Истома оценила фразу спутника.
– Значит, если бы меня не было, ты бы отправился знакомиться с Г-девами?
– Не говори глупости.
– Хорошо, не буду. Не понимаю, зачем Госпоже слуги.
– Она подчеркнула, что они нужны ей были сразу после Падения. Как посланцы, курьеры, агенты, слуги для ухода и кормления. После того как она войдёт в форму, Г-девы будут ей не нужны.
– Она их ликвидирует?
Он подумал.
– Не знаю. Чувствуешь гудение?
Истома остановилась.
– Я думала, одна я слышу. Басовитое такое, мрачное… давит на психику.
– Блокируй мысли, она наверняка их читает.
Девушка смутилась.
– Я пытаюсь, но не уверена, что получается.
– Пытайся хотя бы.
Они приблизились к соседней башне, почти не отличимой от «гостиницы».
– Странная архитектура, ты не находишь? – сказала Истома. – Зайдём внутрь?
– Не думаю, что внутренний интерьер здания другой. Давай дойдём до стены города, хочется посмотреть вблизи.
– Это не стена города, это тело Госпожи.
– Тебе не хочется туда идти?
– Почему, давай сходим.
Они проводили глазами пролетевший над ними трезубец, только на порядок меньший по размерам. Оба подумали об одном и том же.
– Следят за нами, – констатировала Истома.
Ясен кивнул. Он давно чувствовал всей нервной системой ментальный взгляд Госпожи, и от этого контроля избавиться было невозможно в принципе.
Миновали с десяток башен города, вышли к обрыву, за которым начинался почти отвесный подъём на недосягаемую высоту. Это была всего лишь частица «кулича» Госпожи, по размерам не уступавшего планетам «старого» космоса, и от одного масштаба гигантского разумного существа, способного в былые времена строить и разрушать вселенные, захватывало дух.
– Твердыня! – прошептала Истома.
Ясен вспомнил строки стихотворения давно забытого поэта:[14]
Аллах ли там среди пустыниЗастывших волн воздвиг твердыниПритоны ангелам своим…
Проговорил задумчиво:
– Аллах…
– Что?!
– Это из стихотворения. Странное чувство: будто видишь воина, вывалянного в грязи.
– Ну и воображение у тебя! – прыснула Истома. – Я бы никогда не догадалась сравнить Госпожу с грязным воином.
– Я имел в виду, – начал он оправдываться, – что она приходит в себя как воин после сражения.
– Поняла. Выглядит она ужасно! Не представляю, как она мыслит. Чтобы принять какое-нибудь решение, ей надо гораздо больше времени, чем нам.
– Вряд ли.
– Но ведь скорость передачи сигналов по её нервам конечна, а она такая большая, что пока импульс добежит от одного края тела до другого…
– Значит, мыслит она иначе, и скорость принятия решения не зависит от размеров тела. Спин-торсионное поле распространяется мгновенно, вот она и использует его свойства. В школе вы этого не проходили?
– Меня физика не интересовала, – виновато сказала Истома. – Может, ты и прав, но гигантизм Госпожи всё равно впечатляет. Я уж не говорю о её возможностях.
– Её возможности возрастают с каждой минутой. Г-девы, к примеру, ею синтезированы.
– Зачем она создала слуг в облике женщин?
– Они были ей ближе всего. Вспомни, Кроули поставлял ей наших девушек сотнями.
– Все они погибли?
Ясен помолчал, вспоминая историю спасения мамы отцом, сказал нехотя:
– Она использовала их опыт и память… каким-то образом. Не знаю, выжил ли кто-нибудь. Из той информации, что я получил из фрейма деда, можно сделать вывод, что Госпожа была и осталась бесполым существом.
– Но при этом она везде посылает женщин, да и её главная представительница Большая Мама – тоже женщина.
– Просто ей так удобно.
– Нет, в этом проявляется какая-то закономерность, – не согласилась геянка. – Не зря же и наша «Заумь» опирается на женщин. Может, они лучше приспособлены к разного рода катастрофам, чем мужчины?
Ясен усмехнулся. В словах Истомы крылся некий смысл, но размышлять о превосходстве женщин над мужчинами тоже не хотелось.
– Игра изменилась. Вполне возможно, что приход к власти женщин обусловлен скрытыми правилами, которых мы пока не знаем. Но я знаю точно, что без мужчин прогресс невозможен. Их отсутствие – это сужение вариативности Игры, что приведёт к её вырождению.
– Сам пришёл к этому выводу? – прищурилась Истома.
– Сам, – подтвердил он, помолчал. – Исходя из того, что знаю.
– Поговори на эту тему с Алонсо. Возможно, он тебя поддержит.
– Не хочу.
– А чего ты хочешь?
«Домой хочу», – чуть не ляпнул Ясен, с трудом удержался.
– Отдохнуть хочу.
– А поисследовать эту гору не хочешь?
– Что это даст?
Истома задрала голову, заметив мелькнувший высоко над городом летательный аппарат.
– Может, и ничего. Был бы у меня подземоход…
– Это ещё для чего?
– Продырявила бы Госпожу, посмотрела бы, что у неё внутри.
Он засмеялся.
– Как червяк яблоко? Вряд ли она позволила бы дырявить своё тело.
Истома сникла.
– Ты готов задавить любую мою инициативу, а сам ничего не можешь решить. Не понимаю, почему Госпожа проявляет к тебе интерес.
Я тоже не понимаю, подумал он, но вслух говорить этого не стал.
– Пойдём в гостиницу.
– Пойдём, – вздохнула Истома.
Они вернулись к башне, где располагались апартаменты, не встретив никого из спутников. То ли Кроули-младший ещё не вернулся с прогулки, то ли, наоборот, уже расположился в номере. Впрочем, желания искать его у Ясена не было.
Он постоял под душем с горячей водой, ощущая блаженство, походил по комнате с полотенцем в руке, не спеша надевать свой лонг.
И в этот момент в номер без стука вошла Истома.
Оба замерли.
Дверь за девушкой бесшумно захлопнулась.
Кровь бросилась Ясену в лицо, однако он не сделал ни одного движения к костюму, даже не прикрылся полотенцем, находясь в странном ступоре, стоял и смотрел на геянку, и в голове не было ни одной мысли, лишь колокольным звоном в ушах отдавался пульс крови.
Внезапно она гибким змеиным движением освободилась от лонга, подошла к нему обнажённая. Губы девушки приоткрылись, в глазах зажёгся призывной огонь. Она положила ему руки на плечи, он выронил полотенце… и перестал думать вообще…
Истома ушла от него через час, может быть, через два, так и не сказав ни слова.
А он остался лежать на кровати, погрузившись в расслабленное полусонное состояние, которое можно было охарактеризовать одним словом: счастье…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
