После долгих споров было решено, что каждый, кто может оборачиваться зверем, будет ходить по ночам на охоту. В одном месте стена подступала достаточно близко к лесу, так что в звериной сущности у охотников была хорошая возможность проскочить мимо лагерей кочевников.
Кроме того, все свободное место в поселении было засажено овощами. Понятно, что сразу урожая не собрать, но никто и не рассчитывал на мгновенный результат.
Вода у них всегда была, но за колодцем по приказу Борга все-таки присматривали, как и за всеми людьми в племени.
Всякое ведь бывает. Вдруг у кого-нибудь нервы не выдержат, и он решит впустить врага в город, решив, что таким образом сможет избавиться от висевшей дамокловым мечом опасности.
Все происходящее действительно сильно выматывало. Невыносимо было заниматься своими делами, ощущая, как за стеной поджидают враги, желающие убить их. Из-за постоянного напряжения ничего не получалось, люди нервничали.
Зато, казалось, кочевники не думают напрягаться. Да, некоторые из них погибли (разведчикам удалось убить несколько человек), но это словно никак не трогало неприятеля. Они разбили вокруг поселения основательные лагеря и принялись вести вполне обыденную жизнь, явно намереваясь таким способом выкурить осажденных из-за стен поселения.
Очень часто бывает, когда вялотекущая ситуация разрешается в один момент. Так случилось и с ними. Однажды Борг решил действовать. Он вышел из поселения и предложил Ярду сразиться. Один на один, чтобы проверить, чей бог более могущественен.
Да, к тому моменту они услышали достаточно и знали, что враги считают, будто поселение охраняет какое-то божество, умеющее оборачиваться зверем.
Ярд всегда был превосходным воином, поэтому он тут же согласился, будучи полностью уверенным в своей победе. Да и не мог он отказаться. Всё-таки в этом мире всегда ценилась сила.
За поединком Саша смотрела со стены. Стоило Боргу обернуться зверем, как Ярд замер, а потом выпрямился.
– Я вышел драться с человеком. Не с богом, – произнес он громко. – Без бога ты никто?
Это была явная провокация. В условиях не было обговорено, что Борг обязан драться только в своем человеческом теле.
Вряд ли кочевнику можно было объяснить, что звериный облик Борга – это тоже он. Даже если бы Ярд понял, то, вероятнее всего, продолжил бы гнуть свою линию, так как с человеком ему бороться все-таки проще, чем со зверем, размеры которого намного больше, чем у настоящих махайродов.
У Борга имелся шанс напасть и убить Ярда, но он понимал, что это может сослужить ему плохую службу. Кочевники могли просто не принять такую победу. Видеть их и дальше под стенами поселения ему не хотелось. Он вернул человеческий вид.
Они дрались так, как могут драться только люди, знающие, что проигравшего ждет неминуемая смерть. Даже в облике людей оба мужчины больше напоминали свирепых хищников, желающих разорвать друг друга на мелкие клочки.
И Борг, и Ярд обладали крупными телами. Их силы, казалось, были примерно одинаковыми. Саша смотрела и понимала, что каждый удар вполне мог стать последним. Она сильно нервничала, вздрагивая каждый раз, когда Борг не успевал увернуться. Ей хотелось отвернуться, но она продолжала держать глаза открытыми.
Понимая, что неприятель может играть нечестно, воины племени Борга вышли за стены и встали так, чтобы зорко следить за людьми Ярда. Мало ли, вдруг те ударят исподтишка.
Когда Ярд пал, над лесом воцарилась тишина. Кочевники смотрели на своего предводителя так, будто не верили своим глазам. Спустя пару минут они пришли в себя, и их охватила ярость.
Вспоминая то время, Саша каждый раз вздрагивала. Порой она даже во сне видела хлынувшую толпу кочевников, устремившихся прямо в сторону воинов, окружавших Борга.
Поначалу она подумала, что все они бегут, чтобы отомстить за своего вождя, но чуть позже поняла: владела ими вовсе не жажда мести, а страх. Люди испугались, что их никто не отпустит. Если Ярд погиб, значит, конец и им. Они мерили других людей по себе, поэтому поспешили ударить первыми, стремясь заполучить преимущество.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Под стенами поселения вспыхнул хаос битвы. Некоторые воины Сашиного племени оборачивались, кидаясь на врагов в облике зверей. Кочевники явно боялись, но этот страх сделал их безумными. Они бросались вперед, желая устранить угрозу своей жизни любым способом.
Саша не могла остаться в стороне. Сейчас она даже не могла вспомнить, что именно делала. В памяти остались только яркие вспышки. Честно говоря, ей хотелось забыть даже ту малость, что сохранилась в ее мозгу. Она вполне могла бы прожить без воспоминаний о том, как откусила одному из кочевников руку, а другого насмерть задрала когтями, просто ударив со всей силы ему по груди.
Выдохнув, она потерла лицо ладонями, стирая тревогу битвы, которая уже давно закончилась.
В этот раз потерь было намного больше. Они потеряли множество хороших воинов. Неприятель так и не смог пробраться в город. Впрочем, Александре казалось, что после смерти Ярда кочевники позабыли о своей первоначальной задаче.
Когда все стихло, земля под стенами города была пропитана кровью. Тела лежали так кучно, что Саша, вернувшая себе облик человека, постоянно наступала то на руки, то на ноги мертвецов. Ее мутило от запаха и вида, но она старалась держать себя в руках.
Борг был ранен, впрочем, как и большинство воинов поселения. Корги пришлось потратить все свои травы, а Саше после помогать ему с восстановлением лекарственных запасов.
Многие дома потеряли своих кормильцев. Некоторые женщины повторно вошли в круг, но были и такие, кто отказался, желая жить самостоятельно.
Никто не стал препятствовать, а некоторые даже с интересом решили понаблюдать, как те будут жить и чем питаться. Все решилось просто. Женщины, пожелавшие свободы, делали что-нибудь своими руками, а потом либо меняли это на еду, либо продавали за деньги.
Поначалу все косились на них, но постепенно люди привыкли. Много позже традиция обязательного вхождения в круг была отменена. Женщины получили право сами выбирать, когда и за кого им выходить замуж. Конечно, родители не перестали пытаться влиять на выбор дочерей, но это было уже совершенно иное.
Сражение далось Сашиному племени очень тяжело. У них не было сил преследовать сбежавших врагов. Совет понимал, что где-то там остались женщины и дети кочевников, а может быть, даже часть мужчин, но в тот момент воины их племени не были готовы преодолеть большое расстояние для того, чтобы нанести окончательный удар.
В итоге было решено отпустить.
– Они могут вернуться, – предрек Корги, хмуро глядя на рану Борга. Саша тоже смотрела на крупный порез, видя, как бок мужа слегка подрагивает.
– Я не думаю, – Борг качнул головой. – Их гнал отсюда страх.
– Когда-нибудь они забудут о нем, – произнесла Саша и вздохнула. – И тогда они снова явятся сюда. Наверное, ни в одном из миров люди не могут жить спокойно, без войны, – тихо произнесла она.
Вот только у всех в совете был прекрасный слух. Они посмотрели на нее с интересом, но ничего так и не спросили.
После сражения жизнь в поселении снова покатилась по своим рельсам. Люди постепенно пришли в себя. Спустя время на улицах можно было услышать веселый смех. Казалось, что жизни все нипочем.
Улыбнувшись, Саша отодвинула от себя полную кружку и встала. Положив руку на живот, она приняла решение. Наверное, пришло время стать еще чуточку счастливее.
В конце концов, смерть может ждать за любым поворотом, так стоит ли в таком случае отказываться от жизни?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Эпилог
Скорость была запредельной. Сильный и невероятно быстрый зверь без каких-либо проблем огибал любые препятствия. Эту местность он знал настолько хорошо, что мог пробежать здесь с закрытыми глазами.
Выскочив из-за деревьев, он притормозил. Впереди виднелись величественные стены родного города. Поглядев в сторону дороги, он увидел вереницу телег и экипажей. Кто-то возвращался в город, а кто-то выезжал из него.
