перепасть должно. Больно уж Машино платье в «облипку» пошито было. И подол не слишком длинный. Впрочем, наверное, мода сейчас такая.
К тому же следовало признать, что фигура у Маши оказалась очень хорошая, и платье ей шло. А кружева, действительно, требовались, чтобы оно совсем уже откровенным не было. Так что примеркой все остались довольны.
Машина мать, как оказалось, именно шитьем на жизнь и зарабатывала. Правда, заказов небольшом городке было немного, большинство горожанок сами себя обшивали. Но как-то перебивались. Муж вроде как в лудильной мастерской работал, но то ли очень мало зарабатывал, то ли все пропивал, но его вклада в домашний уют не было видно совсем. Это если детей не считать.
А так Петя словно домой вернулся. Такой же мало ухоженный дом с бедной обстановкой и кучей детей. Впрочем, после примерки его пригласили за стол и накормили вполне приличными щами. Наверное, стипендию Маша все-таки получила.
Возвращаясь в Академию Петя меланхолически думал:
— К такому платью еще и шелковые чулки нужны и туфли в цвет не помешали бы, — и тут же себя одернул: — А еще бриллиантовое колье очень неплохо было бы.
Хватит подарков. Маша — совсем не его девушка. Вот вернутся аристократы с каникул, и сразу же о нем забудет. Или все-таки нет? А у него еще аметисты остались… Нет! Пусть сначала докажет, что достойна таких трат. И, вообще, внимания.
Глава 19
Время летит, не останавливаясь
Окончательно платье было готово еще через день. А вот вышла в нем «в свет» Маша только еще через неделю. Договорилась, как и собиралась, через Дивееву, и получила приглашение на себя и Петю на прием к городничему. Второе по значению (после Рождественского бала) общественное мероприятие, проводившееся во время каникул уже ближе
