— В воду ушла. Не желала, чтоб ее колдун жрал.
— А как она с колдуном вообще здесь оказалась?
— Так же как мы. Она хотела слышать, как убьют убийц. Вот и пришла.
— Видят боги, я уже запутался, — сказал невидимый Лелг. — Что тут услышать можно? И каких убийц убийц убивать хотели?
— Убийц своего сына. Принца. Это Клэ-Р может лучше объяснить, — сказала некромантка. — А слушать отсюда можно: расщелины в стене к Белым покоям ведут. Колдун умел со звуками играть — и усилить, и приглушить. Полезное шпионское уменье.
— Ну, не о-ооооочень-то-оо п-ооолезное, — заметил селк.
— Да, умер колдун жестоко, — согласилась Рататоск. — Впрочем, здесь легко ушедших маловато. Наверху этот Угол сраный-пытошный, да и вообще… Тела сбрасывали. Клэ-Р, ты девушка стойкая. Нам очень жаль.
— Она здесь? — спросила гиана у тьмы.
— Да. Ее не пытали. Сразу удуш… В общем, она умерла быстро.
— Не понимаю, — проворчал Лелг. — Вы же говорите, утопилась королева?
— Помолчи, — сказал Жо.
В темноте скрипнуло и Клэ-Р взяли за руку. Тонкие и сухие пальцы — Авель присел перед плачущей гианой.
Холодная темнота. Изредка падает сверху капля. Иво-Онн так ненавидела сырость и холод. Теперь она там — в воде подо льдом. С десятками, а может сотнями душ, прошедшими через Угол Честности. «Не вижу, не слышу, не вмешиваюсь» — не всегда закон срабатывает.
Клэ-Р осторожно сжала пальцы друга-скелета и сказала:
— Я знала. Глупо было надеяться. Я знала.
Шпионы разговаривали о каких-то противовесах, о тайной двери, которую умершие так и не смогли открыть изнутри. О вариантах. Об отливе, воздушных «карманах» и координации. Клэ-Р слушала и не слышала. Думала почему-то о совсем давнем. Мама тогда приходила домой, еще туда — к Скаурской стене, редко из замка приходила, но непременно такая душистая и веселая. Смешно целовала в макушку. Вот, чтоб тем тупым богам вечно в объятьях своих пут вонючих резвиться, — разве это жизнь?! А о жизни в Хомпе вообще ничего и не вспомнишь.
Костяшки фаланг Авеля нагрелись в пальцах гианы. Скелет вроде бы безмолвно говорил что-то хорошее. О том, что там, дальше, за упокоенностью, не так уж плохо. Он знает. Там тепло и друзья. Добрый мертвяк. Наверное потому, что жадная плоть давно с него сползла. Впрочем, Сиплый тоже нормальный парень. Собственно, и кухонник…
Гиана вздохнула и вытерла перчатками щеки — от подкладки пахнуло духами. Некромантка права — живому человеку надлежит быть стойким. И Иво-Онн эти сопли не понравились бы. Хотя маму истинно мудрой трудно назвать.
Клэ-Р стукнула себя по губам и заставила глупую гиану слушать.
… — можешь не донырнуть. Там целый лабиринт каналов, а мертвые разве толком объяснят? Вот как застрянешь…
— Кто-ооооо? Я не-ееее до-оооонырну?
— Спорить какой смысл? Засчитаем как один из вариантов, — сказал лорд Жо. — Поскольку ты, Сиге, если и пойдешь, то уж с точным пониманием ситуации.
— Е-ееееестественно. Иначе Ло-оооо-Та с Вини меня со-оооожрут.
— Тогда работать пора, — сказала некромантка. — Разделимся, благо бойцов достаточно. Мы с Жо — к двери. Попробуем разгадать, что там с механизмом. Клэ-Р, ты как?
— Могу я с вами? Я хоть видела как оно работает.
— Пошли. Милорд, вы аккумулятор вечно экономить будете?
Засиял фонарь — лорд Жо корректно уводил луч от лица гианы. Воспитанный. Так все по цепочке и идет: некромантка через Авеля знает, что гиана взяла себя в руки, лорд-капитан знает, почти всё, что знает жена. И их друзья тоже начинают понимать. И жизнь становится до странности простой и понятной.
… — Канава здесь.
— Да помним, — некромантка шла за супругом, вертя в руке молоток. — Странное место, этот ваш Хомп. Такие тут наслоения. Жо, помнишь в «Лапах» королевский торт делали?
— Ага, «Наполеон».
— Угу. Так здесь слоев даже больше. Такая неистовая древность в вашем Хомпе.
— Прошу прощения, леди, Хомп — не мой, — сказала Клэ-Р.
— Тоже верно. Эх, поработать бы здесь нормально.
— Только не молотком, мое дитя, — предупредил супруг. — Желательно без шума обойтись.
— Это я успокаиваюсь. Тактильно, — оправдалась некромантка.
Лорд-капитан хмыкнул.
Из-за плиты двери не доносилось ни звука. Узники норы начали осматривать стену. Лорд Жо что-то поднял из кучки каменой крошки. Оказалось небольшой нож — таким писцы обычно точат перья. Лезвие было стерто почти до основания.
— М-да, — пробурчал лорд-капитан. — Бывают смерти и поприятнее. Он сам-то далеко? Может, еще что знает о двери?
— Вниз куда-то оттащили. Куски. Я его спрятаться просила, но он упрямился. Стражники встретили, разделали.
— Понятно. Значит, открыть нам не сможет. Кто-то еще рядом есть?
— Замурованный дальше по коридору. Давний. Да еще на цепи. Не выберется. Жо, давай сами разобраться попробуем? Не магический же механизм. Справимся.
В противовесах Клэ-Р понимала мало. Разве что в живых, постельных, пусть им… Супруги спорили, прерываясь на эксперименты.
— Видишь, двигается, но массы не хватает.
— А я что говорю?! Вытек балласт, вот и не тянет.
— Заклинило вверху. Вот послушай, послушай. Клэ-Р, давай!
Гиана очередной раз нажимала камень-ключ. В стене что-то едва слышно дергалось и утихало, лишь в ладонь шла дрожь. Издохла дверь. Супруги сидели внизу, прислушивались, прижавшись ушами к стене.
— Не должно сильно расклинить. Раз с той стороны рычаг работает, то и отсюда…
— Просто резервуар частично опустел. Но причина должна быть. Вот работала-работала система и именно сейчас. Тьфу!
— Возможно, механизм во время пожара повредили, — прошептала Клэ-Р. — Прямо за стеной горело. Лампа, потом гобелен.
— Ага! Я и говорю — вытекло!
— Да мне индифферентно. Главное, чтобы сильно не расклинило, — упрямилась некромантка.
Кажется, внизу поцеловались. Клэ-Р, глядя во тьму, покачала головой. Благородные люди, капитан и некромантка, а как дети.
— В любом случае, намертво плита не должна засесть. Приподнимем.
— А смысл? Здесь тесно. Двое держат, а у них между ног кто протиснется? Белка?
— Я слишком отожралась, — отозвалась Рататоск. — Значит так: приподнимаем, стопорим, идет Авель. Его можно частично протиснуть. Ножом он с той стороны нажмет. И куда эта падла денется? Поднимется.
— Допустим. Можно попробовать. Но дальше? Опять мы, коридор, и весьма нервная стража, — лорд Жо похлопал по двери. — Вполне возможно, мы прорубимся. Но…
— «Но» нам не нужно, — заверила некромантка. — Мы все целыми должны уйти. Прорубаться — это в крайнем случае. Мы так обещали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
