– Ты был другим!! - прогремели в ответ слова, такие мощные и сокрушающие слух, что в горах посыпались вниз камни. Нависшая над берегом волна вдруг застыла, и в ней появилось лицо - прекрасная женщина, впавшая в неописуемую ярость. - Не смей обманывать меня: ты не Создатель. Ты и не тот беспомощный, но полный любви и умиротворения человек, который пришел на мой берег искать смерти. Теперь ты тот, для кого я и должна служить барьером: колдун, рвущийся на берег простых людей, колдун, ищущий мести и готовый ради нее сражаться и убивать! Теперь в тебе не осталось любви. Не осталось умиротворенности. Ты стал таким же, как твой брат, стремившийся на Правый берег ради войны и крови. Однако хватит для меня унижений: ТЫ не пройдешь!
– Ошибаешься! Ты кругом не права! - прошипел Слепец сквозь сжатые губы. Пока Река говорила, он уже сосредоточил свои невидимые войска, и сейчас нанес внезапный удар. Вздыбившаяся волна вместе с застывшим на ней лицом превратилась в огромную стену льда… На мгновение Слепцу стало жаль противника, изо всех сил пытающегося выполнять свой долг - ему даже показалось, что женское лицо на боку волны искажено не яростью, а гримасой тоски и бессилия. Однако, тут же послышался страшный, оглушительный треск. Замерзшая махина подалась вверх, поднимаемая туда еще более могучей волной. Все это грозило обрушиться на берег и похоронить под массами льда и Слепца, и его друзей, и изрядную часть ближайшей террасы. Воины воды, повинуясь приказам своего командира, немедленно заняли позиции в трещинах на склоне ближайшей горы и взорвали его изнутри. С раскатистым звуком, похожим на многократно усиленный треск ломаемой палки, кусок камня величиной с хороший дом вылетел из горного бока и, описав дугу, врезался в замерзшую волну. Тучи осколков камня и льда самых разных размеров полетели во все стороны, размалывая скалы, разбивая в щепы редкие деревья и безжалостно рубя желтое тело Реки. Жуткий рев разнесся над вершинами гор и спустился вниз с грохотом осыпей и далеким гулом сошедших лавин. Река снова попыталась нанести удар - на сей раз, протянув к обидчику длинное и тонкое щупальце. Однако ледяная пластина, внезапно сгустившаяся в воздухе прямо над ним, упала вниз и отсекла большой кусок, который, извиваясь, стал метаться по берегу и разбрасывать по сторонам мелкие камни.
И эта неудача не заставила Реку сдаться. Несколько тонких и длинных жал вырвались из земли в опасной близости от Слепца. Видно, слизень протянул щупальца под землей, намереваясь пронзить врага, посадить его на вертел - или хотя бы ухватить и разорвать на куски. Промазавшие жала тут же стали гибкими веревками, жадно потянувшимися к врагу. Ни одно не успело достигнуть цели. Снег, из которого они вылезли, с душераздирающим скрипом и скрежетом превратился в твердейший лед. Отрезанные щупальца бессильно упали и тут же вмерзли в наст.
Теперь пришел черед атаковать Слепцу. Над Рекой сгустились низкие сизые тучи, из недр которых брызнул крупные град, принявшийся безжалостно сечь желтое тело слизня. Тот извивался в своем тесном ложе, уже не думая о нападении, и глухо, на пределе слышимости, ревел. Слепец воздел руки к небу, так как почуял победу - но рано, слишком рано. Река не сдавалась!! Ураганный ветер, принесшийся с юга, разметал в клочья все тучи и поднял на желтой поверхности новые волны…
Эта битва могла продолжаться сколь угодно долго - до тех пор, пока один из бойцов не ослабнет и не упадет без сил. В один отдельно взятый миг Слепец был сильнее Реки, и, будь на ее месте человек или даже какое огромное чудовище, оно пало бы под натиском могучей атаки. Но слизень был невообразимо, непостижимо велик. Он мог погибать и воскресать часами, сутками, неделями. Никто, кроме, разве что самого Джона Торби в его первозданном виде не смог бы побороть Реку. Никто. Сомнения в собственных силах и собственной "полубожественной" сущности снова проникли в мозг Слепца. Если даже часть Торби есть внутри меня, думал он, отчего же Река не признала меня? С другой стороны, если ни капли Создателя не присутствует внутри тела его сына, почему жуткое чудовище до сих пор не смогло уничтожить его? Очевидно, истина в том, что Река не понимает "половинчатости". Ее хозяин - Джон Торби, единый и неразделенный на две части… а потому не стоит пытаться подчинить слизня. Нужно пользоваться моментом и переходить через мост.
Он все еще стоял между берегов - но лишь потому, что Слепец не переставал удерживать его на месте силой своего разума. Долго так продолжаться не могло - сначала он "отпустит" мост, а потом и уступит неослабевающему напору Реки и погибнет. Он и сейчас уже слишком устал… Его многочисленные, такие шустрые и исполнительные раньше воины сбивались в кучки уже не горели желанием вступить в бой. Последним усилием разума Слепец призвал на помощь все оставшиеся силы. Он прижал руку к груди, чтобы тепло талисмана прибавило уверенности… Полупрозрачное, серебряное, как сама вода, сияние прорвалось сквозь крючки и залило все вокруг. Огромные массы снега и льда полетели вниз с окрестных гор, прямо на желтые волны, уже готовившиеся захлестнуть берег в новом бешеном штурме. Сугробы были так велики, что их верхушки выступили далеко вверх над скалистыми краями берегов, и даже над балюстрадой моста. Они затрещали так, что камни под ногами людей заходили ходуном - и сковали Реку толстым, прочным панцирем. Река билась под ним, и это было прекрасно слышно. Она металась и ярилась, но легионы воинов воды стояли из последних сил.
– Эй! - хрипло прокричал Слепец и закачался, ибо слова отнимали у него последние капли сил. - Друзья мои, если в вас хватит духа последовать за мной на тот берег, это нужно сделать сейчас! Лед сдержит Реку, а я сдержу мост, но это не продлится долго…
Ответа он не слышал, ибо вокруг раздавался страшный треск, с которым ледяной панцирь дрожал под ударами Реки. Не оборачиваясь, Слепец поплелся вперед. Вывший диким зверем ветер набросился на него, пытаясь не пустить, оттолкать назад, но человек упрямо переставлял ноги. Весь залитый потом, со вздувшейся на лбу жилой и развевавшимися по ветру прядями волос, он брел и думал: "Они не выдержали и сбежали… Трудно судить их за это, но… Эх, Джон Торби! Ты мог бы получше придумывать свои безумные сны. Или тебе плевать на них? Да, как же, для тебя это всего лишь статисты, ненужные, в общем-то декорации, которые ты в любой момент можешь сменить на новые."
Низкие ступени, ведущие к горбу моста, казались высоченными обрывами, на которые нужно карабкаться по трещинам, ломая ногти и боясь поставить ногу на ненадежный камень. Справа и слева неслось оглушительное скрипение и треск льда, сверху выл ветер. Далеко впереди чернел склон горы… Тот берег. Такой близкий - и такой далекий… Мутная пелена застила взор - что это, неужели слезы? Они вернулись, чтобы Слепец мог всплакнуть перед смертью, бесславным провалом собственной миссии? Нет, это пот, обильно катящийся со лба. Что есть пот? Быть может, именно с этой влагой из тела уходят силы? Мысли Слепца стали путаться, и мост, ярко горевший под ногами и по сторонам, стал блекнуть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
