Попадание в живоловушку не влечет за собой выработку отрицательного отношения к самолову, если не сопровождалось болевыми ощущениями, испугом и другими неприятными последствиями. Безнаказанное посещение ловушки способствует выработке у зверя бесстрашия к ней. При длительном пребывании в западне звери некоторых видов, например песцы, как бы приручаются. Повторное попадание в живоловушки отмечено для всех зверей семейства куньих и для всех животных семейства псовых, за исключением лисиц и волков. Трехлапые горностаи, потерявшие ноги в капканах, ловятся реже, чем трехлапые колонки.
Многие животные при попадании в капкан кричат. Встает вопрос: имеет ли этот сигнал какой-либо биологический смысл? Обычно крик привлекает особей того же вида, которые относятся к пострадавшему безразлично, а зачастую и агрессивно. Подоспевший же на крик хищник получает поживу. Таким образом, поданный сигнал обращается зачастую во вред пострадавшему. Очевидно, попадание в самолов у зверя ассоциируется с попаданием в когти хищника. В последнем случае крик бедствия может принести успех. Подоспевшие собратья или другой, более сильный хищник могут привести в замешательство или устрашить агрессора, и он выпустит жертву. Подобное явление нередко наблюдается среди птиц. Крик маленькой птахи в когтях ястреба собирает пернатых обитателей округи, что в отдельных случаях приносит ей избавление. Капкан же — объект неодушевленный, и «челюсти» его не разомкнутся даже с приближением тигра. Таким образом, можно утверждать, что данная целесообразная поведенческая реакция дикого животного в антропогенной среде теряет свой смысл и становится вредной для вида.
Поведение зверя в самолове определяется рядом факторов, например соотношением массы капкана и массы самого животного. Чем легче капкан, мельче снег и сильнее зверь, тем дальше он уходит. В годы миграций зверьки (белки, песцы, соболи и некоторые другие) при попадании в живоловушки ведут себя более энергично: активнее ищут способ выхода на свободу, больше грызут западню изнутри. На поведение зверя, попавшего в капкан, влияют особенности его экологии. Все водные животные стремятся в воду, древолазы пытаются забраться с капканом на дерево, землерои спешат в нору и т. д. Крупные грызуны быстрее хищников прогрызают деревянные стенки живоловушки. Имеются и видовые отличия, причем не только среди далеких, но и среди близких видов. Так, белый хорь ведет себя беспокойнее черного хоря, а малый суслик агрессивнее горного.
Возможны региональные и популяционные особенности поведения, например у барсуков, пойманных в ловушки. Проявляется индивидуальная изменчивость: одни особи отличаются покорностью, другие агрессивностью, которая чаще присуща взрослым, матерым зверям. Молодые зверьки меньше грызут капканы и ломают зубы. Однако среди сурков взрослые особи ведут себя в капкане спокойнее молодых. Активно вырывающиеся звери скорее погибают, чем ведущие себя уравновешенно, однако имеются исключения. Все животные, внезапно попадая в темноту, снижают двигательную активность, перестают биться и ведут себя спокойнее. Поэтому пойманному зверю на голову надевают мешок, а мелкому зверьку рукавицу или что-то подобное. Играет роль плотность материн: чем меньше через нее проникает света, тем спокойнее ведет себя животное. Сачком из брезента в зоопарках ловят даже львов. Существуют и другие приемы, снижающие буйное поведение: сдавливание корня уха у лося, опускание ловушки с ондатрой в воду и др.
Стремление к свободе является инстинктивным, оно присуще всем диким зверям и птицам. Еще И. П. Павлов отмечал, что «рефлекс свободы» есть общее свойство, общая реакция животных, один из важнейших прирожденных рефлексов. Поведение зверя, направленное на то, чтобы вырваться из ловушки, служит частным случаем проявления данного инстинкта.
Избавляются звери от капкана, срывая или разрушая его, иногда ценой потери собственной ноги и, наконец, с помощью человека. Сорвать капкан удается в том случае, если он закреплен намертво или когда зверь продирается сквозь чащобу, залезает в узкую нору и т. д. Сломать капкан могут лишь сильные звери. Крепкие зубы и мощные челюсти позволяют вырвать плохо закрепленную дугу, сломать перекаленную пружину, ставшую более хрупкой на морозе; иногда зверь получает свободу, случайно наступив на пружину свободной лапой, сдавливание пружины может произойти и в момент пролезания между деревьев. Нередко избавляются от капкана, отгрызая собственную конечность, ломая кость, повреждая кожу и сухожилия, отрывая защемленные пальцы или когти. Соболь, лисица, заяц, ондатра и другие звери чаще уходят из капкана, откручивая лапы, если попадают в него передними конечностями. У некоторых животных, например у ондатры, сурков, проявляется стремление закопать капкан, висящий на ноге, в землю или стенку норы, что не приносит им свободы.
Многие хищники, пытаясь избавиться от капкана, отгрызают собственную лапу, другие, например соболь, делают это в редких случаях, есть и такие, скажем, барсук, которые никогда не грызут свою ногу. Склонность к самопогрызам более свойственна северным животным, нежели южным. Это можно объяснить тем, что при отрицательной температуре воздуха теряется чувствительность в схваченной капканом лапе. Но ясно, что самопогрызание зависит и от видовых особенностей зверя. Например, енот-полоскун, акклиматизированный в Азербайджане (регионе с теплым климатом), безжалостно грызет свою защемленную конечность, что, возможно, связано с пониженным чувством боли у животных данного вида.
Поведение домашней собаки в капкане резко отличается от поведения ее диких сородичей: волков, шакалов, лисиц и песцов. Собака действует, рассчитывая на выручку человека: постоянно дает голосовые сигналы о своем бедственном положении, сильно не рвется, т. е. ведет себя в соответствии с положением доместицированного животного, судьба которого зависит от людей и которое рассчитывает на помощь хозяина. Длительное пребывание и капкане ведет к психическим сдвигам у домашних животных, например у собаки, кошки, к изменению их отношения с человеком.
При попадании лапой в петлю звери чаще перегрызают ее, чем когда попадают в нее головой. Остаться живым, попав в петлю головой, может лишь зверь, ведущий себя в удавке спокойно (например, рысь, ирбис), или животное с короткой и мускулистой шеей (медведь, сурок, хомяк). Умение снимать с себя петлю с помощью лап при первом попадании в нее наблюдается в отдельных случаях у антропоидов, а также у других зверей с развитыми хватательными способностями конечностей (у енота-полоскуна, росомахи, сусликов, сурков, серой крысы и др.). Избавление происходит обычно на основе беспорядочных панических движений, а не последовательных действий. Удивительная способность кротов освобождаться от петли, вероятно, выработалась в связи с необходимостью избавляться от корней растений, в которых эти зверьки могут запутываться, постоянно роя в земле тоннели.
