я последовал совету погибшего друга: утер слезы, добежал до люка и нырнул в чрево умирающего «Тамерлана».
Но на этом ужасный день не закончился.
Глава 44. Побег «Ашкелона»
– Недалеко, – произнес я про себя, бегом двигаясь вдоль разбитого трамвайного пути.
Споткнувшись, я облокотился на стену тоннеля, оставив кровавые отпечатки ладоней на металле.
– Недалеко.
Почти все солдаты послушались приказа и ушли вперед, чтобы забрать Корво с мостика, или отправились прямо на «Ашкелон», дожидавшийся в кормовом трюме. Я снова закашлялся, в равной степени от остаточного эффекта токсина МИНОСа и от легкого дыма, заполонившего тоннель. В висках стучало, во рту пересохло от жажды.
– К черту коня… – пробормотал я, и оставшиеся со мной солдаты, включая энсина Леона, наверняка подумали, что я спятил. – Полцарства за глоток.
Из заушного динамика раздался голос Отавии:
– Шаттлы приземлились на верхней палубе. Внутри корабля вражеский десант.
– «Ашкелон» в безопасности? – спросил я, ускоряя бег.
– Пока да.
– Я отправил к вам группу.
Мои каблуки клацали по металлическому полу в унисон с топотом босых солдатских ног. Коридор немного поднимался в сторону кормы, и с каждым шагом мы оказывались все выше. Кругом царил беспорядок, все было перекошено, из-за чего казалось, что мир целиком набекрень.
Так оно в некотором смысле и было.
Паллино погиб. Айлекс погибла. Бандит, Элара, Дюран. Коскинен, Феррин, Халфорд… весь Красный отряд погиб, как будто его и не было.
– А что основная армия? – спросил я, пробегая мимо перпендикулярного тоннеля.
Здесь трамвайная сеть «Тамерлана» разветвлялась, и побочная ветка шла не вдоль, а поперек корабля. Впереди была станция охраны, один из укрепленных постов службы судовой безопасности. Там можно было раздобыть оружие и перезарядить мой щит.
– Они… почти закончили, – запинаясь, ответила Корво.
«Почти закончили». Это прозвучало зловеще и не полностью раскрывало правду. То, что сьельсины «почти закончили», было убийством девяноста тысяч человек. Я невольно стукнул кулаком по переборке, едва не отбив правую руку. Еще немного, и «Тамерлан» наводнит сьельсинская орда, и наш дерзкий побег превратится в дикую охоту.
– Лорд Марло! – крикнул Леон, опережавший меня шагов на двадцать. – Сюда!
Дверь станции была заперта, но усилиями трех человек мы смогли ее вскрыть. Я бы воспользовался мечом, но джаддианский клинок лишь дымился и чихал искрами. При ближайшем рассмотрении мои худшие опасения подтвердились: резервуар пентакварковой высшей материи треснул от атаки Ауламна и редкое вещество улетучилось.
Старый меч сломался с концами.
Но у меня не было времени печалиться о погибших друзьях – что уж говорить об оружии. Леон с товарищами нашли в сейфе несколько фазовых дисрапторов и поясов-щитов. Несмотря на трясущиеся руки и другие травмы – двое солдат были ранены в ноги и сильно хромали, – они экипировались довольно быстро, пряча страх под масками невозмутимости. Я с трудом отважился напомнить себе, что был не одинок в своих страданиях.
Было тяжело.
– Сэр, держите, – протянул мне свежую батарею Леон.
Я посмотрел на фазовый дисраптор в левой руке – я мог держать его и правой, но не слишком уверенно – и вставил батарею в пояс.
– Одним выстрелом из дисраптора сьельсина не остановишь, – сказал я солдатам.
Похожая на миелин субстанция, которой были покрыты нервы ксенобитов, была плотнее нашей и более устойчива к излучению дисраптора.
– Увидите врага, стреляйте, пока тот не упадет.
Леон с солдатами кивнули.
– Все системы работают? – спросил я, обводя взглядом побитую ошалелую группу. Меньше дюжины человек.
– Сэр, – только и ответила мне бритоголовая девушка-рекрут с татуировкой Красного отряда на шее, проверив свое оружие.
– Идем.
Мы оставили пост охраны и трамвайную платформу и поспешили в простой зал, подсвеченный лишь аварийными красными лампами. Свет напоминал подземелья Дхаран-Туна, и мне стало не по себе.
«Страх отравляет, – повторял я про себя, но афоризм не успокоил истерзанные нервы. – Страх отравляет».
По мере продвижения дым становился все гуще. Недалеко впереди располагались лифты, ходившие по всему периметру линкора. Сейчас они наверняка не работали. Система аварийного питания обеспечивала работу орудий, но шахты лифтов наверняка были повреждены при падении корабля и не подлежали ремонту. Нам предстояло спускаться по лестницам и служебным коридорам, чтобы добраться до пускового ангара с «Ашкелоном».
Вдруг палуба пошатнулась, изогнулась и упала на пол-локтя, после чего остановилась.
– Земля и император! – вырвалось у одного солдата, от испуга прыгнувшего к стене.
– Не останавливаться! – скомандовал я и сам повел группу в следующий отсек.
Корабль продолжал разрушаться, разваливаться под собственным весом, как чувствительное глубоководное существо, выброшенное на сушу. Металлический коридор раздвоился, разошелся по швам; металл рвался, как бумага. Повсюду нас преследовал скрежет искореженного железа.
– Они на корабле, – сообщила Корво. – Я заперла все шлюзы, какие смогла, но надолго их это не остановит.
Бежать оставалось недалеко, примерно полмили до лифтового вестибюля и затем несколько уровней вниз по лестницам к пусковым ангарам.
– Солдаты у вас?
– Пока нет, – ответила Корво.
– Тогда черт с ними, – сказал я. – Выбирайтесь сами. Мы почти у лифтов.
– Где вы? – перебила Валка; ее голос был звонким, но натянутым как струна.
– Уровень «Гэ», в полумиле от лифтов.
– «Гэ»?! – Тревогу в голосе Валки можно было потрогать на ощупь, словно она была осязаемым объемным предметом. – Это на восемьдесят четыре уровня выше, чем надо.
Это откровение остановило меня лишь на секунду. Леон с бритоголовой девушкой промчались мимо с дисрапторами наготове. Я знал, что побег не дастся нам легко.
– По крайней мере, нам вниз, а не вверх, – произнес я и добавил: – Главное, чтобы тут все окончательно не развалилось.
– Этот корабль никогда не должен был приземляться, – ответила Валка и тихо, как будто про себя, продолжила: – Сьельсины слили все топливо, но «Ашкелон» не тронули.
– Наверное, приняли за шаттл, – вставила Корво, – а ближе не рассмотрели.
– Корво, вам пора уходить. Вы еще дальше от ангара, чем мы.
– Зато я бегаю быстрее, – парировала капитан. – Сами поторапливайтесь. Люк, через который вы забирались, уже нашли. Сколько с вами?
– Одиннадцать, – сосчитал я.
– Одиннадцать?
Я представил ужас на лице Корво. И она задала самый страшный вопрос:
– Бандит? Паллино?
Я на ходу зажмурил глаза, автоматически, из необходимости передвигая ноги.
– Погибли.
Молчание обеих женщин было оглушительным, и я не сразу услышал первые выстрелы. Но выкрики солдат привлекли мое внимание.
– Земля и император!
– Как они нас опередили?
– Назад! – закричала бритоголовая девушка. – Назад!
Их босые ноги зашлепали по металлическому полу. Они выскочили из коридора мне навстречу, задержавшись лишь для того, чтобы вполоборота выстрелить назад. Из темноты появились Бледные: рогатые сьельсинские морды с черными бездонными глазами и блестящими зубами,
