Потомок тех самых двадцати семи легендарных небесных дев, вил, из Тридевятого Царства. Тридевятое – название в честь самих сестер, то есть три раза по девять. Всего двадцать семь. Сейчас, конечно, их там гораздо больше.
Только живет крылатый народ обособленно, ни с кем не вступая в связи.
Сами в гости не ходят, то есть не летают, и к себе не зовут.
Ий говорит, они там у себя разговаривают исключительно стихами и песнями. Красиво, наверно. Все Тридевятое Царство – сплошь горы, скалы, горные озера и горячие источники. Живет крылатый народ прямо на скалах, в домах, удивительно напоминающих гнезда, а также в пещерах и подземных ямах.
Удивительна их связь с водой – из всех светлых богов они особенно почитают Дану, свою Хранительницу.
Знают все о полезных свойствах растений – наземных и подземных, и даже невидимых глазу смертного, воздушных. Покровительствуют им. Очень любят музыку, но их музыка в корне отличается от наших песен. Крылатые девы постоянно поют, водят хороводы, играют огромными цветочными шарами, ездят на летающих колесницах наперегонки по звездным лучам.
Сударь Ий особенно благоволит мне.
Наверно, из-за того, что род Йагинь, оказывается, столь же древний, как и у вил.
По мне, так они все-таки немного снобы, но внимание крылатого белокурого вила приятно.
Но он так интересно рассказывает! А поет так, что просто с ума сойти!
Собственно, я сидела и откровенно пялилась на это самое белокрылое диво, после исполненной им песни о несчастной любви крылана и вероломной богини Зареницы*.
(* Заря-Зареница - упоминаемая в русских заговорах богиня утра. Представлялась в виде молодой девушки. Сестра Купальницы, Полудницы и Вечерки)
Мы ужинали на полюбившейся нам всем поляне рядом с минеральным озером, в честь возвращения Рыцаря и остальных, когда Динеке все-таки решилась спросить Авлата о пророчестве Темной Стороны. Мне кажется, или она немного стесняется к нему обратиться?
Впрочем, магиня ведет себя и вправду немного странно. Стоит появиться Рыцарю, как ее извечное женское кокетство куда-то исчезает самым волшебным образом, она теряется, краснеет и чаще всего находит повод, чтобы уйти. Наверно, чувствует себя неловко от его мудрого, устремленного в суть вещей, взгляда ученого. Хотя, с чего бы это? Мне Авлат с каждым днем нравится все больше и больше.
- Второе пророчество, - задумчиво повторил Рыцарь. - Уверяю вас, сударыня, оно столь же идиотское, сколь и ваше. Хотя сделано было вовсе не храмовой пифией, а придворной некроманткой-магиней, ла гранд-мере нашей милой Луизы.
Луиза вспыхнула от внимания Авлата. Без слов было видно, что девушка влюблена в своего хозяина по уши. И он, похоже, единственный, кто этого не замечает. А вот взгляд, которым Дине, в свою очередь, наградила Луизу, мне совсем не понравился.
Да что с ней такое сегодня? Еще с утра, когда прилетел журавлик от Лиодора, в котором сухо сообщалось, что «к вечеру будем», Динеке была сама не своя.
Отказалась завтракать и обедать, во время тренировки пропустила два простейших удара и разревелась ни с того ни с сего, как маленькая. А потом и вовсе сообщила, что и на ужин не пойдет, потому как «неголодна». Мне стоило ощутимых усилий заставить ее прийти.
Авлат, как и ожидалось, не заметил ни вспыхнувших щек Луизы, ни упрямо выдвинутого вперед подбородка Дине.
- В пророчестве было сказано, что светлые вдруг ни с того ни с сего ополчатся на нас, и презрев мирное соглашение, полезут на рожон, требуя от Темного Рыцаря полного смирения.
- Это часть пророчества, Авлат, - ослепительно усмехнулся Ий и подмигнул мне. Хорошо все-таки, что есть у Авлата такой славный друг.
Темный Рыцарь моего восторга не разделил и поморщился.
- Это все Коляда, старый балагур, - беззлобно проворчал он. - Нутром чую, его рук дело. Да, была и вторая часть пророчества. Дескать, успокоятся они только после того, как Темный Рыцарь возьмет себе в жены светлую магиню. Розыгрыш вполне в духе старого греховодника.
Авлат недовольно передернул плечами, а Лиодор заметно напрягся.
- Эй, - хлопнул его по плечу Авлат. - Хессению я не поэтому в гости пригласил, а потому что прабабка ее попросила, как и тебя.
Лиодор промолчал. Вот что за человек? Остальные – нелюди как нелюди, а этот совсем хмурый, угрюмый стал, каждое слово клещами из него вытаскивать нужно. И без того особо неразговорчивый был, бревно бесчувственное, а теперь и вовсе как будто язык проглотил. Михей, то есть Руст рассказал, что оборачивался каждую ночь. Непонятно, когда спал.
- И что же, Авлат? Темная Сторона не осуществила пророчество?
- Как видите, - развел руками Рыцарь. - Дед мой во время пророчества женат уже был на мамми, а она женщина горячая, чуть было не сожгла весь континент к песиглавцам, извините Руст, собачьим. Насилу остановили, говорят. А пап а и вовсе воспылал страстью к иномирянке, и увез ее в один из практически необжитых миров, где климат ей лучше подходит.
- А сам что? – не отставала я от Авлата. Какой он все-таки славный, умный… Невольно стала относиться к нему, как к брату.
- А сам я оказался неспособен на какие-либо чувства. В детстве еще подарил свое сердце науке.
Ребятня, конечно же, присутствующая при разговоре, смотрела на Авлата еще более влюбленными глазами. А Йожка и вовсе заерзала, переводя взгляд то на Рыцаря, то на оборотня, Мелкая вчера сказала мне по секрету, что сама не знает еще, в кого больше влюблена – в Авлата или Лиодора, мол, оба они «умные – страсть!». А еще сильные и красивые, «как песиглавец знает что». Похоже, надо поговорить с Луизой, что особый акцент в воспитании девочки нужно сделать на манерах.
Ой, что-то кажется мне, темнит Рыцарь. Стоит только увидеть, какими глазами он смотрит на своих учеников, и сразу становится понятно, что осталось в его сердце, занимаемом наукой, много места. Просто
