от двоих Ксай ушел, с одним пришлось драться. И через полчаса он стоял на краю поляны, усталый, но готовый сражаться до самого конца. Ответ на вопрос профессору о том, что делать с провинившимся охотником, привел его сюда.
Ничем не примечательная поляна метров десять в диаметре, окруженная вековыми дубами и березами. Если чувство направления не обманывало, это и есть центр арены, где обычно встречаются претенденты. Бывало, что кто-то хитрил и намеренно кружил по своей половине, заманивая противника в ловушку, но сейчас, по всей видимости, не тот случай. Теперь предстояло найти кузину, когда она ищет его или готовит ловушку.
Осторожный обход поляны по краю дал понять, что он пришел первым. Это обнадеживало. Но как встречать ее? С мрачной усмешкой Ксайрон прошел в центр и воткнул в землю меч. Капнул на рукоять немного крови и прошептал заклинание, разнесшееся эхом. Теперь любой, кроме него самого, при попытке взять меч получит серьезные порезы. Сам княжич скрылся за самым толстым и удобным деревом, готовый к последней схватке.
Что эта дуэль состоится, Ксай знал, как знали все, кто наблюдал сейчас. Темные охотники всегда давали шанс своей цели, даже если это последний негодяй и злодей. На других осколках такой бой называли божьим судом, но охотники эльери видели в нем иной смысл. В том, чтобы загнать цель в ловушку нет чести, считали они. Если ты не способен одолеть своего противника в честном бою, значит ты слаб или занялся не своим делом. Лишь в одном случае охотники не давали жертве шанса – если нужно взять ее живой и доставить на суд. Сейчас не тот случай. И Ксайрон терпеливо ждал.
Он ожидал чего угодно, только не этого. На поляну, совершенно не скрываясь, выскочила женщина. Темные волосы растрепаны, одежда в нескольких местах разрезана, виднеется кровь, меч в ножнах на боку.
– Помогите! – кричала она красивым поставленным голосом. – Он свихнулся! Я всего лишь смотритель!
Княжич инстинктивно дернулся было вперед, но замер от понимания всей нелепости момента. Будь она смотрителем, ее бы давно уже вытащили товарищи. Значит, это Велина? Да, определенно в ней есть черты Фаронаров.
Пока он размышлял, Велина подошла ближе к мечу. Больше она не кричала и озадаченно осматривала оружие. Видимо, пора выходить, решил Ксай.
– Привет, кузина, – сказал он, выйдя из своего укрытия. – Рад, что ты добралась, а то я уже засыпать начал. Прости, нас не представили. А ты вела столь тихий образ жизни, что я и не слышал о тебе ничего.
Ксай остановился в пяти метрах от нее с разведенными в стороны пустыми руками.
Она резко повернулась к нему. Замешательство на лице сменилось ядовитой ухмылкой, что портила красивое лицо. Кузина подошла еще ближе, встала совсем рядом с мечом.
– Велина. А это не ты потерял, милый братик? – певуче уточнила она и положила руку на эфес меча. И тут же отдернула ее с возгласом возмущения и боли. – Какого… но как?.. Ай…
Она сжала окровавленную правую руку левой и удивленно смотрела на Ксая. Но даже удивление не помешало Велине прочитать заживляющее заклинание, довольно слабое, как заметил княжич, видимо, тоже экономила силы. Руку на секунду окутал серый туман, после чего кровь остановилась, но полностью порезы не исцелились.
– Ты не Ксантар, – обвинила она его. – Он не владеет магией крови.
Велина вытащила меч из земли и откинула его в заросли с торжествующей улыбкой. И достала свой меч, перехватила его левой рукой – довольно ловко.
– Финальный бой, кузен. Приступим, – пригласила она.
– Конечно, – очаровательно улыбнулся Ксайрон и из наруча выскользнул коготь.
Велина прошипела что-то невнятное, но явно не очень вежливое и вытянула вперед руку для сотворения заклинания. Но тут же скривилась и зашипела от боли. Ксайрон ответил еще одной улыбкой.
– Ой, – воскликнул он в притворном удивлении. – Сложно колдовать, когда основной канал выхода поврежден. Но не переживай, я тоже постараюсь не использовать магию. Если ты не придумаешь чего-то еще.
Вместо ответа она со злобной гримасой бросилась в атаку. С улыбкой Ксайрон принял ее первый удар на коготь. Как хорошо, что она попалась в его ловушку. Теперь бой магией почти исключался. Если кузина не использует слова или глаза. Конечно, оставались еще пальцы, но нужно сосредоточиться, чтобы пустить магический ток в обход порезанной ладони. А позволять этого он не собирался. Потому перешел в нападение.
Ксайрон знал, насколько кэтасы неудобные противники для обычных мечников, но Велине повезло чуть больше других, раз она оказалась левшой. И все же ей приходилось держать меч в ладони, а Кэтас крепился к запястью и так становился продолжением руки владельца – не выбить. Можно попробовать разрезать кожу крепления, но она зачарована, да и владелец не позволит.
Так они кружили по поляне, сталкивались и расходились под звон оружия в причудливом танце смерти несколько минут, пока Велина все же не нашла способ использовать магию. В какой-то момент она отпрыгнула и топнула ногой. Земля задрожала и пошла волной, угрожая сбить Ксая с ног. Пришлось отпрыгивать назад и выпускать магию воды, от чего твердая земля превратилась в вязкую грязь – ноги Велины и Ксая тут же оказались в ней по щиколотку. Княжич первым успел воспользоваться преимуществом и заморозил грязь вокруг кузины.
– Нет! – Велина возмущенно и испуганно вскрикнула, но, надо отдать ей должное, не стала пытаться высвободиться, а заняла защитную стойку. Эхо разнесло несколько слов заклинаний, окутавших ее золотистым сиянием, но на атаку магией Ксайрон времени ей не оставил – снова атаковал напевая веселую мелодию.
Магия звука пробила защитные заклинания, пока коготь звенел о меч, а после победа стала довольно простым делом. Ксайрон провел обманный маневр, заставивший Велину отвести меч, и приставил коготь к ее шее.
– Вот и все, – без торжества в голосе заявил Ксай.
– Зачем ты вообще явился! Будь ты проклят! – прорычала она, но выпустила меч и подняла руки.
– Это долгая история. Но если коротко, то не мог не вернуться.
Стоило Велине поднять руки, как все окружение – лес, поляна, горы вдалеке – начало исчезать. Уже через минуту они стояли на траве в самом центре арены. Со всех сторон неслись аплодисменты и крики радости и восторга. Несколько эльери спустились с трибун и шли к ним. Ксайрон заметил и двух стражников. Они подошли первыми, надели на кузину наручники, что
