Главное, что новая схема обращения с деньгами позволит превратить их в средство тонкой дифференциации и улавливания динамики символических процессов. Денежные знаки, напрямую связанные с субъективными оценками, выведут суждения из плена бинарных оппозиций – тех самых набивших оскомину «да» и «нет», «высокого» и «низкого», бесконечное перемалывание и пережевывание которых не продвигает ни на йоту вперед. Ведь именно в этой полярности камень преткновения гуманитарной мысли, оказывающейся хронически бесплодной в анализе многополюсных пространств, сотканных из разнородных мотивов и интересов. Курт Левин, ясно понимавший эту сложность, предложил теорию поля. Однако для ее практического применения необходимы количественные измерения, которым в его время было вовсе не подступиться[837]. Можно сколь угодно тщательно описывать состояния и фиксировать нюансы, но когда приходит черед практических действий, различия языка, на котором стороны пытаются договориться, становятся непреодолимой преградой. То же относится к ситуациям, в которых действуют разнонаправленные силы. Даже если их удалось верно нащупать и поименовать, вопрос с измерением остается открытым – а без этого невозможно вывести равнодействующую силу и определиться с общим вектором движения. И уж совсем катастрофа, когда все решает относительная динамика процессов[838]. А такое бывает весьма часто. Или когда система близка к пороговым значениям, за пределами которых она радикально меняется. (В переломные моменты сторонники разных позиций могут находиться по разные стороны «склона», и в силу этого по-разному оценивать положение. Зачастую они не осознают этого и не способны мыслить в единой системе координат.) Потому и не удается вырваться из топких дискуссий о «высоком» и «низком», о том, что хорошо, а что плохо – вербальные конструкции не предполагают суммирования разнородных логик. Их удается обозначить, но никогда – свести воедино и сбалансировать.
Как читатель мог убедиться, идея по-новому приладить деньги к культуре буквально витает в воздухе. Однако для того чтобы создать реально работающий механизм, необходимо с ювелирной точностью состыковать ряд моментов. Деньги в их обычном применении эффективны благодаря комплексности их функций: измерения, обращения, платежа, накопления. Точно так же патронатно-коллаборативные схемы с использованием деньг войдут в обиход только при условии совмещения сразу нескольких функций. Первейшая из них – сигнальная, вторая – патронатная (отчисления в адрес авторов и правообладателей), третья – учетная (самоуправление индивида с учетом личностной активности). Причем принципиально важно, чтобы процедура учета была удобной, необременительной и чтобы сам человек был в ней искренне заинтересован, поскольку запустить процесс за счет волевых усилий мало реально[839].
К настоящему времени в распоряжении изобретателей и практиков оказались многие важные слагаемые новой схемы, предложенной в данной книге: файлообменные технологии, добровольные постфактумные платежи, коллабортивная фильтрация. Но взятые по отдельности, они не складывались в самодостаточную жизнеспособную систему и оставались инструментами для ограниченного круга задач. Ключевая новация современности – институт независимой потребительской сертификации культуры – возможна лишь при условии, что будет задействован весь комплекс идей, а также при полной совместимости с рыночными механизмами.
Когда речь идет о социальных благах, связанных с добровольной оплатой за культурные продукты, большое значение имеет набор критической массы приверженцев. Всякая норма поведения формируется в соответствии с законами сетевых благ – чем больше людей ее исповедуют, тем она ценней и устойчивей. Но чтобы множество людей перешли к практике постфактумных платежей, идея должна быть сначала понята и принята, а это приходит в основном все с той же практикой. Сложность именно в синхронности и параллельности названных процессов, впрочем, эта задача решаема, и она не многим труднее, чем при всяком реформировании. Учитывая, что человек глуховат к неэкономической аргументации, платежи, сигнализирующие о качестве продукта или услуги, следует популяризировать не как форму патронажа, а как способ информационного самообеспечения пользователей.
Большие и малые социальные процессы (от революций до «голосования ногами», когда зритель выстраивается в очередь «за культурой») – их ход и сама возможность во многом зависят от того, насколько застрельщики/лидеры/активисты осведомлены об умонастроении и намерениях других людей. Ведь решимость действовать подпитывается поддержкой. Тут срабатывает та же логика, что и с сетевыми благами: их вес увеличивается с расширением круга пользователей. Электронная сеть достигла такого уровня развития, когда сообщества единомышленников консолидируются с необычайной быстротой, – а это стократно преумножает шансы полезной инноваций. К тому же в настоящее время рынки вышли на уровень столь тонких рефлексий, когда они способны выявить не усредненное качество, и даже не то, как его оценивают потребители, а то, что последним известно друг о друге.
Для обществ, построенных на уважении индивидуальных ценностей и свобод, изобретение взаимовыгодной денежной фильтрации –настоящий кладезь возможностей, сопоставимых разве что с открытием новых видов энергии. Людям предстоит освоить новый информационный ресурс, вызволив его (словно из недр атома) из составляющих социум элементарных частиц – из самих себя. А конкретным формам применения этого ресурса несть числа: от простейшей (но сейчас нетривиальной) персональной навигации в товарном изобилии до фундаментальных изменений в культурных процессах.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
Аакер Д., Йохимштайлер Э. Бренд-лидерство: новая концепция брендинга. М.: ИД Гребенникова, 2003.
Абульханова К., Березина Т. Время личности и время жизни. СПб.: Алетейя, 2001.
Акерлоф Дж. Рынок «лимонов»: неопределенность качества и рыночный механизм // THESIS. Вып. 5. 1994. С. 91–104.
Альбини С. Контракт твоей мечты // Maximum Rock’n’Roll [on-line]. № 133. 1993 [цит. 5 окт. 2004]. Доступно по URL: <http://indie.chat.ru/Albini.html>.
Алябьева Л. Литературная профессия в Англии в XVI–XIX веках. М.: Новое литературное обозрение, 2004.
Аузан А. Институциональная экономика. М.: Инфра-М, 2005.
Батай Ж. Проклятая доля / Пер. с фр. Б. Скуратова и П. Хицкого. М.: Гнозис; Логос, 2003.
Беньямин В. Произведение искусства в эпоху его технической воспроизводимости: Избранные эссе / Пер. с нем.; под. ред. Ю.А. Здорового М.: Медиум, 1996. С. 15–65.
