— Я не в состоянии выложить такую кучу денег, — решительно возразил Рейш. — Вы просто пытаетесь выжать из меня как можно больше, прикинув, какой суммой я владею.
— А почему бы и нет? — Вудивер уже не скрывал наглой усмешки. — Вы только подумайте, что произойдет, если слухи, о которых я только что говорил, окажутся правдой! А теперь предположим, что по невероятному совпадению вы трое как раз и есть те преступники. Тогда получается, что меня подло обманули!
— Просто обычные домыслы, — Адам старался, чтобы не дрожали губы.
— А как же сказочное сокровище?
— Оно существует на самом деле. Окажите мне посильную помощь. Через месяц мы улетим за ним, а четыре недели спустя получите такую награду, что вам и не снилось.
— Где? Как? — Вудивер подался вперед, нависнув, словно огромный утес, над собеседником; его голос, исходивший из глубокой пещеры необъятной груди, гремел: — Спрашиваю напрямую: не вы ли распространяете миф о том, что первоначальная родина человека — какой-то далекий мир? А конкретнее — вы сами верите в подобное безумие?
Рейш лихорадочно пытался найти выход из положения. Пытаясь скрыть страх, он с деланным спокойствием произнес:
— К чему тратить время на споры об отвлеченных предметах? Наши предложения предельно ясны, и слухи, о которых вы упоминали, не имеют к ним никакого отношения.
Вудивер судорожно, как сломанная кукла, замотал головой.
— Когда корабль покинет Тчаи, — продолжал Адам, — вы получите все цехины, которые у меня останутся. Мне больше нечего предложить. Если же попытаетесь выдвинуть заведомо невыполнимые требования... — И он оборвал фразу, пытаясь подыскать подходящую угрозу.
Толстяк заметно успокоился, морщины на его жирном лице разгладились. Он заговорил гораздо более спокойным тоном:
— Ну и что вы сделаете? Вы совершенно беспомощны. Стоит мне сказать хоть одно слово — и вас заберут в Стеклянный Короб. Какие там шансы выжить? Никаких. Поэтому вам придется выполнять то, что я требую.
Рейш быстро оглядел ангар. У входа, угрожающе сопя, стоял Артило; на боку у него висел пистолет.
К ним неслышно подошел Дейн Зарр и, не обращая внимания на Вудивера, обратился к Адаму:
— Топливные баки не соответствуют моему заказу. Они нестандартного размера и, кажется, уже длительное время использовались. От них следует отказаться.
Глаза Айлы сузились, рот искривился.
— Что? Отличные баки!
Четко и невозмутимо Зарр повторил:
— Для наших целей они бесполезны. — Он вернулся на рабочую площадку. Дети с тревогой смотрели ему вслед.
Вудивер снова подошел к ним и с подозрительной настойчивостью стал разглядывать.
Адам молча стоял и ждал. Толстяк задумчиво расхаживал по ангару. Наконец остановился и посмотрел на Рейша сквозь узкие щелки глаз.
— Хорошо. Судя по всему, требуется заменить емкости. Как вы собираетесь за них рассчитываться?
— Как обычно. Вы забираете назад свои восемь, привозите четыре новых и предъявляете счет с указанием каждой статьи расходов. Я смогу оплатить только честно составленный документ! И не забудьте, мне еще предстоит потратиться на жалованье техникам.
Делец задумался, прикидывая что-то в уме. Дейн Зарр направился к детям и стал тихо разговаривать с ними. К ним вразвалку подошел Вудивер. Уставший Адам прислонился к столу и, переведя дыхание, трясущимися руками налил чашку чая.
Толстяк по-прежнему стоял рядом с племянниками Зарра. Он вдруг стал необыкновенно ласков, даже погладил мальчика по голове. Старик застыл с каменным выражением лица.
Наконец Вудивер отстал от них. Он перебросился парой слов с Артило. Телохранитель вышел из ангара. Снаружи порывы ветра поднимали рябь на поверхности луж. Толстяк жестом подозвал к себе Рейша и Дейна Зарра. Дождавшись, когда они приблизились, Вудивер меланхолически вздохнул.
— Вы пользуетесь моим безвыходным положением. Хотите получить самое лучшее топливо, но отказываетесь платить. Хорошо, сделаем по-вашему. Артило сейчас увезет обратно баки, которые вы не приняли. Зарр, вы отправитесь со мной и лично выберете то, что вам подходит.
— Сейчас? Но у меня на руках двое детей...
— Да, сейчас, немедленно! Сегодня вечером я собираюсь посетить свое маленькое имение, и несколько дней вы меня не увидите. Как я понял, моя помощь здесь не требуется.
Дейн Зарр долго молчал. Чувствовалось, что предложение ему не по душе, однако он, с явной неохотой, согласился поехать.
Прошло два часа. Солнце, выглянув из-за облаков, осветило пурпурные и алые башни, засиявшие на фоне темного неба. На пустыре показался черный автомобиль Вудивера, который остановился перед ангаром. Из него вышел Артило и направился внутрь. Рейш молча наблюдал за ним, теряясь в догадках. Что могло здесь понадобиться телохранителю? Тот, подойдя к детям, коротко сказал им что-то. Они задрали головы и смотрели на Артило испуганными, широко открытыми глазами, их лица побледнели. Издали Рейш смог разглядеть лишь, как ходили желваки на скулах Артило во время разговора. Дети тревожно и, как показалось Адаму, умоляюще посмотрели в его сторону, но покорно пошли к выходу. Проводив их взглядом, Траз взволнованно прошептал:
— Здесь что-то не так. Что ему от них надо?
Небрежной походкой приблизившись к телохранителю, Рейш поинтересовался:
— Куда ты их забираешь?
— Не ваше дело.
Адам повернулся к детям:
— Не слушайте его. Подождите, когда вернется дядя.
— Он сказал, что хочет нас к нему отвезти, — робко сказала девочка.
— Ему нельзя доверять. Что-то случилось.
Артило молниеносно, как кобра перед броском, повернулся к Рейшу и негромко произнес:
— Мне так приказано. Отойдите!
— Кто тебе приказал? Вудивер?
— Вас не касается. — Он приказал детям: — Пошли. — Потом засунул руку под старую серую куртку, внимательно следя за Адамом.
— Мы с вами не поедем, — сказала девочка.
— Лучше идите сами, а то насильно посажу в машину.
— Только дотронься до них — и я тебя убью, — спокойно сказал Рейш.
Тот отреагировал лишь злобным взглядом. Адам приготовился к поединку. Артило резко выдернул правую руку из-под куртки, и Рейш увидел, что он держит оружие. Адам ринулся вперед и сильно ударил по твердому запястью, но противник ожидал этого. Из левого рукава показалось длинное стальное жало. Телохранитель так быстро атаковал, что Рейш, успев увернуться, все же почувствовал прикосновение острия. Артило сразу отпрянул, держа нож наготове; упавшее энергетическое оружие лежало на полу. Адама охватила холодная ярость: напряжение и слепая ненависть сменились уверенностью в своих силах и бесстрастным расчетом. Не сводя глаз со стоявшего наготове врага, он сделал ложный выпад, чтобы отвлечь его внимание.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
