На поверхности скорлупы образовалась темная трещина, потом вторая… Нарастающий стук, доносящийся из недр золотистой оболочки, становился все громче. Яйцо покачнулось и упало набок. Треугольный кусок скорлупы отвалился и отлетел прямо нам под ноги, являя моему взору глаз, возмущенно щурившийся в образовавшееся отверстие. Послышался требовательный писк, явно призывающий на подмогу. Я метнулась к яйцу, обхватила его руками и принялась осторожно отламывать фрагменты скорлупы, помогая маленькому дракончику, стремящемуся поскорее вырваться на свободу…
Наконец пролом в оболочке расширился настолько, что новорожденное существо смогло выбраться наружу, потягиваясь и расправляя свои еще слабые крылышки, но воинственно поднимая гребень, отливающий всеми цветами радуги. Его золотая чешуя пускала ослепительные солнечные зайчики, отражающиеся от стен пещеры.
– Красавец! – восхищенно засюсюкал Ланс.
– Боец! – констатировал Генрих, обратив внимание на клыки и когти дракончика, едва родившегося, но уже и сейчас не уступавшего размером крупному пони.
– И это точно самец! – вынес авторитетный вердикт некромант.
– Сам ты самец! – Голосок у дракончика был тонким, детским, но в нем четко прослушивались хорошо нам всем знакомые склочные интонации. – А я – мужчина!
– Этк… тьфу, Эллар! – позвала я, чувствуя: еще миг – и все, точно разревусь от счастья.
– Отличное имя ты мне дала, Мелеана! – Дракончик неуверенной походкой подковылял ко мне и уткнулся носом в мои колени, с любопытством тараща ничуть не изменившиеся сапфировые глаза. – Мне оно нравится!
И тогда я не удержалась. Я со всхлипами осела в мягкий песок, обнимая вернувшегося ко мне друга и сбивчиво благодаря всех причастных к сему невероятному событию: судьбу, Смерть, Аолу – всех совершивших подобное чудо.
– Глупая! – насмешливо пожурил Эллар, облизывая мое мокрое от слез лицо своим теплым языком. Он вел себя совсем еще по-детски. – Они тут ни при чем. Это ты звала меня к себе, а я очень хотел вернуться… Гоблины! – Он иронично цыкнул зубиком, автоматически воспроизводя свою излюбленную гримасу. – Какая же это, оказывается, муторная канитель: Обитель затерянных душ, новая реинкарнация…
– Эткин! – вдруг запоздало заорал только сейчас прозревший и бесповоротно уверовавший в реальность всего происходящего Огвур, насмешив нас всех. – Дружище! Так это и в самом деле ты?!
Малыш Эллар важно напыжился, прочно упирая в песок свои маленькие лапки, и в его писклявом голоске уверенно зазвучало ничем не пробиваемое, абсолютно неисправимое драконье нахальство, давно уже ставшее подлинной визитной карточкой нашего крылатого друга:
– Ах, ты еще в этом сомневаешься, орк упертый? – Возродившийся дракон обвел нас ехидным, смеющимся взглядом и выдал финальную фразу в своей обычной манере, окончательно добивая последние сомнения, если таковые еще оставались в чьем-то сознании: – Да я это, я! Ну что, обормоты, не ждали?
Глава 12
Прошло семь лет…
Не вижу смысла врать, утверждая, будто они стали для меня легкими и безоблачными. Проблем хватало, особенно в отношениях с Генрихом, с которым я прожила куда больше тех шести месяцев, что обещала ему согласно заключенной между нами сделке. Барон неоднократно предлагал мне стать его супругой, но я так и не вышла за него замуж, отлично понимая: этот мужчина – не для меня. Правитель Силя был красивым и неглупым, искренне радел о своем народе и пользовался у него заслуженным уважением. Под управлением де Грея сильфы благоденствовали и множились, понемногу возвращая себе былое величие могучей расы. А несчастная любовь, испытываемая их властелином к легендарной Сумасшедшей принцессе, стала новой сказкой нашего времени, придав барону ореол загадочного героя с трагической судьбой. Похоже, Генрих и в самом деле питал ко мне сильнейшую сердечную привязанность, и, возможно, если бы я переступила через свои эмоции и постаралась, то смогла бы стать ему неплохой женой. Но противоречивое несходство наших характеров, проявляющееся практически ежеминутно, полностью убивало в моем сердце желание идти на компромисс с сильфским владыкой. А почти реальный призрак незабвенного Астора, присутствие коего я ощущала постоянно, прочнее стены отделивший мою душу от души барона, по-прежнему являлся мне во сне, целиком и полностью владея моими помыслами и чувствами. Я продолжала страстно, мучительно и безнадежно любить погибшего принца демонов, на веки вечные затмившего для меня всех остальных мужчин.
Устав от ежедневных ссор с Генрихом, происходивших из моего нежелания подчиниться его лидерству и выполнять в доме сугубо женскую роль, я уехала из Силя, реализовав свою давнюю мечту. Я вернулась в Геферт. Избавившись от власти Ледяного бога, Край Тьмы расцвел. Климат тех мест заметно переменился к лучшему, став намного теплее и мягче. Малоснежная и неморозная зима длилась там всего три месяца – с декабря по март, а лето растягивалось на целых пять, радуя высокими температурами и завидной продолжительностью. Со свойственной мне дерзостью, я официально объявила эти всегда пользовавшиеся дурной славой земли своей законной вотчиной. Я переименовала их в Край Роз – настолько сильно пленилась я дикими бутонами алого шиповника, во множестве произрастающими в окрестностях высокой башни, некогда ассоциировавшейся у людей только с отчаянием и безнадежностью. Марвин с Саймоном применили свое магическое искусство, изменив цвет моей будущей резиденции с темного на светлый, – и вот уже обновленный мраморный шпиль радостно засиял жемчужно-серыми стенами, увенчанными посеребренной черепичной крышей. Замок, отныне зовущийся Башней Надежды, господствовал над всем краем, являясь удивительно величественным зданием, воистину достойным называться королевской обителью. Так я начала строить свой новый мир, свое личное государство.
А ведь я нашла-таки самое подходящее применение для сокровищ Эткина, выделяя всем, желающим поселиться в моих землях, некую подъемную сумму, вполне достаточную для строительства дома и покупки коровы с лошадью. Вскоре в Геферт потянулись люди и эльфы, орки и тролли, выразившие готовность жить под моей защитой, принеся мне клятву вассальной верности. Мы собственными руками дружно возродили столицу моего королевства – прекрасный город Геферт, работая будто проклятые. Не щадя сил, я наравне со всеми копала канавы, таскала камни и лепила кирпичи, заслужив искреннюю симпатию своих подданных. Нам помогали властители соседних стран, выразившие единодушное одобрение моему почину. Из Ширулшэна к нам приехали лучшие эльфийские архитекторы, из Нарроны – направленные моим братом Ульрихом корабельщики, создавшие мой флот. Красногорье прислало нам бессчетные стада тонкорунных овец, Офир – роскошную мебель, а Урраг с Рохоссом – табуны быстроногих скакунов. Большая часть драконов вернулась в родные оазисы Ундоры, но некоторые из них навечно обосновались в Краю Роз, создав ему славу самого сильного магического государства на Земле. Так мой Геферт стал огромным, многолюдным городом, вызывающим восхищение всех прибывающих в него гостей, неоднократно воспетым в балладах странствующих менестрелей и пилигримов. Я никогда не командовала его жителями, предоставив им возможность самостоятельно налаживать собственную жизнь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
