нечто скользит уже совсем рядом. Ярец остался сидеть там, где сидел, и крепко зажмурился. Эльф и вампир тоже закрыли глаза, все оборотившись в слух. Есения, заметив за деревьями со стороны образа движение и большую тень, с колотящимся в испуге сердцем уткнулась взглядом себе под ноги, и, рискуя, вышла вперед, показывая пока ещё невидимому для всех существу безоружные руки.
— Мы просим о помощи! — выкрикнула Еся, не зная, насколько хороший у дракайны слух.
Шипение и шорох всё приближались. Есения, дрожа всем телом, нервно выдохнула, надеясь, что она не ошиблась. Вскоре перед её глазами возникла тень от головы дракайны. Существо по непонятной для всех причине остановилось. Эльф еле сдерживался, чтобы не выстрелить в предполагаемое место нахождения чудовища. Октавио же, чувствуя, как друг напрягся, переместил свою ладонь чуть ниже по руке эльфа, и заметно надавил, пресекая возможность вскинуть стрелу. Есения мешкалась, не зная, стоит ли ей подойти самой, или же дракайна каким-то образом даст знак, что можно начать общение.
— Она… У неё повязка на глазах! Вот это когти! — со смесью ужаса и восхищения крикнул спутникам Ярец.
— Ярек! Ну что ж ты такой балбес! — с нервным смешком, радуясь, что брат не превратился в статую, Есения подняла глаза на дракайну.
Стоящая на змеином хвосте, будто бы на коленях, нагая женщина была выше и крупнее любого человека, которого Есе доводилось видеть, почти на четыре головы. Князь как-то рассказывал, что при встрече она была мельче — чуть ли не Есениной комплекции, и более яркого зелёного оттенка.
Кожа дкарайны отдавала золотом. Чешуя, покрывающая тело лишь частично, близилась к медному цвету, и отливала на солнце зелёным. Почти такого же цвета были змеевидные отростки на её голове, от которых исходило тихое трещание.
Дав путникам немного освоиться и её рассмотреть, дракайна зашипела. Ластиэль, несмотря на призывы Октавио, посильнее натянул тетиву, готовый выстрелить в любой момент, если бы это существо решило напасть. Меткости ему точно хватит, но привлекать внимание было рискованно.
Дракайна протянула руку вперёд, маня Есению. Та робко, но упрямо пошла на зов и увидела, как на ладони дракайны блестит кольцо. Немного замешкавшись, Еся приняла артефакт и надела себе на палец.
Голову Есении сковала боль, стянувшая её по кругу, как тяжелый венец. Она охнула и подняла руки к вискам, заметив, что камень на кольце начал легонько светиться желтым светом. И она стала с трудом различать слова, произносимые громким шепотом вперемешку с шипением.
— «Т-с-с-себя помню. И ч-ш-ш-шеловека, ч-ш-што ранен. Двое нез-с-снакомы. У одного оруж-ш-ш-шие. С-с-сильное. Но он его пряч-ш-шет. Не для меня припас-с-с? Так к-х-хому?»
Есения удивленно посмотрела на Октавио и Ластиэля. Вампир стоял ровно и выглядел спокойно. Эльф же держал лук опущенным, но тетива на нём медленно натягивалась. Она сделала осуждающий взгляд. Ластиэль заметил, но и бровью не повел, сохраняя сосредоточенность.
— Она спрашивает… У одного из вас сильное оружие, но думает, что не для неё. Для кого?
Октавио развел руками:
— У меня с собой лишь клинок и простой охотничий нож. Ластиэль?
— Видимо, она магию чует… Клинок для монстра, погубившего мою мать.
— «Мес-с-сть. Яс-с-сно… А я з-с-с-сач-ш-ш-ем нужна?»
Есения, объяснила, убедительно, насколько смогла, что было нужно от дракайны. Та собрала хвост вокруг себя в кольца, скрестила руки на груди, задумалась и замолчала на время.
— «З-с-с-самок. С-с-с-ет гов-ф-ф-орил, дерш-ш-шатс-с-с-я подальш-ш-ше. Опас-с-с-но было, когда жил с-с-старый княз-с-сь. Но рас-с-с сам зовет… И люди з-с-с-слые. Как з-с-с-авидят, норовят з-с-с-саколоть».
— Но вы же на воде проход умеете… У замка озеро. И на острове вас не тронут. Мы не дадим, и князь не позволит.
— «Я могу перемещ-щ-щ-щаться только по той воде, где с-с-с-сама была. На ос-с-строве не с-с-случалось быть».
Есения вновь передала слова дракайны спутникам. Октавио предложил:
— Я вижу в темноте, а мой друг обладает зорким глазом. Мы можем днём пустить его вперед, он даст сигнал, если заметит кого-то. Но путники здесь достаточно редки. Или же идти ночью, полагаясь на мое чутье.
Дракайна вновь задумалась, нервно треща. Есения не зная, как её ещё уговорить, предложила:
— Князь вам платил обычно за проход. Дарил украшения. У нас с собой нет, но наверняка он не забудет отблагодарить.
Дракайна рассмеялась с шипящим свистом.
— «Я не з-с-с-снаю, з-с-с-сачем он мне тас-с-с-скает эти крас-с-с-сивые камни, заж-ш-ш-шатые в метал. Думала, у вас-с-с так принято. Кольс-с-сцо полес-с-сзно — о-с-с-стальное прос-с-с-сто лежит. Беру, ч-ш-штобы не обидеть».
Есения растерялась. Мыслей, что князь может в чем-то ошибаться были для неё удивительны. Ей и в голову не приходило, что такое могущественное существо может действовать безвозмездно.
— Но… Почему же вы делаете проходы по его указке?
Дракайна пожала плечами, вполне по-человечески ухмыльнувшись.
— «Это такая мелоч-ш-шшь. Мне не с-с-слож-ш-ш-шно. Да и я рада, когда он меня навещ-щ-щает. Порой с-с-скучаю одна. Бес-с-седуем».
— А сейчас… Не мелочь. Поможете?
Дракайна подумала ещё с полминуты, но все-же закивала головой. Затем сняла кольцо с пальца Есении и направилась к Ластиэлю.
Тот напрягся. Дракайна, вероятно, услышала шорох от натягиваемой тетивы, остановилась от него на расстоянии трех шагов и протянула кольцо. Эльф, немного поколебавшись опустил-таки оружие и надел артефакт.
— «Мес-с-сть. Яс-с-сно, но с-с-с-страш-ш-шно. П-х-х-хотерю не во-с-с-сполнит. С-с-с-час-с-тьем не нас-с-сытит. Тебе реш-ш-шать. Не ош-ш-шибись…»
⋆☽ ◉☾⋆
Обратный путь до замка занял гораздо меньше времени, чем к логову дракайны. Для начала она переместила всех примерно на середину пути — к реке, протекающей в дне пути от Итернитаса. Затем они шли, почти делая лишь короткие привалы, чтобы перевести дух. Октавио постоянно подгоняла магия, стоило только им получить согласие дракайны. К их удаче, ни обычных путников, ни новых отрядов серебряного ордена им не повстречалось.
Чем ближе становился проклятый остров, тем дракайна всё сильнее нервничала. Иногда она застывала на месте и начинала словно рассматривать что-то в земле несмотря на завязанные глаза. В некоторых случаях её отростки приподнимались и начинали угрожающе трещать. Тогда она немного меняла траекторию и отползала от не понравившегося ей места. Но кольцо никому не передавала, а добровольно надевать на себя артефакт, вызывающий головную боль, никто не стремился.
Стоило на горизонте показаться шпилям замка, как дискомфорт начал ощущать и Ластиэль. Казалось, будто его поглаживают холодные колючие щупальца. И чем ближе они подходили, тем наглее и увереннее неведомая энергия стремилась вцепиться в вессель эльфа. Он мысленно благодарил Первую матерь, что достаточно времени уделял тренировкам по постановке блока, хоть Селфис уверял, что в эльфийском дворце для него нет никаких угроз, и надеялся, что ментальная
